Всадник на пепельном коне

Глава 12

Константин

После вердикта Смерти меня обуяла паника. Я не хочу, чтобы из-за нашей ошибки страдала Дарина. Это светлая, жизнерадостная девочка не заслуживает наказания за наш проступок. Если бы я знал, что все может так обернуться, то ни за чтобы не подставил эту малышку.

Я никогда особо не обращал внимание на свою дочь, её воспитанием занималась жена. Да и после развода времени с ней я проводил не так уж и много. Ну бегает она, кричит, издает разные звуки, а эта Дарина притягивала меня к себе, словно, магнитом.

Я чаще оказывался с ней, чем Ник. Наблюдал издалека, смотрел, как она весело скачет по лужам и так заливисто хохочет, что в моей чёрной душе зарождались ростки света, тепла, радости... Мог часами наблюдать, как она спит, подложив ладошку себе под щеку, как мило высовывает кончик языка, когда занята очень важными делами и сосредоточена так, что не замечает, какая она становится смешная. Обожал, когда, с важным видом, объясняет отцу, что она уже взрослая, и он со спокойной душой может уходить на дежурство. Или, что присмотрит за старой соседкой, которая сидела с ней, когда она уснёт вместо неё. Она была развита не по годам, много и с любопытством читала, а когда наступала ночь, то я иногда тайком показывался ей и она с удовольствием беседовала со мной и делилась своими умозаключениями о прочитанных сказках.

Дарина была спокойной и самостоятельной, и мне порой казалось, в ней спряталась душа взрослого человека, очень рассудительного и разумного.

Покинув зал Совета с плохим предчувствием, мы отправились на наши тренировки, которые Ребекка и Роберт контролировали и не позволяли на них расслабляться ни на минуту. Ник шёл рядом со мной и его мысли врезались в мою голову тупой болью. Он думал настолько громко, что казалось, сейчас мои мозги начнут медленно плавиться. Мы оба чувствовали какие-то неприятности, и они не заставили себя ждать.

На медитации и раскрытии нашего дара, мы пробовали закрыть свои мысли от наших наставников, но не могли никак сосредоточиться. Ребекка с Робертом снова и снова врезались в наше сознание, пробираясь все глубже и дальше, даже сокровенное стало явным. Ребекка смеялась надо мной, озвучивая то, что не имела права делать. Она меня злила, бесила, выводила из равновесия и, когда я не выдержав, сорвался и хотел наброситься на нее, меня скрутила неимоверная боль.

Шею жгло, будто, калёным железом, боль была настолько сильной, что из моего горла вырвался крик. В тот же момент поступил тревожный сигнал – наша подопечная находится в опасности. В мгновение боль забылась, и мы вчетвером переместились к Дарине.

Над ее кроватью стоял один из всадников, а из его руки лился потусторонний яркий свет, который окутывал девочку. Мерзко ухмыльнувшись, он произнёс:

– Это вам привет от самой Смерти. Теперь девочка находится под его неусыпным контролем. И только от вас будет зависеть, останется она в этом мире или перейдёт в нашу власть. Детские души такие сладкие, невинные. Их так приятно забирать… – я дёрнулся к нему, но Ник силой удержал меня и всадник тут же испарился.

– Нет, Константин! Мы должны вести себя тихо и не отсвечивать, иначе девочке будет плохо.

– Посмотрите у неё на плече метка Смерти. Этот серп в виде родимого пятна останется с ней навсегда. Только пока неясно, это просто родимое пятно или пусковой механизм к гибели. Это клеймо, которое оставил на ней прихвостень Смерти может привести к страшным последствиям, если вы не будете следовать правилам. – Проговорил Роберт озадаченно.

– Ей не было больно, всю ее боль принял кто-то другой, она спит и даже не просыпалась. – Удивлённо шепнул Ник, показывая пальцем на малышку.

– И этот кто-то, ты – Константин! – сказала Ребекка. В ее глазах плескалась паника. Я никогда не видел ее такой испуганной. На ее лице не было ни одной краски. Они с Робертом переглядывались. – У тебя на шее точно такое же клеймо. – Неживым голосом проговорила она.

– И что здесь такого, я же ее опекаю? Я ее хранитель! Вот и получилось, что всю её боль принял на себя я!

– Если бы все было так просто! – взволнованно воскликнула Ребекка.

– Константин – это очень плохо, ты даже не представляешь насколько плохо, что метка проступила и у тебя! – проговорил Роберт, поддерживая вмиг осунувшуюся Ребекку.

–Да что здесь такого-то?! Объясните!

– Мы должны уйти отсюда и побыстрее! Если Смерть узнает о парном клейме, то нам всем несдобровать.

Мы с Ником не понимали что происходит. Что такого, что у одного из хранителей появилось похожее клеймо, мы же защитники, мы чувствуем ее на расстоянии! А так как я с ней проводил больше времени, метка и проступила у меня. Все элементарно.

– Никогда не думала, что испытаю этот страх снова. Ты не понимаешь, что значат эти знаки. Ты даже представить не можешь, какую опасность несут парные метки между хранителем и его подопечным. И насколько теперь важно, вам двоим быстрее овладеть всеми умениями, особенно защищать свои мысли от проникновения в них других. Если об этом узнает Смерть. Да, что там если! Когда об этом узнает Смерть, – Ребекка в упор взглянула на меня, – то Дарина умрёт. И никто не сможет её спасти. – Мне всё это очень не нравилось. Как держать что-то в тайне от судьи Обугленного Совета!?

– Да что происходит! – тут уже не выдержал и Ник. – Объясните вы толком! – Ребекка вздохнула, и тихим, надтреснутым голосом начала свой рассказ.