Всё, что осталось после нас

Глава 1

Райли

Этот долбаный дождь льет с самого момента приземления моего самолета в аэропорту. Мне не до погоды, но твою мать, до конца лета еще целый месяц. Пыльная влага размазывается по лобовому стеклу, словно сама природа хочет стереть с лица земли все, что осталось от моей прошлой жизни. Я нажал на тормоза у ворот фамильного особняка. В окнах горел свет, но я-то знал: внутри так же пусто и серо, как и снаружи.

Когда-то этот дом был для меня крепостью, но сегодня, заходить в него оказалось особой пыткой. Некогда распускать нюни — захлопываю дверцу машины, не дожидаясь, пока двигатель заглохнет. Сердце стучит с яростью, словно предупреждая меня: дальше будет хуже. Дверь передо мной открывается практически сразу, как только я подхожу к ней. Здесь ждали меня.

Я тоже ждал этот день. Но не для того, чтобы услышать слова утраты. Я мечтал, что услышу: «Все позади, Райли. Его оправдали».

Дворецкий кивнул в знак приветствия и протянул руки к моему мокрому пиджаку:

— Где все? — довольно грубо произношу я.

— В кабинете вашего отца, мистер Дейл.

Поднимаюсь по лестнице, чувствуя знакомый запах сигар и дорогого дерева. Что-что, а это в этом доме неизменно. Все напоминает о человеке, чье имя сейчас полощут в каждой грязной газетенке.

— Черт! — ругаюсь я, когда, открывая дверь кабинета, наталкиваюсь на стул.

Комната застыла в том самом виде, как я ее и помню: кожаная мебель, стопка дел на дубовом столе, библиотека с редкими изданиями книг. Помню, как отец в детстве рассказывал мне про каждую из них. «У книг, как и у людей, есть история», — свой рассказ он всегда начинал с этих слов.

Теперь его история превратилась в кошмар. И она еще не закончена.

— Ты все-таки приехал? — голос дяди Алекса прозвучал глухо, из тени. Он стоял у камина, попивая дорогой бурбон.

Перед глазами встала немая сцена. Прошел год, но будто все это было вчера. На этом самом месте стоял отец, когда его увели. Лицо — каменное. Глаза — даже тогда спокойные. Он не просил, не молил. Он знал, кто за этим стоит. Его обвинили в том, что он не совершал.

— Я летел сюда, будучи уверенным, что услышу хорошие новости, — я сжал челюсть, чтобы не сорваться.

Из кресла поднялся Брайан, до этого не подававший признаков нахождения в комнате. Мой друг. Прокурор. И одновременно человек, который был обязан поставить подпись под приговором. На его лице читалась усталость от грязных дел. Он сжал губы в знак сочувствия и протянул мне руку, которую я пожал — с усилием.

Боль, злость, вина, обида — все эти чувства сливались в глухой гул в груди.

— Райли, ты знаешь, я сделал все, что мог. Я пытался развалить это дело, но сукин сын оказался хитрее.

— Признание выбили, всё, абсолютно всё — полная чушь! — от злости я начал повышать голос.

— Ты думаешь, мы этого не знаем?! — говорит дядя Алекс, с грохотом ставя стакан на стол рядом с камином. — Чаще всего жажда власти, денег и любви доводит до такого.

— Любви? О чем, черт побери, ты говоришь? — бубню я, сбитый с толку.

— Это давняя история, с которой все и началось. Если кратко то Александр хотел то, что ему не принадлежит. Сколько раз я говорил ему смириться… — снова делает глоток бурбона. — Говорил, что он может построить семью с другой, жить в любви, но нет! Двадцать пять лет! Двадцать пять, мать его, лет он не смог забыть эту… эту… дрянь!

Меня бросает в холод. Я ничего не понимал. Я думал, все это из-за денег. Все дело в бизнесе, конкуренции… А теперь выходит, что всё было глубже. Грязнее.

— Твой отец, Александр, хотел забрать у Уильяма всё: жену, власть, имя, уважение. Это была их последняя партия. И твой отец проиграл, потому что играл честно.

— Я вытащу отца в любом случае. Я сам поговорю с… как ее там?

— Мелисса ничего не скажет, — бросил Брайан. — Он столько лет держал ее за горло, от страха она совсем разум потеряла. Сейчас она лежит в психушке. По словам адвоката «пытается восстановиться».

Дядя Алекс кидает папку передо мной:

— Вот досье на их поганую семейку. У него есть дочь. Она для него всё: честь, статус, власть. Он скоро выдает ее замуж. Угадай за кого? За сына губернатора. Чистая политика.

Мне не нравился ход мыслей в голове моего дяди. Его глаза горели старой, незажившей злобой.

— Ты хочешь, чтобы я… что?

— Я хочу? Это ты приехал спасать своего папу. Опозорь ее. Сделал так, чтобы свадьба не состоялась. Уильям потеряет лицо. А ты войдешь в дом. Доверие. Доступ. И тогда найдешь правду.

— Я скоро женюсь, а ты мне предлагаешь обмануть Кейт? Окучивать эту пигалицу?

Телефон завибрировал. Смс от Кейт:

«Милый, ты долетел? Всё в порядке? Надеюсь, что к нашей свадьбе твой папа уже окрепнет и придёт в себя после годового пребывания в тюрьме. Напиши мне, как сможешь. Целую.»

Она еще не знает. Она ждет конца этого дурдома больше, чем я. Хочет, чтобы мой отец так же был на важном для нас событии. Смогу ли я предать её? Горло сжалось. Внутри металось что-то едкое — смесь стыда и решимости.

— Единственный способ вытащить твоего отца — это найти доказательства того, что он подговорил жену, припугнул, подделал экспертизу, подкупил, — говорит Брайан.

— Он не заслужил пятнадцать лет тюрьмы, — подхватывает дядя, — а твоя невеста об этом не узнает. Она слишком занята подготовкой к предстоящей свадьбе. Да и никто не просит тебя с ней спать. Пофлиртуй, пусть девчонка влюбиться, все остальное можно легко раздуть.

Я притянул к себе папку и открыл страницу, на которой была информация о дочери Уильяма. Ну хоть не уродина. Почему этот факт должен меня успокаивать?

-Почему бы нам ее не выкрасть? Старый добрый шантаж? Думаете ради девчонки он не пойдет на попятную? - шлепаю папкой по столу

-Шантаж это уголовно наказуемо, мы предлагаем более безопасный вариант. Да и месть это блюдо, которое подают холодным.

Почему всё это вдруг не кажется мне абсурдными и глупым?