Время снять маски (часть 1)

Глава 14. Кино

Эмма

Саундтрек: Birdy — Beating Heart

— Ты с ума сошла, Эмма? — накинулась на меня Джулс, как только я передала ей новости. — Он же проверяет твои границы!

— Он сказал, это просто кино.

— А ты поверила. С ним ничего не бывает просто, как ты не понимаешь! — Джулс не унималась, и я не могла ее в этом винить. — То, что ты два месяца планировала его забыть и выбросить из головы, сейчас пойдет прахом. Я в корне не поддерживаю эту идею.

Как-то так. Я была с ней согласна, но мне так хотелось узнать, о чем он хочет поговорить, и получить извинение или объяснение его поступка на маскараде.

— Не будь наивной дурочкой, пожалуйста. А что ты маме скажешь, Эмма? Если она узнает, она прикончит тебя.

Точно, я совсем об этом не подумала. Похоже, придется соврать, и я в надежде посмотрела на Джулс. Она читала меня как открытую книгу.

— Нет. Я не буду принимать в этом участия, — решительно заявила она, качая головой. — Даже не проси, я не буду тебя прикрывать. И вообще, а вдруг что-то случится?

— Это просто Алекс, он же не маньяк-убийца.

— Он убийца твоего сердца, а это тоже вполне серьезно.

В этот день я впервые соврала маме. После пар я написала ей краткое сообщение «Готовим новое мероприятие в школе, задержусь, не теряй». И поставила телефон на беззвучный режим.

Мы пошли в кино пешком, сразу после занятий. Сказать, что я нервничала — не сказать ничего. Сама затея Алекса была мне непонятна, я относилась к ней скептически. По пути мы обменивались ничего не значащими фразами о погоде, о преподах, об экзаменах, но избегали самых важных тем, на которые стоило бы поговорить в этой ситуации. Ни он, ни я не начинали этот разговор. И я точно не планировала начинать его первой. Я до последнего планирую сохранять маску непроницаемости, как будто мне вообще все равно, что я иду с Алексом в кино. Господи, Эмма, ты точно сошла с ума. Ну какое «все равно»?!

Между нами точно было и напряжение, и недосказанность. Алекс не был сейчас таким веселым, задорным, флиртующим напропалую, как это было всегда в школе — и это удивляло. Я шла, по большей части разглядывая опавшие с деревьев листья, не смотря в сторону Алекса. Мне нравилась осень. Не важно, был ли дождь или было солнце, мне нравилось то настроение, которое неизменно приносила с собой осень, а именно начавшийся октябрь. Это осеннее настроение царило и на душе. Холодный ветер путался в кварталах, налетая на прохожих с невероятной силой и пробирая до внутренностей. Листья были повсюду: они и мирно лежали на машинах, тротуарах, лавочках, но также и носились вихрем, подгоняемые ветром. Они были уже не ярко желтые, а пожухлые и хрустящие под ногами. Еще несколько недель и ветви деревьев станут совсем голыми и одинокими, а доживающие свои последние мгновения листья попадут в вечный круговорот природы…

Как бы мне хотелось вырваться из своего круговорота ненависти и любви. Как бы хотела ненавидеть Алекса, но у меня ничего не получалось. Я могла говорить что угодно, могла думать, что угодно, но мое сердце все еще учащало свое биение в его присутствии. Зря я пошла в это кино…

— Эмс, — вдруг произнес он после долгой паузы, когда все темы были уже обсуждены. — Что у вас с этим Джеем?

— С Джеймсом, — автоматически поправила я, а он промолчал.

— Мы друзья, — обозначила так я наши отношения.

Не знаю, как он относился ко мне, но мне казалось, что это будет самой подходящей формулировкой. И почему-то добавила еще:

— Мы просто друзья.

Можно было бы соврать, чтобы как-то «набить себе цену», накалить обстановку, привлечь внимание, но впутывать в это Джеймса сильнее, чем было сейчас, я не хотела. Да и вообще я сама не понимала, что хочу от этой нашей встречи с Алексом.

— Я хотел извиниться перед тобой за Эйдена, — продолжил он, замедляя шаг, и я навострилась. — Он не разобрался в ситуации и не имел право что-то тебе вообще говорить. Мне было стыдно за него, но он больше тебе ничего не скажет. Никто не скажет, Эмс.

— Спасибо. Он точно не имел права так говорить. По крайней мере, уж точно не мне.

Он задумался над сказанными мной словами, вглядываясь в меня, но голову я не повернула. А уточнять он не стал.

В кино мы не общались. Да и на сюжет мне было практически все равно. Я боролась со своими внутренними демонами, которые трепетали в настолько близком присутствии Алекса. Мне и хотелось, чтобы он положил руку рядом с моей, но в то же время я страшилась этого. Минуты тянулись невыносимо долго, весь фильм я почти не дышала, прокручивая в голове его вопрос о Джеймсе. Алекс же вовсе, казалось, не думал об этом, так как периодически что-то комментировал, наклонившись ко мне. И уж точно он не замечал то, как его шепот щекотал мою шею, а мой рассудок туманился, одурманенный запахом его парфюма. Но я все еще держала себя в руках, только сильнее вжимаясь в кресло и хватаясь за подлокотник. Я никогда, никогда больше не дам себя обидеть. Это было бы равносильно падению моей гордости с километровой высоты об асфальт.

Он не протянул руку. Когда фильм кончился, я достала телефон и увидела пропущенный от мамы, а точнее — три пропущенных, и краткое сообщение «Быстро домой!». Ой-ой. Я шумно вздохнула и скривилась, предвкушая разговор дома.