Все блондинки любят бриллианты

Глава 18

Глеб, который так привык к имени Яков, что уже перестал откликаться на собственное, отключил мобильный и тоскливо посмотрел в окно машины. Там, за небольшой рощицей просматривался особняк Елизаветы Кравченко. Он одиноко стоял на лысом участке земли. И несмотря на то, что был обнесен массивным забором, все равно смотрелся лакомым куском для любого грабителя. Глеб знал, что из охраны там лишь водитель Черной вдовы, который больше похож на маньяка-убийцу, чем на человека мирной профессии. Но даже с ним он в состоянии справится. Еще, конечно, есть несколько человек, которые охраняют весь поселок. Однако пройти на территорию вне их ведома тоже вполне реально. И если бы все упиралось в саму Елизавету, то он бы уже был внутри дома. Но за тихой женщиной с милым личиком и преступными наклонностями стоял весьма могущественный человек. Именно его интересы сейчас были под угрозой. А когда страдают интересы такого человека, то он способен на все. Вот поэтому теперь в доме Кравченко, скорее всего, плюнуть нельзя, чтобы не попасть в верзилу с автоматом. Или нет… Возможно этот человек настолько самонадеян, что никого и ничего не боится. И в самом деле, чего ему опасаться какой-то блондинки, если он уже столько всего натворил в своей жизни, и ему все сошло с рук. Да с такими деньгами как у него, он еще столько же раз сможет преступить закон совершенно безнаказанно.

Глеб задумался. Сегодня он узнал практически все об этой безумной афере. Он вычислил всех ее участников – прямых, косвенных, осведомленных и несведущих. А до того, чего он не успел узнать, он уже догадался. Это не представляло труда, потому что предприятие было не безнадежно запутанным, а как раз наоборот, прозрачным как ключевая вода. Он даже понял, кто в него стрелял. И почему больше не стали покушаться на его жизнь. С утра он следил за Марго, поэтому видел, кто похитил собаку из ее машины и куда эту собаку доставили. Сейчас Мао находился в доме Черной вдовы.

Сегодня Глеб успел немало удивиться. Да так, как давно уже не удивлялся. Это касалось участия некоторых людей в операции. Но он никак не мог понять роли, которые они распределили между собой. Или хозяйка - судьба раздала им эти роли, а они просто вынуждены их исполнять. Сегодня Глеб надеялся разгадать и эту тайну. Ведь именно от нее зависела не только жизнь многих участников этой незатейливой истории, но и его собственная жизнь.

Он прекрасно знал правила игры – в живых останется лишь победитель. Так уж устроен этот мир. А пока что он, Марго и ее друзья числились в аутсайдерах гонки. Но до финиша у них был еще шанс взять реванш. Малюсенький шанс, может быть один из ста. И глупо было бы им не воспользоваться, если терять все равно уже нечего. Он глубоко вдохнул, задержал в легких воздух, собираясь с силами, а затем шумно выдохнул. После этого он открыл дверь машины и нырнул во влажный, не по-зимнему теплый воздух.

20 января погружало подмосковные леса в тяжелый, поистине октябрьский вечер. Нависшие тучи как вата согревали и без того теплый воздух. Вспоминалось все когда-либо услышанное о парниковом эффекте и грядущих за ним катаклизмах. От таких мыслей росла неуверенность, апатия и тоскливая покорность злому року. Делать ничего не хотелось. Любая идея уже заранее казалась идиоткой. В такие дни люди вряд ли совершают великие открытия. Как раз наоборот. В такие дни мысли, которые в конечном итоге привели бы человека к горделивому восклицанию «Эврика!», хоронятся им же навсегда.

Переступая через скользкие от влаги ветки, Глеб думал, что эта зима уже сотворила свое черное дело. Благодаря ей в ближайшем будущем взойдет хилый урожай, экономика многих стран ухудшит свои показатели, непременно обрушится какой-нибудь биржевой коэффициент, миллионы потеряют работу или влезут в кабальные долги. Но даже это не главное. Вероятнее всего безрадостная зима без солнца, снега и морозца нанесла ущерб далекому будущему человечества, поскольку помешала великим умам додуматься до чего-то весьма существенного. И может быть именно по причине этой вопиюще неправильной погоды, которая установилась зимой 2007-го года, люди так никогда и не долетят до звезд.

Он остановился перед пустырем на краю рощи, за которым стоял дом Елизаветы Кравченко. Уже совсем стемнело. Глеб поднес руку к глазам, пытаясь понять который час. Марго тут ждали к девяти. Люминесцентные стрелки выполненных на заказ швейцарских часов показывали без четверти восемь. Пора было действовать. Он шагнул на открытое пространство. И в этот же миг черное небо опрокинулось и оказалось у него под ногами. Он упал, так и не поняв, что его банально вырубили по старинке обломком старого дерева.

***

- Ну, хватит нюни пускать! – возмутился Рубцов, который уже третий час наблюдал за молчаливыми страданиями своего начальника.

- Видишь ли, - Тимофей отнял руки от бледного лица и с невыразимой тоской уставился на начальника охраны, - Очень неприятно чувствовать себя маленьким муравьем. От которого в этой жизни абсолютно ничего не зависит.

- А мне тогда кем себя считать? – Рубцов с размаху сел на край длинного стола и поискал глазами, чтобы сунуть себе за ухо или в карман. Но даже этой малой радости не суждено было сбыться – стол, уставленный множеством задвинутых стульев, был абсолютно пуст. Он являлся зримым воплощением нынешнего состояния предприятия. На нем не лежали как прежде аккуратные стопки чистых листов с логотипом мясокомбината, не стояли стаканчики с карандашами и ручками, даже красочных проспектов выпускаемой продукции и тех не валялось. Было очевидно, что совещания и деловые встречи в кабинете директора не проводились уже давно. В этом помещении, некогда насыщенном кипящей деятельностью, время остановилось, бизнес замер. А может быть даже умер.

- Я вырос в обеспеченной семье, долгое время беспутно тратил свою жизнь, проматывал ее по клубам и тусовкам. А потом занял место отца и стал руководителем крупного предприятия, - тихо пробормотал Тимофей, глядя на бронзовую ручку входной двери, - И ты знаешь, мне казалось, что я хозяин жизни. Если не вообще, то хотя бы собственной. У меня все есть, я даже почти женат. Я могу себе позволить все, что мне захочется. Ну, может быть, только в космос не могу полететь. Но меня туда ведь и не тянет… А тут как щелчок по носу – большие дяди пришли и дали мне почувствовать себя полным ничтожеством. Они в один день разрушили мою жизнь. Просто так, играючи. И я ничего не могу с этим поделать. Я все связи свои пытался задействовать. Да что я, мой отец тоже. Как будто в черную дыру. Ничего не срабатывает. А ведь казалось, что наше предприятие непотопляемый фрегат. Долгосрочные договоры, влиятельные покровители в министерствах, банкиры – лучшие друзья. Теперь все они только руками разводят.