Время года дожди

Глава 9.

Глава 9. В которой мы отправляемся в путь неожиданно в увеличенном составе, а я получаю подарок.

- Не понимаю с чего он решил, что ты умный. Я, понятное дело, не маг, но меня терзают смутные сомнения.

- Это потому, что ты сама бестолочь.

- И тем не менее, поясни: чем ему понравилась твоя манера вести переговоры? Тем, что ты не торговался и сразу согласился на несусветную сумму? Ты вообще представляешь, сколько сапог на эти деньги можно было бы купить? — ворчала я исключительно из чувства противоречия. На самом деле, тот факт, что мы можем продолжить путешествие в комфортных условиях на собственном автомобиле, меня, прямо скажем, радовал. Если бы кто-то попытался заставить меня залезть на лошадь, я бы сопротивлялась из последних сил. А уж как бы сопротивлялась лошадь...

- Просто потому, что я всё сделал правильно. Я высказал должное уважение, даже порадовал его небольшим подарком. Но главное, преподнес его вовремя. Если бы я подарил конфеты до того, как выписал чек, это могло бы показаться попыткой снизить цену. С магами никогда не торгуются! Тем более с такими магами, это неуважение. А так всё сделано верно. И поверь, заклинание будет сотворено на совесть, а маг будет расположен к нам, что сделает колдовство более действенным. А теперь к гномам! Нам нужно заинтересовать их производством таких же ножиков, как у тебя, и выбить нормальный процент по патенту. Тут уж нужно и можно торговаться. Наша задача получить шестьдесят процентов от общей выручки. То есть сорок будет у гномов и по тридцать у нас с тобой. Патент они оформят сами. Можно было бы полностью зарегистрировать патент на себя, но времени на это нет. Да и у гномов связи, им это провернуть раз плюнуть. Так что помни: шестьдесят процентов — это необходимый минимум. Нужно иметь больше, чем у самих гномов. Остальное — детали. Если дело пойдет, а у гномов оно наверняка пойдет, то у нас будет постоянный приток средств.

С гномами всё прошло как по маслу. Увидев, как загорелись глаза главного мастера, когда Урмах предъявил ему мой прекрасный швейцарский нож, я поняла, что дело в шляпе. Немного поторговавшись, мы не только получили вожделенные шестьдесят процентов, но и продали свой нож, как образец за пять золотых. Взамен тут же прикупили пару кинжалов слегка зверского вида, не лишенных при этом некоторой элегантности. Для того, чтобы покромсать хлеб и колбасу подойдут. Да и стоили нам они пару серебрушек. Так что сделка, с какой не посмотри стороны, выгодная.

Завершив все дела и перекусив в небольшой милой кафешке, я торжественно пообещала Урмаху избегать магазинов, после чего он отпустил меня на самостоятельную пешую прогулку, умчавшись по каким-то своим таинственным делам.

Я люблю гулять в одиночестве по незнакомым городам. Каждый раз это приключение. Не то, чтобы мне мало приключений на данный конкретный момент жизни, но упустить возможность неторопливо побродить по улочкам неизвестного мне города я не могла. Каждый раз, ступая на каменную, мостовую ты словно здороваешься с новым местом. «Привет! Это я. Гость незваный и непрошеный. Я не надолго и обещаю себя хорошо вести. Честное-пречестное. Во-первых, я тебя люблю. Правда. Пусть не надолго, лишь на время нашей встречи, но люблю искренне. Во-вторых, мне с тобой интересно, а это ведь самое главное, да?». Каждым своим шагом ты словно ведешь диалог с этим прекрасным незнакомцем, и если ты искренен, то он тебе верит. И отвечает взаимностью. Пусть даже эта любовь совсем короткая, пусть даже не любовь, а мимолетная симпатия, но она есть. «Смотри: я покажу тебе чудеса!». И город показывает. За каждым углом маленькое чудо ждёт тебя. Будь то ларек с жаренными каштанами, здание невероятной красоты, устремившее свои шпили прямо в небо, или смешной флюгер в виде забавной ящерицы на крыше, уютное кафе с полосатыми тентами, где подают холодные соки в высоких хрустальных бокалах, таких тонких, что прикоснуться страшно — кажется, сразу раздавишь, или скамейка под перголой, увитой какими-то невообразимо прекрасными цветущими растениями с запахом счастья. Эти простые чудеса можно встретить в любом городе, в любом мире. Надо только не пропустить их и искренне радоваться, когда заметишь. Конечно, никто не обязан тебя любить, тем более город. Но города как-то чаще, чем люди, отвечают взаимностью. А может, это просто хорошее воспитание?

Находившись до состояния «еле передвигаю ноги, положите меня в уютную кроватку и укройте одеялком», я вернулась на постоялый двор уже затемно. Абсолютно счастливая. Всё же путешествие — это одно из самых чувственных удовольствий. Синоним свободы в самом высшем её проявлении. Урмах с довольным видом потягивал пиво, поджидая меня в общем зале. Поужинав и скоротав вечер за взаимными подколками, которые оба считаем беседой, мы отправились спать пораньше, поскольку выехать хотели сразу после завтрака. Урх торопился в путь, да и я сама считала, что не стоит затягивать наше пребывание здесь. Дорога звала нас, я чувствовала, что нам пора.

- Слушай, а василиски эти, они и правда человека взглядом в камень превращают? — спросила я, разглядывая свои новые сапожки за ранним завтраком. Нет, ну прелесть же, налюбоваться не могу. Пожалуй, точно надо купить ещё одни, другого цвета.

- Не, враки. Но парализуют качественно. Можно неделю простоять. Если маг не попадется. Но это если василиска разозлить. Они, видишь ли, довольно вспыльчивые, поэтому обычно носят специальные очки, чтобы зря статуи на улицах не плодить. А то прохожие натыкаться будут, да и у самих окаменелых тоже заняться есть чем, поди. Чего без дела то стоять? Тем более, что василиски часто работают учителями. Василиски умные. Кроме того, никто, как они, не сможет объяснить самую заковыристую заумь простыми словами. Без очков у них ученики большую часть уроков будут в окаменелом виде обитать. Кстати, я нашел нам попутчика, — ни с того ни с сего сменил тему Урмах.