Время без времён

6. Тени и зеркала

Дмитрий доел пирог с мясом и запил компотом. Теперь можно было подключаться к космосу. Он набил трубку сухой травой, дыхнул огнём на тонкую ветку, чтобы та загорелась, и подкурил. Для полного умиротворения осталось откинуться на мягкие подушки – и можно смотреть на узоры звёзд в ночном небе хоть до бесконечности. Или бесконечность – это категория пространства, а для времени есть категория вечности? Дракон сделал глубокую затяжку и пришёл к мысли, что если небо – бесконечно, то смотреть на него можно вечно, следовательно, между пространством и временем есть неразрывная связь. По сути пространство и время – две грани одного и того же процесса, - об этом Дмитрий читал в одной из запрещённых книг. Правда, тогда он ничего из прочитанного не понял, а вот сейчас до него стал доходить смысл мудрёных слов. Своим открытием он захотел поделиться с Анной.

- Всё, что есть во Вселенной, является лишь отражением великого Ничто, - ответила та, - по большому счёту, есть только Ничто, и в этом Ничто мы можем найти всё, что угодно.

- Я так и думал.

Дмитрий снова сделал затяжку. Хорошо бы продлить это мгновение навсегда. Возможно, это место в пространстве и времени и есть та точка, к которой он стремился всю жизнь? Еда есть, питьё есть, курево есть, а главное, есть Анна, пусть даже она и – призрак. В конце концов, что ему от неё ещё надо, кроме того, чтобы она была рядом? То, что он не может удовлетворить с ней похоть – мелочь, в сравнении с теми ощущениями, которые даёт её простое присутствие. Он – дракон, через которого прошли сотни женщин, и, если после трёхсотой ему хотелось получить триста первую, значит, первые триста не дали ему ничего. И пусть он овладеет ещё двумя тысячами женщин, это ничуть не утолит его бесконечной жажды. А Анна – ведьма, она знает, как его усмирить.

- Аня, а что если бы ты осталась жить у меня?

Анна облетела вокруг него, остановившись рядом с его лицом. Очень близкая, но бестелесная, звонко засмеялась.

- Не могу, Дима, не могу. - Она резко взлетела вверх, затем снова опустилась к нему. - Здесь я – только тень, жить я могу только у себя.

- Что ж мне, всё бросить и переехать к тебе?

- Не знаю, Дима, не знаю. - Анна снова звонко расхохоталась и взмыла вверх. - Летим со мной!

Дмитрий поднялся, расправил крылья, посмотрел на Анну, на узоры звёзд, на укрывшую город тьму. Он сделал несколько шагов к краю башни и начал медленно планировать. Взмах тяжёлых крыльев, плавный поворот, медленный набор высоты, - он никогда не достигнет той свободы, с которой перемещалась его новая подруга. Если она захочет от него улететь, он не сможет её догнать.

- Летим! Летим! – продолжала хохотать Анна, и, дразня Дмитрия, быстро ускользала от него, затем останавливалась, замирала в воздухе, оглядываясь и снова хохотала.

Он летел за ней, на её хохот, удаляясь от города, глядя то на звёзды сверху, то на тёмный лес внизу. Полёт во тьме, между небом и землёй, вслед за призрачной женщиной. Он словно скользил по невидимому краю, по границе миров, растворяясь в свободе, в опасности и в неодолимом влечении. Ему вдруг показалось, что он сможет разорвать оковы своего тела и стать таким же, как Анна.

Но вот женщина-призрак пошла на снижение. Дракон устремился за ней. Если бы она сейчас, не сбавляя скорости, врезалась в гущу леса, Дмитрий бы, не раздумывая, ринулся за ней навстречу гибели. Но Анна плавно притормозила и аккуратно приземлилась на едва заметную небольшую поляну. «Не к колдуну ли она меня привела?», - подумал дракон, но быстро понял, что нет. Здесь не было круглого четвероного жилища, на этой поляне стояло большое плоское зеркало.

- Хочешь побывать у меня? Идём!

Призрачная женщина шагнула в зеркало и исчезла. Дракон сделал нерешительный шаг, затем ещё шаг, затем крикнул: «А, итить-колотить!» и устремился в зазеркалье.

Дмитрий проснулся в мягкой постели, в залитой солнцем комнате. Рядом лежала Анна, осязаемая, из плоти и крови. Дмитрий провёл губами по её бледной коже, по руке, по плечу, по шее, уткнулся носом в её тёмные волосы. Блаженство. Анна пошевелилась, издала томный стон, но продолжила спать.

Припоминая события вчерашней ночи, дракон попытался понять куда он попал. За широким окном шелестела листва, совершенно зелёная, без признаков осеннего тлена. За листвой проглядывалось что-то лазурное, не то – небо, не то – море, не то – море, переходящее в небо. Доносились и звуки городской жизни, но тихие, ненавязчивые, совсем не похожие на беспорядочный шум Китежа.

Слева от окна Дмитрий заметил стеклянную дверь, ведущую, судя по всему, на веранду. Он решил выйти на разведку. С веранды открывался роскошный вид на приморский город. Слева и справа полукольцом город обрамляли сине-зелёные горы. Ближайшие здания, которые Дмитрий мог наблюдать с веранды, походили на дворцы, какие побольше, какие поменьше, но все – изящные, аккуратные. Прямо под верандой, неровным строем росли пальмы и кипарисы, сквозь листву которых пробивалось поднявшееся из-за моря солнце.

Обнаружив на веранде плетёный шезлонг, Дмитрий развернул его в сторону моря и аккуратно присел. Шезлонг прогнулся, но выдержал вес дракона. В углу веранды Дмитрий заметил арбуз. «Надо будет привезти парочку в Китеж», - подумал он. Просидев какое-то время в шезлонге, он решил, что пора отыскать недопитое вчера вино и будить Анну.