Время повелителей

ЧАСТЬ 2. ВРЕМЯ РАЗГРЕБАТЬ ЗОЛУ

Глава 1

Исуриум. Страна огня и жгучего темперамента. Окруженная со всех сторон  пустыней,  она произрастала диковинным оазисом. В отличие от иных держав территория огневиков представляла собой цепочку крупных станов с небольшими песочными пустошами-переходами и вереницей неглубоких соленых озер. В этих местах не бывает холода, цветы и душистые травы оживали лишь под магическим колпаком, дождь случаелся только во время кратковременных визитов высокопоставленных особ дружественных стран — иные расы с трудом переносили пышущий отовсюду жар. Благо маги воды за небольшую мзду, легко навевали грозовые облака.

Население состояло сплошь из красноволосых золотокожих с радужными глазами свалт-алфов. Улыбчивые, энергичные и неунывающие, в основном зарабатывали торговлей. «Феерия волшебных взрывов» славилась далеко за пределами Исуриума. Ни один праздник не проходил без их волшебных фонтанов, шутих и салютов.

Дважды в год, когда день равен ночи, небо над всеми станами пламенело многочасовыми разноцветными вспышками — начинаются свадьбы.

В эти дни, под звук взрывающихся петард, уличные торговцы продают недельный запас горячего грога и медовых сладостей, шуты и комедианты танцуют на улицах и забрасывают прохожих зерном и цветами. Едва ли не в каждом доме звучат здравницы и слышны поцелуи, ибо с незапамятных времен только в этот период в храмах скрепляют брачный союз.

В свадебные дни на алтарях горит удивительно холодный синий огонь. Стоило коснуться его и на запястьях брачующихся появлялись традиционные татуировки. По ним храмовники могли предрекать, сколько детей пошлет стихия влюбленной паре и как сложиться их дальнейшая судьба.   

Исуриум замер в сладком ожидании чуда: близиться благословенные дни Ома.

***

Такритан. Столица столиц. Протостан. Все дома, мосты, фонтаны и памятники вырезаны из желтого песчаника. В предрассветных лучах просыпающегося солнца Такритан казался сотканным из золотого серикума. Станом по праву гордились подданные и тайно завидовали недоброжелатели.

Не смотря на поздний час величественный замок коэна Гизиль пестрел огнями. В  железных «чашах» полыхали жаркие костры, освещая внутренний двор. В стойлах выли усталые трицератопсы — их гоняли с раннего утра. В каменном саду репетировали придворные музыканты. Смех и фальшивые нотки добавляли седых волос взопревшему концертмейстеру. Он страшно ругался, топал и призывал начать заново.

Челядь, готовясь к празднику, сбилась с ног.

Что за суматоха? Все просто: через несколько часов единственная дочь правителя выходит замуж за второго в стране человека — советника Шиама Хаэсела. Злые языки поговаривали, что владыке огня следовало найти для дочери кого-нибудь моложе и покладистее. Хаэсел слыл жестким, даже жестоким свалт-алфом. В чем его нельзя было упрекнуть, так это в непрезентабельной внешности. Шиам был невероятно красив: густые махагоновые волосы струились до середины спины, сине-зеленые глаза то сверкали насыщенным ультрамарином, то светлели как молодая травка; высокий и статный, сильный и выносливый. Лучший во всем, кроме любви.

Череда желающих побывать в его спальне не убавлялась, но советник оставался безразличным к заигрываниям и откровенным предложениям. Вся его жизнь состояла из дворцовых интриг, политики и непомерной жажды власти. К тому же холодное сердце хранило опасную тайну.

***

— Откройте! Ну, откройте же! — Который час кричала, стучала, рвала медную ручку  красивая рыжеволосая свалт-алф. В медово-карих глазах стояли злые слезы. Тщетно. Никто не ответит.

Что за напасть? Мачехина затея. Змея. Что б у нее зубы беспрерывно болели.

Девушка взвыла, вцепившись в огненную шевелюру. Хотелось визжать, топать и бить посуду. Но, увы, те две вазы, что украшали спальню, давно упокоились под окном, а серебряный кофейник со скорбным звоном отскакивал от стены, чем нервировал еще больше.

Оладе Эль Дин ничком упала на кровать. Будь она полноценным магом огня, никакая преграда не удержала бы ее. Привычно заныло сердце. Что это досада или запоздалое сожаление о навсегда утраченном? Девушка тяжко вздохнула и прижала к груди расшитую бисером подушечку.

Много лет назад она добровольно отказалась от дарованной с рождения власти над огнем. Дело не в том, что сил было маловато или способности ниже среднего. Скорее наоборот, огонь, точно котенок тянулся к рукам; ярче пылал, стоило подойти к камину или масляным светильникам.

Но…

Оладе панически боялась родную стихию. В раннем детстве, мачеха красочно расписала, как погибла мать принцессы.

Беременность первой со-правительницы оказалась невероятно тяжелой. Несчастная свалт-алф не вставала с кровати: мучилась болями и бессонницей. Во время родов нутро роженицы вдруг засияло и вспыхнуло; пламенело сильно и яростно, пока не выгорело дотла. Истошные крики умирающей, слышали даже за пределами замка. Придворный филид, как ни старался не смог утихомирить непокорный жар. Иссушенный магией старик замертво пал у одра обожаемой повелительницы. В горке пепла, опоясанный дымом и гарью, сказочным фениксом возник долгожданный младенец. Слуги и кормилица долго не решались взять на руки диковинное дитя, пока сам владыка Нед ХІ Эль Дин не показал пример. Из его глаз беспрерывно лились горячие слезы, а руки нежно укачивали почмокивающую во сне дочь. Он ни в чем не винил Оладе, лишь проклинал свою несчастливую звезду.