Время не лечит

2 класс

- Олег украл у меня фишки! – рыдал светловолосый мальчуган, который из-за астмы прерывисто вздыхал и часто вдыхал через ингалятор. Речь шла об игральных фишках, которые он долго копил, мастерски играя с другими ребятами, которые были даже в старших классах. Мальчугана уважали за умение играть и не обижались на то, что он выигрывает. А тут такое… – Я видел, как он рылся в моей сумке на прошлой неделе! Он и сейчас это сделал!

В учительской было семеро: учитель, Ветровы, Лина и потерпевший.

- Костя, ну ты ведь не видел этого наверняка, - устало успокаивая мальчика, говорил завуч.

- Я этого не делал, я не вор, - насупившись, отвечал Ветров.

Лина пришла, потому что хотела заступиться за него и сказать, что он ничего не крал. Она всегда была в классе, а вот Олега как раз не было, украсть он не мог.

Илья украдкой глядел на братьев, чтобы не было заметно вину в темно-карих глазах. Он стащил эти фишки, чтобы Олежку, наконец, наказали за все шалости, которые он делал и которыми постоянно вредил репутации семьи Ветровых. Братья знали, молчали и ждали развязки, надеясь, что их непутевого кузена всё-таки накажут.

- Николай Степаныч, как же я пойду домой без своих фишек! – рыдал Костя. – Там были те, что мне папа купил, я ими не играл, а просто с собой носил, чтобы другим показывать. Я хотел обменять одну, а теперь…

Илья, проникшись, сам готов был разрыдаться и во всем признаться, но Максим, поймав его руку, крепко сжал ее, давая понять, что не позволит ему сдаться.

- Олег, - расстроенный учитель строго посмотрел на мальчика. – Немедленно верни фишки и извинись перед одноклассниками.

- Я ничего не крал, - тихо, но твердо ответил тот, смотря на него исподлобья.

- Олег, перестань врать, все видели, что ты рылся в сумке Хлыстого, - настойчиво проговорил Николай Степанович. – Чем быстрее ты вернешь их, тем раньше всё кончится.

- Это я, - сказала Лина и удивилась самой себе.

- Что? – невольно произнесли пятеро, Костя даже перестал плакать, и только Олег зло скривился.

- Это я, - уже смелее и тверже повторила девочка. – Это я украла фишки. Прости, Кость.

- Пф! – сердито топнул ногой Олег. – Берёте в элитную школу всякий мусор, а потом честные люди страдают! – и, оттолкнув Линку, ушел из учительской.

Братья тут стояли только из-за Олега, и им теперь нужно было тоже уходить, но совесть, которая уже выжимала из Илюши слезы раскаяния, заставляла остаться их там.

- Евангелина, ну как так, зачем вообще? – завуч, сняв очки, потер переносицу. – Целый год вроде было всё хорошо, и тут ты выкидываешь такое, ну Лина, ну зачем? Где хоть эти фишки?

- Я не знаю, - почти беспечно пожала плечами девочка. – Я их спрятала где-то в школе и забыла место.

Хлыстов снова заплакал.

- Не плачь, Кость, прости меня. Я найду их обязательно, - постаралась утешить его Лина.

- Нет, - перебил ее учитель. – Ты отстранена от занятий. Я позвоню твоим родителям и всё им расскажу. Это уже не просто детские шалости, это уже воровство. Мы проведем с тобой беседу, и если карточка не будет найдена, нам придется тебя исключить. Так, - словно только что их заметив, он обратил внимание на братьев. – Идите в класс. Константин, успокойся и не плачь, всё будет хорошо, отправляйся с ребятами, а мы пока будем искать твои фишки.

- Х-хорошо, - ответил тот, и все четверо вышли вон.

Ветровы свернули в туалет, где Илья долго плакал, не собираясь утешаться.

- Я предупреждал тебя, чем всё может кончиться, - мягко журил его Максим. – Ты можешь всё исправить, просто верни их на место.

- Я так и сделаю. Но я так хотел, чтобы Олега наказали, а Лина опять за него заступилась.

- Потому что если человек дурак, то это на всю жизнь, - произнес Фома, не уточняя, кого он имеет в виду. – Нам пора в класс. Пошли давай.

А в кабинете уже вовсю ругали Лину, поставив перед классом и призывая сказать, в каком месте спрятаны фишки. Девочка зевала, пропускала все слова мимо ушей и разглядывала потолок, думая о том, как прекрасно бы было, если б всё здесь было водой, а она – русалкой.

- Давай уже говори, куда ты дела его вещи! – из шума обвинительных голосов громче всех раздался голос Олега, который даже вскочил из-за своего места, порываясь подойти к «воровке» и выбить из нее ответ.

Костя вдруг проникся к нему большим дружеским чувством, а Лина, флегматично посмотрев на него, вернула взгляд в потолок. В этот момент вошли братья, и Илья подойдя к учителю, сказал:

- Я нашел фишки, - вынул из кармана и положил их на стол маленькой горкой, так что пара штук даже съехали на пол.

Лина посмотрела на Фому и Макса всего раз, но по тому, что они не выдержали ее взгляда, всё поняла.

Класс зашумел, Ветровы герои, Ветровы на высоте, плюс сто к чести семьи.

Девочку всё-таки отстранили от занятий на неделю с занесением в личное дело. Олег глумился изо всех сил, говоря, что с такой характеристикой ее не возьмут даже уборщицей работать.

Когда Лина вернулась в школу, с ней никто не заговорил, потому что никому не хотелось портить себе имя общением с ворочкой. Оказавшись в коммуникативной изоляции, девочка, конечно, погоревала, но научилась наблюдать и замечать за всеми разные особенности.