Всё было не так

Глава 62 - Свободу от жизни можете забрать себе

Они с Эриком пили чай в кабинете, когда раздался звонок. Он тут же включил видеосвязь и передал трубку. Рози позвонила, чтобы рассказать о свадебном путешествии. Они с Альбертом наутро после свадьбы улетели в Австралию, где невестка наконец-то познакомилась со свекровью.

– Ниче, нормальная баба оказалась. Сухая такая, бодрая. Каждое утро по два часа с палками топает, еще и плавает, прикинь? Ей уже хорошо так… Я думала, за пятьдесят. А ей зимой девяносто восемь стукнуло, представляешь?

Малена представляла. У них после второй генетической терапии списывали тридцать лет жизни, а в Австралии услуга входила в медицинскую страховку, ей пользовались все, кроме членов секты «Свидетелей» и пары похожих культов. Люди привыкли к средней продолжительности жизни в сто двадцать лет, потому не заморачивались с заменой паспортов. На территории Священной подобная услуга не прижилась, состоятельные граждане проводили ее в Австралии или на Синайском берегу, после чего меняли паспорт. Пришлось коротко объяснить ситуацию медсестре.

– Офигеть, – выдала она.

Впрочем, в голосе звучало гораздо меньше удивления, чем ожидалось от женщины взрывного темперамента. Видимо, доктор уже объяснил данные достижения медицины. Однако развивать тему не хотелось, поэтому Малена спросила:

– Как тебя встретила?

Из трубки раздался хохот.

– Я с нее балдею. Сразу выдала – я и не волновалась. Хуже, чем в первый раз, просто быть не может. Твоя предшественница, говорит, оставила моего мальчика с пятью детьми. Прикинь? Я аж села!

– А ты?

– Говорю, не надо так о мертвой. Не, ну не по-человечьи это! Она от родов умерла, а не удрала к любовнику. Альбертик ржет, маман пофиг. Ниче себе семейка, а?

Малена почувствовала, что смеется, рядом хихикал Эрик, прикрывая рот огромной ладонью.

– Я тебя обожаю!

– Меня все любят, – без тени смущения заявила медсестра. – Ща, погодь. Покажу тебе отель для молодоженов. Здесь вообще другой мир. Жаль, гражданство не дают, я бы тут осталась.

– Почему нет? – вмешался Картер. – Как жене гражданина тебе дадут бессрочный вид на жительство через три года.

– И что я там буду делать без душки-доктора?

Включился VideoCreator.

– Рози, извини. Новости начинаются.

– Ниче! Я тебе видео пришлю! Подруга, ты обалдеешь!

– А Рози и правда его любит. Бывает же, – заметил Эрик, снова хватая чашку, в его ладони она казалась кукольной.

– А что такого?

Он пожал плечами и отхлебнул глоток. Малена не стала допивать, откинулась на спинку диванчика, пружина тихо скрипнула под ней. На экране высохший старик со злыми глазками страстно вещал, глядя прямо в камеру, острая бороденка тряслась в такт словам. Эрик обнял за плечи, она прижалась к нему всем телом и закрыла глаза. Мир изменился; собирая пазл своего восприятия, она нашла частичку, после которой картинка сложилась, стала цельной и прекрасной.

«В которой хочется жить»

Она могла так просидеть вечность и не стала бы просить у судьбы чего-то еще. Но по новостям пустили новый сюжет, и тело напряглись, пришлось открыть глаза. Картер внимательно смотрел в экран, внешне его поза оставалась такой же расслабленной, если бы Малена не обнимала, могла бы не заметить, как напряглись мышцы всего тела.

– Присяжные удалились на совещание.

Она почувствовала, как ледяная волна ужаса сжала грудь, – ни вдохнуть, ни выдохнуть, и Картер такой, как прежде, – жесткий, сильный, целеустремленный…

«Жестокий»

– Ну вот и все, – сказал он, выключая VideoCreator.

Малена с удивлением глянула на него, отец всегда просматривал не меньше половины выпуска, а, как правило, смотрел все, включая «светские сплетни», как называла их Ирен.

– Они дали запись, прямое включение маловероятно. Слишком долго длится процесс, зрителям надоело.

– Что со мной будет?

– А что с тобой может быть? – широко улыбнулся он. – Не бойся, куколка, не бойся.

Она отшатнулась, подлокотник дивана уперся в правый бок.

– Да что ты, в самом деле?! Ты что, не видела присяжных? Оправдают как миленькие. Никуда не денутся.

– И вы помиритесь с отцом. А я?

– Станешь моей женой, – рассмеялся он, привлекая ее к себе. – С вашими традициями проблем не должно возникнуть. В Австралии меня послали бы ко всем чертям, а тебя повезли бы к психоаналитику.

– Лечиться от стокгольмского синдрома? – слабо улыбнулась она.

– Не, стокгольмский синдром только на жертв действует, а тут обоих накрыло.

Он взял ее лицо обеими ладонями и поцеловал в губы. Она так растерялась, что не успела ответить, он отстранился, но продолжил удерживать. Его ладони казались такими горячими.

– Ты как я. Тоже не можешь никому доверять.

Она сглотнула.

– У нас обоих довольно хреново зажили душевные раны. Так?

– А что, если они признают брата виновным?

– Ничего, – он отпустил лицо. – Мы поженимся, не ставя в известность папочку. Ты сильно расстроишься, если его не будет на свадьбе?

Малена собрала всю свою решимость и выпалила:

– Я расстроюсь, если свадьбы не будет вовсе. Если ты наиграешься, а потом выбросишь. Я… я не смогу жить как Рози.

– Что ты такое говоришь?

Он прижал ее к себе и принялся рассказывать, что вполне мог бы взять доступную женщину, с которой не будет проблем.

– Она бы дала мне еще в первый вечер. А ты в обморок грохнулась.

Малена смеялась, уткнувшись носом в лацкан пиджака, ничего не могла с собой поделать. Страх выходил истерическим смехом, но напряжение осталось. Не надо быть профессиональным психологом, чтобы понять: оно не уйдет, пока ситуация не прояснится.

«Путь»

Отец говорил, что новые традиции принесли женщинам свободу. Им больше не нужно выбирать, за кого выходить замуж и как жить, не нужно ни о чем беспокоиться и ничего решать. Вчера она выбрала свою дальнейшую судьбу, если теперь предстоит бояться и думать о будущем – пусть так и будет. Такова жизнь.
«Нет это и есть жизнь. И я хочу узнать её вкус каким бы он не оказался».
«Чем бы все не обернулось».
«А свободу от жизни папа может забрать себе!»