Всадники Перна: Сквозь тысячи лет. Фанфики

Спасение Никаса. Рассказ (совместно с Шин)

Время: 15.02.1001 Оборота

Место: холд Битра, раннее утро

Проклятье, мало того, что отец разбудил его чуть свет, так ещё и, не дав толком одеться (Никас натянул только лёгкую рубаху и штаны), потащил сына к своим дружкам!

С этими безрадостными мыслями парень шёл следом за Далкасом. Никас ещё не пришёл в себя после смерти матери, а отец не обращал ни малейшего внимания на душевные переживания мальчика. Сам Далкас вместо скорби по погибшей жене всё время проводил в азартных играх, и стремился к тому, чтоб сын тоже зарабатывал марки таким способом. Вот и сейчас они шли, чтобы сыграть с давними друзьями Далкаса в игру, что называлась «Брови слепого человека».

Никас слегка разбирался в её правилах, но главным в игре было то, что Далкас всегда умудрялся подменять игральные кости на свои собственные, с утяжелением под гранью шестёрки, за счёт чего и выигрывал. Впрочем, прибыль всегда оказывалась временной: кто-нибудь из дружков отца столь же ловко подменял кости на свои, и игра сводилась скорее не к чистому везению, а кто кого перехитрит.

Сегодня за небольшим столом в большом зале неподалёку от входа в холд собрались самые ловкие и влиятельные друзья Далкаса. Один из них, только что выигравший несколько марок, сухо поприветствовал отца с сыном и подвинулся на скамье, чтоб они сели.

Проиграв пару раз, Далкас ловко подменил кости и подмигнул сыну: действуй. Никас, как учил его отец, бросил кости ладонью вверх, и тут же выиграл пару марок. Далкас удовлетворённо улыбнулся:

— Сегодня везёт моему сыну. А где наш лорд-холдер, разве он не хотел присоединиться к игре?

Один из дружков Далкаса (Никас не знал его имени), неприятный мужчина со шрамом на левой щеке, ответил с кривой усмешкой:

— Боюсь, Морат ещё спит. Вчера он слишком много выпил. А сегодня вряд ли присоединится к нам, ведь ему надо встречать бабу из Вейра, — игрок расхохотался.

— Бабу из Вейра? — не понял Далкас.

— Ну да, сегодня кто-то из этих летающих баб на драконах заглянет в холд с Поиском, — мужчина презрительно сплюнул на пол.

— Не смейте оскорблять всадников! — не смог сдержаться Никас, вскочив. Отец мигом остудил пыл мальчика, ударив его по руке и выбив зажатые в кулаке выигранные марки:

— Это ты не смей указывать нам, что делать. Всадники — никто, а мне не нужен такой сын, который будет их поддерживать! Вон из холда! — и Далкас, схватив паренька, силком потащил его наружу.

Никас попытался вырваться, но отец держал крепко. Мужчина со шрамом открыл дверь холда, и снаружи повеяло холодом. Далкас безжалостно вытолкнул Никаса наружу. Парень упал на снег и, уже поднимаясь, увидел, как перед ним закрывается дверь холда.

— Нет! Вы что же, бросите меня умирать?! — отчаянно закричал он.

Далкас и мужчина со шрамом лишь расхохотались:

— А пусть даже и так! Зачем жить тому, кто любит баб на драконах? — заявил отец.

На улице было морозно, особенно для Никаса, оказавшегося снаружи в тонкой одежде и без обуви. Подпрыгивая босыми ногами, чтобы хоть как-то согреться, Никас при каждом приземлении чувствовал холод недавно выпавшего тонкого слоя снега. Мальчик отчаянно застучал в дверь, но услышал лишь издевательский смех Далкаса.

За всю свою недолгую жизнь Никас часто бегал без обуви даже по снегу, но всегда это длилось недолго, не больше минуты-другой, требовавшейся, чтобы добежать, скажем, до небольшого колодца во дворе холда, или до фургона прибывшего торгового каравана. Юноша был закалённым, но не настолько, чтобы выдержать несколько часов на морозе, требовавшихся, чтобы добраться до ближайшего к холду мелкого поселения.

Но что мне остаётся? Торчать здесь на холоде и замерзать, надеясь на жалость кого-то из жителей холда? Нет, битранцам неведома жалость. Да и сколько человек может прожить, стоя босиком на снегу? Закалённый — может час или даже два, но вряд ли больше. Я же не протяну и часа, уже сейчас мурашки от холода, — Никас поёжился, размышляя.

Даже если я отправлюсь искать убежища в окрестных мелких холдах, могу просто не успеть дойти. Остаётся только одно — согреваться прыжками и надеяться, что упомянутый в разговоре всадник скоро прилетит…

И Никас остался во дворе холда, подпрыгивая и стараясь не замечать холода и промозглого ветра…

М'дир твердой походкой спускался на дно Чаши Вейра. В'мар послал его на Поиск в Битру. Даже в остальных землях многие всадники встречали сопротивление, когда прилетали за юными Претендентами, так с чего Предводитель решил, что в Битре, где, как известно, процветали азартные игры и воровство, М'дир сможет найти кого-то достойного...
Но приказ есть приказ, и М'дир со своим бронзовым Поринтом взмыл в холодное небо Бендена, приветственно махнув рукой дежурившему на огневых Высотах синему всаднику.
Облетев несколько мелких холдов и так и не заметив в мыслях своего дракона никакого волнения или призыва, всадник неумолимо приближался к Великому Холду Битра. Желания посещать эти стены у него не было, но, влекомый сильными крыльями Поринта, он, наконец, достиг скал Битры. Его дракон заложил вираж, немного растерянный поднявшейся метелью, ведь в Битре экономили на светильниках.

— Я не вижу, куда садиться! — пожаловался бронзовый гигант, кружа над темневшими внизу скалами.