Время не пришло

V

Вечеринка у Кэндис обещала быть, как всегда, весёлой, с кучей музыки и выпивки. И всем было абсолютно по барабану на плохую погоду и собачий холод на улице. Им просто нужно было немного пожить, как обычным студентам, несмотря на то что уже имели по одному высшему образованию. Эти ребята доказывали, что и учащиеся Гарварда, тоже могут быть беззаботными и тусить как остальные. У них есть всего три года, если не меньше, чтобы насладиться и попрощаться с юностью, а затем стать серьёзными адвокатами, судьями или прокурорами.

— Конфетка, ты в своём репертуаре! Здесь достаточно выпивки, музыки и девушек, чтобы разукрасить мою жизнь, — Мэтт уже хитро улыбался, обнимая Кэндис. Только что пришёл и решил поздороваться с хозяйкой дома, прежде чем уходить в отрыв. И что, что в субботу и воскресенье все же уговорил Джозефа пойти в клуб? Ему никогда недостаточно.

— Хоть я и ненавижу клички, но твоя мне нравится, — засмеялась девушка, обнимая друга. Сегодня она сияла по-особенному и Тайлер убеждал себя, что это для него, а не из-за вечеринки.

— Так, Диккерсон, иди уже, тут вообще-то люди говорили до твоего прихода, — вскочил с дивана Дакински. Он практически не давал проходу Кэндис весь вечер, даже ее верные подружки в лице Маккензи Нодилл и Эшли Фой где-то бродили. Разумеется, к этому парень приложил руку.

— А я говорил с человеком до твоего фееричного появления, Чихуахуа, — фыркнул Мэттью и плюхнулся на диван. Кэндис же пыталась просто не смеяться, когда услышала кличку Тайлера.

В этом деле Мэтту нет равных, у него были клички почти для каждого. А если нет, то говорил по фамилии. Чаще всего, конечно, прозвища были обидными и высмеивали недостатки, но иногда срабатывало и чисто на ассоциациях. Кэндис повезло больше остальных, ведь ее он называл Конфеткой из-за имени.

— Я пойду принесу напитки, — Кэртон ещё раз мило улыбнулась и пошла за напитками, только за углом начала нагло смеяться, не сдерживая себя. Все дело в Чихуахуа, эта кличка не могла оставить равнодушной, очень забавно, пусть и немного глупо.

— Может ты и кажешься себе смешным, но это далеко не так. И лучше не ошивайся рядом с Кэндис, а то будешь иметь дело со мной, — пригрозил Тайлер и сел на кресло, чтобы подальше от Мэтта, который очень сильно действовал ему на нервы.

— Я общаюсь с кем, когда и как хочу, уяснил? Но я подыграю тебе, весь дрожу, когда ты начинаешь тявкать, — Диккерсон начал кривляться, будто ему действительно страшно и даже не заметил, как зацепил рукой проходящую мимо Мари-Клэр. Девушка несла в руках два напитка, которые тут же оказались на одежде Мэтта. Это вызвало у него настоящую ярость и в какой-то момент она словила себя на мысли, что он сейчас способен на все.

— Ты куда смотришь? Или у тебя вместо глаз книжки, как у твоей подружки? Слепые, блин! — начал кричать он, сыплясь на девушку оскорблениями и матами. Это же надо было так испортить вечер, видно, с кем дружит эта глупышка.

— А ты не делай с себя пуп земли! — выкрикнула в ответ та, что заставило всех замолчать и уставиться на эту парочку. Даже громкость музыки убавили. — То, что ты бестолковый мажорчик мы и так знаем. Но будь добр хотя бы вести себя нормально, уважать другим. Знаешь, никто не будет плясать под твою дудку, потому что пустое место не может никем руководить.

Толпа загудела, занимая разные позиции. Может, с виду Мари-Клэр и была безобидной, тихой и неуклюжей овечкой, но сейчас парень перешёл черту. Что-то, а плюнуть себе в кашу она не даст. Тем более, сам же и толкнул, так что нечего кричать на девушку. Торси вообще с особым упорством и энтузиазмом боролась за права женщин. Неоднократно защищала и Меган, и других, когда видела, как тех ущемляли подобные Диккерсону.

— Да что ты несёшь вообще? — он сжал зубы и резко бросился на девушку, но та даже не отступила. Может, и действительно бы поднял руку, если бы не Тайлер, крепко державший сзади, а потом к ним подошёл и Джозеф, отвёл Мари подальше и успокоил Мэтта. — А ты, идиот, какого черта лезешь в чужие разборки?! — обратился к Дакински.

— Лучше заткнись! Даже для тебя низко было бросаться на девушку, — Тайлер был сильно зол, но его успокоила Кэндис. Толпа уже не наблюдала, и они вчетвером сидели на диване, говорили или убивали друг друга взглядами, как Тайлер и Мэтт.

Наверное, эта демагогия и споры продолжались бы ещё долго, потому что никто не хотел замолчать и уступить. Эти двое просто не знали значения таких слов и уж точно не желали показывать свою «слабость». Но все отвлеклись, когда музыка выключилась, а на пороге застыл ранее неизвестны мужчина.

— Так, что здесь творится? Кэндис! — прокричал вошедший, яростно всматриваясь в толпу. Он вообще не понимал, кто все эти люди и что за чертовщина творится в его доме. И если никто понятия не имел, кто этот человек, Кэртон прекрасно все знала и быстро подошла к нему.

— Милый, пожалуйста, успокойся. Это мои однокурсники, — почти шептала она, стоя к нему лицом.

Мужчина был довольно высоким, в темной одежде, с небольшой бородой и в квадратных очках для зрения. Но по образу нельзя сказать, что он какой-то госслужащий или офисный работник. Свободный, повседневный стиль. Но мучил всех один вопрос: кто это. А ещё больше, когда продолжится тусовка.

— Я только на два месяца уехал в командировку, а по приезду вижу, что моя жена привела сюда кучку студентиков! Немедленно освободите дом, иначе я вызываю полицию! — кричал он.

— Клаус, не…

— С тобой мы поговорим позже, а сейчас я хочу, чтобы в моем доме было тихо и пусто! Сейчас же! — на этих словах он быстро поднялся на второй этаж, а Кэндис несколько секунд стояла на месте, в некой прострации.

Она думала, что Клаус приедет позже. Он работал менеджером одного начинающего артиста, поэтому часто уезжал на довольно долгое время. Но сейчас проблемой был даже не неожиданный приезд мужа и его злость, а то, как оправдаться перед однокурсниками. Повисла гробовая тишина, все ждали, что девушка сейчас позволит продолжить вечеринку, но пока не происходило ничего.