Время Воронов

Глава 26. Честь и предательство

Начальника стражи на рабочем месте не было, и Нил не стал его дожидаться. Действовать нужно было быстро. Он собрал всех стражников в участке и выступил перед ними:

– Этой ночью в городе было совершено жестокое двойное убийство, группой лиц по предварительному сговору. Убийцы – члены общества «Враги Воронов», уже не раз устраивавшие драки и провокации в городе. Они прикрывались благими речами о борьбе со злом, сами же задирали горожан, чувствуя свою безнаказанность. И вот результат: озверевшая толпа растерзала двух человек и до полусмерти избила третьего. Если кто-то еще считает, что «Враги Воронов» поступают по совести, то я лично провожу вас в покойницкую и покажу тела их жертв.

В участке висела гробовая тишина. Нила переполнял гнев, и каждое слово он чеканил как приговор:

– Пастор Браун заморочил мозги многим из вас. Я сам верил его словам, потому что хотел верить. Но что из этого вышло? Мы – стражники, защита и опора города, готовы вцепляться друг другу в глотки, оскорблять и унижать несогласных с нами. А в это время убийцы творят что хотят, пользуясь нашими распрями для своих целей. Стал ли город безопаснее от того, что вы доказали кому-то свою правоту? Нет. Делает ли вас лучше ненависть к Воронам? Тоже нет.

Он перевел взгляд на Анри. Тот кусал губы и явно чувствовал себя неуютно. Под пристальным взглядом Нила он начал заливаться краской стыда.

– Вспомните о клятве, которую мы все давали, вступая в стражу. Мы обещали быть честными, справедливыми и порядочными людьми. Я настоятельно прошу вас прекратить низкую и подлую вражду, мелочные оскорбления друг друга и «дружбу» против кого-то. Мы – не враги, мы – товарищи, делающее общее дело. Каждый из нас может и должен вести себя достойно, чтобы не позорить честь мундира и свою собственную.

В рядах стражников появлялось все больше пристыженных лиц. Другие смотрели на Нила с облегчением и явным одобрением. Сэм широко улыбнулся ему. В глазах Марка светилось мрачное торжество. Никто не перебивал и не спорил, ожидая продолжения.

– Спасибо за понимание. В ближайшие дни мне понадобиться помощь каждого из вас. Убийцы должны быть осуждены, но в городе возможны беспорядки. Мы не можем допустить этого. Для тех, кто вступил в общество «Врагов Воронов», у меня есть совет: либо немедленно покиньте их, либо отправляйтесь по домам, пока все не утихнет. Вы сейчас в щекотливой ситуации: скоро вам придется сажать в тюрьму бывших приятелей, и это многим не понравится. Я дам вам отгулы, как лейтенант. Томас, ты вчера был в их патруле?

– Нет, я же сказал, что не пойду, – удивился тот, – я домой отправился. А что?

Похоже, он не знал, кто участвовал в убийствах, значит, был непричастен. Хорошо.

Нил оглядел стражников и встретился взглядом с Гийомом.

В его лице не было и кровинки. Оно было абсолютно белым, а губы дрожали.

Черт.

– Все свободны, возвращайтесь к обязанностям. Гийом, подойди ко мне.

Нил отвел его в кабинет, закрыл дверь и безучастно кивнул на стол.

– Садись. Пиши.

– Что?

– Признание. Это – твой единственный шанс избежать виселицы. Сделай вид, что пришел сам и раскаиваешься, сдавай соучастников, помогай расследованию. Вытянем тебе тюрьму. Хоть жив останешься.

– Нил, я этого не делал. Клянусь.

Гийома трясло.

Нил нахмурился.

– Томас сказал, вы собирались идти в патруль вместе. Но он отправился домой. А ты был с ними сегодня ночью.

– Нет! Я тоже не пошел, я пропустил патруль!

Светло-русые волосы Гийома стояли торчком. Он взъерошил их, явно не в первый раз за утро.

– Почему?

– Я… Томас сказал, ты хочешь со мной помириться. Сожалеешь, что потерял мое уважение, – Гийом сглотнул, – меня это выбило из колеи. Я не знал, соглашаться или послать тебя, а решить нужно было до утра. Я несколько часов бродил по городу, размышлял, а потом вернулся домой.

– Тогда почему ты сейчас так трясешься?

– Потому что я не идиот! – Гийом рухнул на стул и сцепил пальцы в замок. – Я должен был там быть, я устроил эти патрули, и у меня нет свидетелей, что я бродил в другом месте! Сегодня дежурили двенадцать человек, без нас с Томасом – десять. Думаешь, они точно запомнили, кто был, а кто нет? А уж перед виселицей убийцы кого угодно оговорят, хоть мать родную, не то что меня! Как мне доказать, что я этого не делал?

Нил глубоко вздохнул.

Сможет ли Рудольф вспомнить всех участников? Знал ли он вообще Гийома?

– Кто-то еще из наших дежурил этой ночью? Анри?

– Нет. Я раскидал по два стражника на патруль. Очередь Анри была позавчера.

Нил разглядывал Гийома, пытаясь понять, говорит ли тот правду.

Неверный вопрос. Мог ли Гийом забить до смерти беспомощную девицу? А избить Рудольфа, вставшего на ее защиту?

Нет. Не мог.

– Гийом, я тебе верю. Мне не хочется думать, что ты на такое способен. Но если я ошибся, то ты сейчас упустил свой последний шанс на спасение и отправишься на виселицу.

– Спасибо, подбодрил, – пробормотал тот.

– Если ты невиновен, то тебе ничего не грозит. Я буду верить, пока не получу железное доказательство твоей вины. Болтовня преступников им не станет: твое слово для меня весомее, чем их. Ты – человек, которого я хотел бы называть своим другом, а кого попало я друзьями не считаю. Прости, что относился к тебе высокомерно и недостаточно ценил твою дружбу. Я пожалел об этом.

Гийом вскинул голову и нервно рассмеялся. Он заметно расслабился.

– Знаешь, я часто представлял себе этот момент: как ты стыдишься, просишь прощения, а я обличаю и обвиняю тебя. И ты клянешься больше никогда не повторять этой ошибки. А теперь я чувствую себя каким-то болваном и понимаю, что ошибся сам. Ты правильно сказал о чести и достоинстве стражника. Я забыл о них, стремясь сбросить тебя с пьедестала, доказать, что я лучше и сильнее. Прости, что болтал о тебе гадости и раздул личную обиду на весь участок. Мир?

Он протянул Нилу руку, и тот пожал ее.