Время Воронов

Глава 13. Проклятое серебро

Догадка Льюиса подтвердилась: каждый Ворон имел когда-то серебряную вещицу, резко почерневшую примерно в то же время, что начали чернеть их волосы. Сольвейн принес ему дешевое кольцо с крупным поделочным камнем.

– Раньше оно выглядело благородно, а стоило пару медяков. Я купил его у старьевщика. Мама сказала, что я дурачок: кольцо наверняка краденное. Я решил, что если объявится хозяин, то обязательно отдам, а пока поношу сам. Думаешь, оно проклято?

– Почти уверен.

Льюис все ему рассказал и взял в помощники. Пока Шарлотта вела расспросы среди Воронов, Сольвейн отправился в библиотеку, читать о проклятьях. Льюис же составил список проклятых вещей и обстоятельств, при которых люди их получали. Во всех случаях вещи были мелкие и часто используемые: гребень, заколка, пряжка для ремня. Что-то недорогое, но прилично выглядящее, купленное случайно, полученное в дар или найденное на улице. Все вещи просто темнели, но не менялись так же, как монета Льюиса.

– Может, дело в том, что ты – Великий Ворон? – предположил Сольвейн. – Твое проклятье отличается от нашего. Вот и сработало по-другому.

– Но почему именно монета? Она же должна была пройти через десятки рук, но почернела именно в моих, причем за пару секунд. У остальных Воронов вещи чернели не раньше чем через несколько часов, а то и дней.

– На монетах чеканят профиль королей. Это все, что мне сейчас пришло в голову.

Льюис постучал пальцами по столу.

– Я почитаю, что Элдрик писал о проклятии. Но мне нужно получить эти вещи. Будет очень странно, если я выкуплю их у Воронов?

Сольвейн подумал и кивнул.

– Да. Это привлечет внимание. Платить золотом за серебро? Это всколыхнет интерес. Если прикажешь их отдать, и то будет лучше.

– Но они же спросят зачем?

Шарлотта, молчаливо слушавшая их разговор, тихо хихикнула.

– Вы делаете проблему из ничего. Я достану проклятые вещи, повелитель. Но что вы с ними собираетесь делать?

– Изучать проклятье.

– Для чего?

– Для того чтобы его снять.

Шарлотта ахнула. Сольвейн открыл рот от изумления.

– А ты сможешь?

– В книгах, что ты мне пересказывал, почти всегда есть условие для снятия, – заметил Льюис, – это ведь магия, а магию можно развеять. Для этого нам может понадобиться какой-нибудь волшебный артефакт или уничтожение источника проклятия. Мне кажется, оно связывает Ворона с полученной им вещью, поэтому я хочу собрать и сохранить их. Но я не желаю, чтобы кто-то об этом узнал, особенно другие Вороны. Поэтому прошу вас никому не рассказывать, чем мы занимаемся.

– Почему? – спросил Сольвейн.

Льюис грустно взглянул на него.

– Вы оба смотрите на меня с такой надеждой, словно я могу снять его щелчком пальцев. А я даже не маг. Это может занять очень много времени и закончиться ничем. Если я дам Воронам надежду, а потом отниму ее, они меня возненавидят.

Все замолчали.

Наконец Шарлотта, нарушила тишину:

– Вы правы, повелитель. Лучше сохранить это в тайне. Я никому не скажу.

– И я!

– Спасибо вам.

И все-таки Льюис находился в приподнятом настроении. Несмотря на трудности, он увидел выход из лабиринта. Если удастся снять проклятье с каждого Ворона, то и Прекрасного Принца больше не будет: ему не с кем станет сражаться. Его не придется убивать. Если Льюис успеет за семь лет – он спасен. Они все будут спасены.

Он углубился в записи Элдрика, но не нашел ничего подобного своим мыслям. Похоже, Элдрик даже не задумывался о такой возможности.

Что ж, значит, больше подсказок не будет. Дальше придется действовать самому.

Шарлотта добыла проклятое серебро с непринужденным изяществом: она рассказала Воронам, что Льюис увел ее с танцев, чтобы обсудить ее брошь. Оказывается, повелитель очень любит потемневшее серебро и собирает его. Один намек, и Шарлотта подарила брошку, а Великий Ворон обрадовался и был очень доволен ею. И спросил, нет ли у нее еще таких.

Вороны тоже поняли намек.

К Льюису потянулась цепочка подданных, желающих засвидетельствовать свое почтение мелким подарком. Льюис искренне всех благодарил и тепло улыбался. Парочке новичков Шарлотта рассказала об этом, как об уже существующей традиции. Некоторые страшно переживали, что оставили серебро дома и спрашивали разрешения вернуться за ним. Льюис разрешил, и уже через пару недель у него было собрано все, за исключением одной вещи.

Принадлежащей Рейвену.

Намеки и откровенные разговоры Шарлотты на него не подействовали. Выражать почтение он не хотел, заявив, что в его верности не может быть сомнений. Сольвейн попытался расспросить его о вещи, но наткнулся на агрессивный отпор и капитулировал. Выходит, решать проблему предстояло Льюису.

Он подготовился к разговору и вызвал Рейвена к себе.

Едва взглянув на него, Льюис понял, что будет сложно. Тот явно был не в духе.

– Рейвен, я с некоторых пор собираю потемневшее серебро. Не мог бы ты подарить мне то, что есть у тебя?

– Это приказ?

– Нет. Просьба.

– Зачем оно тебе?

– Есть причины.

– Какие?

– Это мое дело.

– Тогда не дам.

Рейвен непримиримо скрестил руки на груди.

Льюис вздохнул.

– Эта вещь тебе дорога, как память?

– Нет.

– Быть может, я могу ее у тебя выкупить?

Серые глаза Рейвена насмешливо блеснули.

– Обменяй.

– На что?

– На правду. Что, черт возьми, здесь происходит? Я спрашивал Шарлотту, но она не говорит мне. Вы с ней и Сольвейном что-то задумали. Я трижды спрашивал и предлагал свою помощь, но ты говорил, что она не требуется. Я плохо тебе служил, раз мне нет доверия?

До Льюиса дошло.

– Ты что, обиделся?

– Я не люблю, когда не понимаю, что происходит. Раньше ты доверял мне, сейчас нет. Что я сделал не так? Что вы затеяли, о чем мне знать не положено?

Льюис замялся. Он не то чтобы не доверял Рейвену, но не хотел, чтобы его в очередной раз высмеяли. Он был уверен, что Рейвен его не поймет и привычно обзовет задумку полной чушью.