Время выбирает нас. Часть 1

Глава 1. 150 оттенков «бывшего». Предыстория (часть 2)

* * *

Сам Новый год мы с Моськой встретили вдвоём (так я назвала драгоценный комочек из-за её забавнейшей мордахи и умения корчить смешные моськи). Вика звала меня к ним (накануне мне пришлось ей рассказать всё, что произошло, она была шокирована, но от комментариев тактично воздержалась), но я не могла оставить одну своё пушистое счастье (ведь трёхцветные кошки приносят счастье?).

Павел не объявлялся. Чтобы хоть как-то свести концы с концами, я выбрала некоторые ювелирные украшения (очень порывалась взять и пресловутые серёжки, но передумала), отнесла всё в ломбард, тем самым выручив некоторую сумму, которой должно было мне ненадолго хватить.

Я была в отчаянии, совершенно не ожидая такого поворота и ругая себя за безволие, что позволила ему довести себя до такой точки и полностью лишить меня самостоятельности.

Как только праздники кончились, я позвонила тому самому владельцу кофейни, Олегу Андреевичу, с целью вернуться на работу к нему, но он отказал, сказав, что при всём уважении, штат укомплектован. Я расстроилась, из всех вариантов, где мне удалось поработать, он был самым адекватным. Выхода не было. Я разместила резюме и стала сама судорожно просматривать вакансии, пытаясь ухватиться за любую возможность выплыть.

На третий день безуспешных поисков, я потихоньку начала терять оптимизм и веру в светлое будущее. Образование у меня есть (диплом мы с Викой защитили за три недели до Нового года), но по нему я ещё не работала никогда, официального опыта работы нет, все подработки были с «серой» зарплатой.

В момент, когда я уже собиралась разреветься от обиды и отчаяния, раздался звонок в дверь.

Я подошла, в глазок никого не увидела, спросила «кто?», в ответ услышала голос Павла. Не зная, что делать, попыталась у него уточнить, что, собственно, он здесь забыл. На это Паша начал убеждать меня отрыть дверь, потому что «нам необходимо поговорить». Несмотря ни на что, я дико по нему соскучилась, поэтому уговаривать меня долго не пришлось.

Павел тихо зашёл с огромным букетом тёмно-бордовых роз, встал на колени, обняв мои ноги, и прошептал:

— Прости, моя девочка, прости… Но это же ты виновата, ты просто довела меня, вот я и сорвался… Я совершенно не хотел так себя с тобой вести. Я всё осознал, я изменился, больше этого не повторится, обещаю тебе, поверь, дай мне шанс…

В этот момент эти фразы «я всё осознал», «изменился», «ты довела», «ты виновата» прозвучали впервые. В последствии мне предстоит услышать их ещё сотни раз…

Конечно, я его простила, в глубине души осознавая, что совершаю глобальную ошибку...

Он заметил появившиеся кошачьи принадлежности (сама Моська спряталась куда-то сразу, как только он пришёл), удивился, потом сказал — «чем бы моя девочка себя не тешила, лишь бы не плакала, пусть живёт», и улегся рядом со мной на постель, крепко обняв и страстно целуя. «Как будто я спрашивала твоего разрешения», — подумала я, но вслух ничего не сказала, сильно прижимаясь к нему в ответ.

* * *

Спустя пару часов Павел решил заказать нам роллы на обед, сел за мой ноутбук и увидел незакрытую страницу с поиском работы.

— Ты ищешь работу? — удивился он. — Я же разблокировал тебе карточку, зачем?

Я завернулась в одеяло, села на кровати и уверено сказала:

— Я буду работать. Хочешь ты того или нет. Мне не нужны твои деньги.

Он откинулся на спинку стула, закинул руки за голову, внимательно посмотрел на меня, ухмыльнулся и промолвил:

— Ну что ж, хорошо. Моей маме нужна помощница в офисе, пойдешь к ней. Так ты всегда будешь под присмотром и там тебе всегда помогут.

Вроде бы вопрос и решён, а осадок от того, как он решён, остался. Особенно мне не понравилось, что я всегда буду «под присмотром», как-то это неприятненько прозвучало. Я ощутила себя человеком, оковы на руках которого сжимались всё сильнее и сильнее…

* * *

Паша обещание сдержал, его мама взяла меня на работу помощником в своё крупное охранное агентство. К слову, я не понравилась ей с первого взгляда (честно сказать — она мне тоже). Зайдя к ней в кабинет, его матушка тут же смерила меня с ног до головы высокомерным взглядом и язвительно прошептала:

— Мда, явно не из нашего круга, — сделала это так чётко, чтобы я точно услышала.

Стало как-то не по себе, это чувство усилилось, когда Павел сказал «ну всё, работай», слегка меня приобнял и оставил наедине с ней, с той, которой идея с моим трудоустройством явно не импонировала.

Позволю себе сказать пару слов о ней. Людмила Николаевна — типичная бизнесвумен сорока пяти лет. Отец Павла бросил её, когда она была глубоко беременной, с тех пор ненависть ко всему мужскому роду поселилась в её душе до самых глубин. Она даже отчество Павлу записала такое же, как у неё, а не то, какое оно на само деле. Максимально ухоженная, стройная, подтянутая, с волосами цвета вороньего крыла и хронически красными ногтями и губами (мне кажется, она и спала так же). Диеты и спорт — главные увлечения в её жизни. Вырастив сына в одиночку, Людмила Николаевна пребывала в уверенности, что он всецело принадлежит ей и ни одна женщина, какой бы она не была, не достойна того, чтобы составить ему пару. Поэтому, будучи в отношениях с ним, автоматически получаешь отношения ещё и с ней. Характер у неё сложный, тяжелый, я бы даже сказала — стервозный, но, видимо, именно это помогло ей построить бизнес и «сколотить» состояние...