Время снять маски (часть 1)

Глава 13. Ложь во благо

Джеймс

Саундтрек: Sam Fender — Play God

Мало кто мог бы подумать, глядя на меня, что я люблю учиться. Сам себе на уме, люблю черное и говорю только тогда, когда это необходимо. Но я всегда любил точные науки, отлично считал в уме и неплохо соображал. Несколько лет подряд занимал призовые места в городских олимпиадах по физике и математике. В прошлой школе мне пророчили прекрасное будущее, и я в глубине души надеялся, что они правы. В этой школе уже месяц я рвал себе зад и, честно говоря, не был уверен уже так уверен, что у меня блестящие данные… Но за помощью обращаться к кому-то я не планировал: привык все делать сам. Наши общие с Джейн друзья встали на ее сторону после расставания, и я остался один. Не могу сказать, чтобы мне так уж прям была необходима какая-то компания, но переход в новое место давался мне тяжелее, чем я думал. Единственное, что немного подбадривало (на удивление), так это то, что мы с Эммой проводили мастер-классы, и я, в некотором роде, приносил пользу и мог в дальнейшем рассчитывать на хорошее рекомендательное письмо. Но была и обратная сторона медали: теперь каждый уважающий себя школьник считал важным поздороваться со мной, завести какую-то беседу, потому что я стал теперь частью «элиты» школы благодаря своим «крутым» навыкам и вызывающему внешнему виду (хотя я его таковым не считал). Ну а девушки стали еще активнее шушукаться за моей спиной и пару раз я даже замечал на себе их влюбленные взгляды и постоянно отмахивался от любой возможности завести со мной разговор. Мне было не до этого.

Несколько дней назад Эмма поделилась со мной тем, что связывало ее и Алекса. Я предполагал, конечно, но угораздило же ее влюбиться в такого пижона! Он ее не заслуживал однозначно. Она сильная, волевая, с юмором, много болтает, правда, но упертая — я бы и не подумал, что такая девушка может влюбиться в пустышку. Видимо, цену она себе не знала. Сколько я ни старался, я не мог за все это время найти хоть одну нормальную причину ее симпатии. Мне было до боли смешно наблюдать за тем, как он сейчас пытается вернуть ее внимание. Такие парни так себя и ведут: только стан фанаток редеет, их самолюбие страдает. Надеюсь, у Эммы хватит упертости забыть этого придурка. Я хоть и не планировал в это лезть, но то, как он поступил — было ниже достоинства любого уважающего себя мужчины, а значит, я хотя бы своим присутствием, но постараюсь оказать ей услугу и побесить пижона. Хоть какое-то развлечение. И не могу не сказать, что бесить его стало для меня некоторой отдушиной здесь.

Спустя несколько недель в школе, я отметил, что стал больше общаться с Эммой — не просто молчать, а как-то комментировать ее слова, проявлять эмоции. Она подсаживалась ко мне за ланчем или подходила на перерывах между парами и болтала о том, о сем. И если остальные девчонки меня бесили, когда пытались заигрывать со мной, то Эмма вообще ничего такого не имела в виду. И это мне нравилось. Я многое узнал о ней, о ее амбициях, дружбе с Джулией и настольном теннисе. Она была легкой, воздушной и вместе с собой привносила в мою жизнь ощущение какого-то тепла. Однако, хоть ей и нравилась моя компания, как она уверяла, она все же не скрывала, что за счет моего присутствия хочет отделаться от Алекса, но я кое-что тоже с этого получал помимо общения. Эмма, сама того не зная, поставила стену между мной и Джейн. После нашего разрыва Джейн периодически что-то писала мне, просила поговорить, не рушить все вот так. Это были запоздалые письма, которые не вызывали внутри никаких эмоций. Я уже принял обдуманное решение и не собирался ничего менять. Перевернул эту страницу. Жестко, жестоко — может, и да, но я не мог по-другому и никогда не был сторонником встреч с бывшими. Я никогда не был тем, кто меняет принятые решения. Сейчас я наслаждался тем, что я один, и наконец мог вдохнуть полной грудью и жить своей жизнью. Но Джейн никак не могла успокоиться… После того случая на мастер-классе я подошел к ней и попросил так больше никогда не делать. Она набросилась на меня с обвинениями, что я бесчувственный идиот, который никогда ее не ценил. А когда я промолчал, мысленно сочувствуя ей, она выдавила из себя единственный вопрос:

— Признайся, у тебя кто-то есть? Потому что я не понимаю, почему еще ты можешь разрушить наши отношения! Все было идеально.

И тут меня осенило. Я понимал, что ложь была в наших общих интересах: Джейн начнет свою жизнь, когда поймет, что я к ней не вернусь, а я буду свободен от ее бесконечных нападок.

— Да, — соврал я.

Ее глаза удивленно округлились, а лицо исказила гримаса недовольства и ненависти. Но она не сказала ничего, просто повернулась и ушла. И на какое-то время в моей жизни воцарилось подобие мира. Но я еще не осознавал, какими могут быть последствия моего поступка.

Однажды на перемене пижон подошел к нам с Эммой.

— Эмс, — обратился он к Эмме, делая вид, что меня не существует, — пойдем в кино вечером?

Эмма замерла от неожиданности. А я замер, ожидая ее ответа.

— Алекс, я не думаю, что это хорошая идея, — начала она уверенно, но к концу фразы совсем стушевалась.

— Просто посмотрим хороший фильм, пообщаемся — ничего больше, мне кажется, нам есть, о чем поговорить, — небрежно бросил пижон. — Ну, если, конечно, твой телохранитель не против.

Он даже не посмотрел на меня, гипнотизируя Эмму взглядом. Эмма же молчала, а я пытался не подать виду, что меня это как-то волнует. Только разглядывал его лицо в желании представить, как хорошенько я мог бы его разукрасить.

— Ладно, можно, — очень нехотя проговорила она, — Но к девяти мне нужно быть дома.