Всё было не так

Глава 45 - Рецидив

Когда пришла медсестра с градусником, Малена уже не спала, просто лежала на боку с закрытыми глазами. Вставать не хотелось, вообще ничего не хотелось, голову будто мокрой ватой набили, уснуть бы и никогда больше не просыпаться, но сон ушел, а тут еще Рози со своим осмотром.

– Эй, подруга, что с тобой?

Она изобразила сонное угуканье и обняла подушку, надеясь, что теперь отстанут. Не тут-то было! Быстрые шаги процокали к выходу.

– Альбертик, миленький, иди сюда скорее!

– Что случилось?

– Без понятия. Температура вроде нормальная, а она совсем никакая. Когда под кислородом валялась, больше на живого человека была похожа.

К шагам двух пар ног добавились еще.

– Что такое? – хрипло спросил Картер.

«Только его здесь не хватало! Почему нельзя просто оставить меня в покое?!»

Семья, кстати, так и сделала. Малена три ночи не спала, ожидая звонка Питера, когда поняла, что не дождется, приняла душ, надела свежую ночнушку и легла в кровать. Никто не беспокоил. Ближе к обеду пришла служанка с подносом, пришлось соврать, что набрала лишний вес. Она повздыхала, поохала, но пообещала не приносить ничего кроме апельсинового сока.

Больно не было. Пока ждала возле телефона, хотелось разодрать грудную клетку и вырвать сердце, которое превратилось в дырявый сосуд, наполненный серной кислотой. Выдернуть его к чертовой матери, а потом промыть себя изнутри холодной водой.

Но пришло понимание, что Питер от нее отказался.

И не осталось ничего – ни боли, ни сил, ни чувств, ни желаний. Она думала, что умрет, не сбылось. Тогда приходило много мыслей, например, что безбожники правы, что после смерти ничего не будет, она просто перестанет существовать, перспектива радовала – всех райских кущ не хватит, чтобы заполнить ее пустоту.

Потом приехала старшая сестра, украдкой сунула упаковку таблеток «от нервов», сказав, что только ими и спасается.

Странно, у неё вроде бы все хорошо – трое прекрасных деток, муж, дом – полная чаша. Чего еще желать? Правда поговаривали, что муж ездит к молодой вдове, ну и что с того? Мама всегда говорила, что леди не должны беспокоить девки, с которыми муж удовлетворяет свои животные инстинкты. Истинная леди должна быть выше этого. Сестра и не жаловалась, спасибо фармакологии.

Таблетки действительно помогали. Через две недели Малена смогла вернуться в спортзал, где выяснилось, что она потеряла шесть килограмм и больше не может работать на тренажерах с прежними утяжелителями. Тренерша пришла в ужас и принялась осторожно расспрашивать, не замечала ли она каких-нибудь уплотнений в своем теле, не идет ли кровь в неположенные дни. Подозревала онкологию. Откуда же ей знать правду? Разрыв помолвки случился тихо, таблоиды ничего не писали, а Малена не из тех, кто стал бы откровенничать. К прежним утяжелителям она так и не вернулась хоть и работала в тренажерке через день, а в свободные дни часами плавала в бассейне. Она старалась не оставлять себе времени для мыслей о предателе. Сработало: через полгода она бросила таблетки, через год Питер перестал появляться в мыслях. Малена практически не вспоминала о бывшем женихе пока малознакомый мужчина не похитил ее, но и тогда мысли о несбывшемся не вызывали ничего, кроме горького недоумения, – кем надо быть, чтобы так просто отказаться от любимого человека. Ответ напрашивался сам собой:

«Мужчиной. Для этого нужно родиться мужчиной»

Она смирилась с этой мыслью. Более того, стала думать, что напрасно женщины считают любовь главным в жизни. Раз более умные существа ценят чувства так мало, может быть, им стоит относиться так же. Отец вот не считал, что, разорвав помолвку, нанес дочери какой-то вред – не объяснил, не извинился, просто сказал:

– Найду другого.

Будто ожидая, что дочь переключит чувства по щелчку пальца. Она плакала и топала ногами, кричала, что не пойдет ни за кого другого. Ему было все равно, и мама встала на его сторону:

– Не смей так с отцом разговаривать! Я тебя не так воспитывала.

Вот и весь разговор. Будто не случилось ничего особенного – не один, так другой, по мнению отца, без разницы. Если мужчины такие, стоит ли их любить? Казалось, ответ найден. Поэтому она спокойно отпраздновала свое тридцатипятилетние, зная, что наверняка проживет остаток жизни в одиночестве, поэтому не сильно расстроилась из-за похищения – замуж все равно не возьмут, а если родня решит, что репутация семьи пострадала, что ж, пусть будет так.

Да, казалось, что она все пережила и наконец успокоилось, но стоило мужчине попытаться поцеловать, все вернулось.

– Маленькая моя, что с тобой?

– А?

Шевелиться по-прежнему не хотелось, но на такой крик души нельзя не откликнуться. Она открыла глаза, Эрик в черном костюме подошел к изголовью и с тревогой смотрел на нее. Снизу он казался огромным, как великан из детской сказки.

– Что с тобой, я спрашиваю.

– Ничего, я просто хочу спать.

– Вот только этого не надо, – поморщился Картер. – Видел я такое.

– Когда? – полюбопытствовала Рози.

– Было дело, – поморщился он, присаживаясь на краешек кровати. – Мы подозревали одну куколку в воровстве. Поймали ее, привезли на склад, вроде этого. Я сам взялся допросить, хотелось обойтись без крутых мер. Женщины такое плохо переносят, – он развел руками. – Мужчина так или иначе готов к мордобою, каждый сам дрался, а для женщин такой способ выяснения отношений неприемлем. На этом я и сыграл, плюс приобнял немного.

Он вскинул руки ладонями вперед, словно защищаясь.

– Нет, вы не подумайте. Границ вежливости, я не перешел, но ей хватило. Я не знал, что она пережила изнасилование, – он покачал головой. – Началась такая истерика, что вспоминать тошно, однако ей удалось выдать довольно убедительную версию. Тогда я подумал, что все хорошо вышло, никто не пострадал. А потом она лежала вот так вот.

– И что с ней случилось?

Босс покачал головой.