Время вернуться

Часть 2. Глава 8

Свет уходил медленно. Болезненно и нехотя, словно отрывая себя вместе с раной. Это было больно. Очень больно и жестоко. Но так было нужно. Он сам понимал это. Сам чувствовал, что эту дрянь надо гнать от себя как можно дальше. Его лишили чувств, личности, мыслей. Постепенно у него получалось, но свет не давал сделать это. А он был слаб. Он не в силах сопротивляться. Голоса становились отчетливей. Иногда он их даже понимал, пока снова не улетал под власть Света.

- Саир! – Прошептала та женщина. – Саир, умоляю, помоги. У меня нет этих сил. Мы можем потерять его.

- Он сам выбрал этот путь. Его участь уже решилась.

- Он сам волен выбирать свою участь, - возразила она. – И он-не я. Он никогда не был твоим врагом.

Свет вдруг отхлынул настолько резко и неожиданно, что он сам вдруг услышал собственный резкий вдох. Как будто рыбу выловили из привычной стихии туда, где она не может жить и с удовольствием швырнули на землю. В сознание ворвался громогласный голос, и он словно гул заполонил собою все пространство и не щадя никого проникал в самые задворки естества.

- Слушай мой голос! – Резко протрубил он, заставляя сознание вывернуться наизнанку. – Слушай Песню Пустыни и иди на мой зов. Они слишком долго спали! Они заразили тебя этим сном, но ты проснешься и пойдешь к Источнику! Это мой приказ! Иди к Источнику Нард'шана.

Свет медленно и неуверенно стал возвращаться и заполонять маленький мир вокруг.

- Ты этого хотела? – Спросил некто у нее. – Он слаб, он не сможет.

- Значит надо найти того, кто сможет. – Ответила она.

- Нет, ошибиться легко. А эта ошибка может стать фатальной…

****

Лия очнулась от тряски и тревог. Затравленно поглядела в окно машины, мир там был холодным и неживым. На горизонте протянулась полоска маслянисто желтого неба. Скоро собиралось рассветать, но на небе еще горели одиночные тусклые звезды.

Что они наделали? Как можно было так сделать? Не послушаться зова Хранителей, стать изгоем в собственной земле! Их приказ был мягок. Они просили приехать в Обитель. Но даже Совету не дано было войти в святая святых, в сердце Города.

И Лия испугалась. Так сильно, что решила бежать. Испугался и Саша. Он мчал во весь опор. Но Саша никогда не был трусом. Он никогда в жизни не убегал.

Сначала они остановились у старого поселения, разрушенного в ходе ракетных ударов. А потом, после долгого спора решились проехать к Вратам. Еще можно вернуться. Еще можно решиться и прийти к Хранителям. Но ее это останавливало. Здесь что-то было не так. А Саша не возражал. В любом случае, еще было время.

К Лие все сильнее возвращалась память, и вот перед ней уже петляла старая дорога в глубине степи. Солнечные лучи еще даже не коснулись краешка земли, а они уже наблюдали, как длинные тени стелились по степной траве. Тишина обволакивала мир, - только рокот мотора, да летящие из-под колес камешки с треском разрезали застывшее молчание.

Когда-то здесь была оживленная трасса, и в кое-каких местах на разложившемся асфальте, перемешанной с глиной, еще даже оставались следы древней разметки. По бокам вырастали остовы разрушенных зданий.

Вот здесь Лия спасла маленького Рагду. И здесь, проезжая этот дом, Саша крепче стиснул руль. Он никогда не ездил по этой дороге, но она почему-то была ему знакома. Вот бетонные стены с осыпавшейся облицовкой, скрюченные прутья старых качелей. Пыльный ветер раскачивал одиноко висящую ржавую балку.

Он молчал. В глубине души ему хотелось развернуться и бежать назад, в Город, в жизнь. Упасть в ноги к Хранителям, попросить о помощи, попросить прощения за слабость, попросить за свою жену. Но нет. Гордость толкала дальше. Здесь действительно было что-то не так. В его душе складывалось неприятное чувство, что здесь в этом мертвом мире, он оставил какую-то частицу себя. Он потерял ее давным-давно, и без нее не было нужной цельности. Да, Саша заразился этой болезнью, как тот мужчина с разбитой головой. И это был не бред. Лия права. Воспоминания туманными призраками пронзали мозг.

Дорога повернула в сторону горной гряды, которая растянулась длинной голубой волнистой линией вдалеке. Теперь туда! Пока есть время! Только туда, назад пути, скорее всего, уже нет.

Он посмотрел на свою жену. Любил ведь ее, чертовку! Молчаливую, неспокойную, чувственную. А любила ли она его по-настоящему? Саша часто задавал себе этот вопрос. Ведь в глубине души он понимал, что если будет нужно, она уйдет - без него, на самый край света. И, хоть, сколько удерживай, контролируй, запирай двери на десятки замков! Если будет нужно, она уйдет. А он любил ее. И именно затянувшаяся трещина побуждала его идти за ней, вперед к бездне, к той смотровой площадке, к красным пескам Пустыни, которую он безумно боялся.