Всадники Перна: Сквозь тысячи лет. Фанфики

Чужая судьба. Рассказ. AU

Церемония Запечатления завершилась, хотя на площадке осталось одно-единственное, сиротливо лежащее яйцо — оно так и не раскололось. Почти все зрители уже разошлись. Остались на своих местах только усталый Лайтол с воспитанником Джексомом и мальчиком из Вейра Фелессаном; чуть в стороне сидела и Менолли, поскольку ей больно было ходить. Несколько дней назад она пыталась обогнать фронт Падения Нитей, подошвы её сапог развалились, и девочка, сбежавшая из холда Полукруглый, сбила ноги в кровь. Её благо, что зоркий всадник Бендена приметил беглянку и, усадив на дракона, доставил в Вейр.

Менолли наслаждалась каждым мигом очаровавшего её зрелища, смотря, как рождаются драконы и находят себе пару на всю жизнь. Она до сих пор сидела под впечатлением, вспоминая, как ожила дущой Брекка, хоть ей и не удалось запечатлить королеву. А вот Лайтол с болью в сердце вспоминал своего погибшего дракона Ларта, и потому тоже не трогался с места, даже когда Джексом попытался обратить внимание наставника на сиротливо лежащее яйцо. Менолли посмотрела на Площадку Рождений и задумалась: «Почему никого больше не интересует участь неродившегося дракончика? Что с ним случилось?»

Джексом решительно рванулся с места, и его не успели остановить ни Лайтол, ни Фелессан. Вырвавшись на Площадку Рождений, мальчик выхватил нож и начал бить по скорлупе яйца, желая помочь дракону всё-таки выбраться наружу.

— Нет! Тебе нельзя! — закричали сверху, и Менолли удивилась: почему незнакомому мальчику возбраняется помочь дракону? Девочке, которой когда-то запретили заниматься сочинительством песен, а затем и вовсе музыкой, стало жаль Джексома. А он продолжал усердно бить ножом по скорлупе, а затем и по мембране, не обращая внимания на крики.

Менолли тоже хотела помочь мальчику и дракону, и она начала осторожно спускаться, стараясь не слишком тревожить свои ещё не зажившие стопы. На неё никто поначалу не обратил внимания, так как в этот момент мальчику удалось-таки пробить мембрану, и наружу показалось маленькое крыло дракончика — абсолютно белое. Лайтол и Фелессан вскочили со своих мест. А Джексом, по-прежнему не обращая внимания ни на кого, помогал выбраться новорождённому дракончику — ведь мембрана лопнула ещё не полностью.

Неожиданно сильные мужские руки подхватили Менолли и потащили вниз. Она недоумённо посмотрела на мрачного незнакомца, чья щека нервно дёргалась — это был Лайтол.

— Давай, парень, не робей, — сказал мальчишка, второй из спутников нёсшего её мужчины. — Мне ещё слишком рано для Запечатления, и только ты можешь нас выручить.

«Выручить?» — удивилась Менолли. Её уже не в первый раз из-за роста и внешнего вида путали с парнем, но сейчас это могло привести к непоправивому: девочку заставляли стать всадницей, отнимая эту возможность у Джексома. Она и опомниться не успела, как её отнесли на Площадку Рождений и поставили на горячий песок неподалёку от яйца. Девочка застонала — её ступни сразу отозвались страшной болью.

— Да что с тобой? — не отставал мальчик. — Любой был бы рад возможности Запечатлить дракона! Но лорду Джексому ни в коем случае нельзя становиться всадником.

В этот миг для Менолли всё стало ясно, но задуматься над услышанным ей не дали. Громко затрещали скорлупа и мембрана, и абсолютно белый дракончик выбрался наружу. И надо же было такому случиться, что он вылез из яйца ближе не к своему спасителю, а к стоявшей в полной растерянности Менолли! Девочка всё равно хотела бы, чтобы дракончик выбрал лорда Джексома — несмотря на нежелание остальных, спасший новорождённого был достоин стать всадником. Как она сочувствовала сейчас Джексому — из-за титула ему не давали возможности осуществить затаённую мечту и стать всадником. Ведь Менолли точно так же не давали заниматься музыкой!

Она, стараясь не обращать внимания на боль в ногах, попятилась, стараясь отойти подальше от белого дракончика, размером лишь чуть больше, чем Красотка. «Ну давай, иди к своему спасителю, ну пожалуйста!» — мысленно умоляла Менолли. Но дракончик сделал ещё два шага к ней, его фасеточные глаза светились оранжевым. «Я голоден. Покорми меня, пожалуйста», — возник в голове у девочки жалобный голос, и тут она поняла, что случилось неотвратимое. Запечатление состоялось. По её лицу покатились крупные слёзы — Менолли было невмоготу видеть разочарование Джексома, от которого ушёл спасённый белый дракон. А тот продолжал настойчиво тыкаться ей в ноги и просить мысленно: «Дай мне поесть. Меня зовут Рут. Мы теперь вместе навсегда. Почему ты плачешь?»

Девочка совсем растерялась, и несколько секнуд не могла ни шагу ступить, ни слова вымолвить. Но горячий песок продолжал немилосердно жечь её ступни даже сквозь толстые подошвы, и Менолли наконец тронулась с места, спеша покинуть Площадку Рождений.

Фелессан, сообразивший, что незнакомый парень просто огорошен произошедшим, взял инициативу в свои руки. Он быстренько сбегал за блюдом с мясом для дракона. Менолли начала кормить Рута, но по лицу её по-прежнему бежали слёзы. Джексом понуро стоял рядом с осколками скорлупы. Где-то внутри него совершенно неожиданно пробудилась неистовая ярость. Как же ему надоели поучения Лайтола! «То нельзя, это запрещено, лорду так не положено», — всё это вкупе с тем, что его лишили возможности Запечатлить дракона, разозлило Джексома. Он вырвался из рук Лайтола и с яростью побежал к белому дракону.

— Он мой! Я должен стать его всадником! — с гневом в голосе закричал Джексом, заставив Менолли вздрогнуть. Рут едва не подавился куском мяса; белый дракончик с невинным видом повернулся к бегущему мальчику. Тот со злостью оттолкнул Менолли, и та больно ушиблась о скальный выступ неподалёку.