Всё дело в шляпе

***

Слово взял Филипп.

- Уважаемая герцогиня Фраттенбах, позвольте прояснить ситуацию. Ваш муж ни в чем не виноват. Он героически пытался помочь в поимке преступницы, что украла Ваши драгоценности.

- Но мы не ожидали, что в большей степени он пострадает от Ваших рук… - произнес Мишель.

Через пол часа, когда герцог и герцогиня переоделись, и вся компания разместилась в уютной гостиной.

- Я требую немедленных объяснении! – высоким голосом проговорила герцогиня. - Как все это понимать? Ради чего мне прислали записку, что мой муж собрался осквернить наше семейное ложе!

- Госпожа, я сейчас все поясню. - проговорил Филипп и начал коротко пересказывать события, начиная с самого бала.

- Мне все понятно, но где же мои драгоценности? – возмущенным голосом проговорила хозяйка дома.

Эмес совершенно спокойно поставила перед герцогиней на стол сумку Алой розы.

- Мисс Мэйн, просим Вас отдать украденное. – ласково проговорил Толконе.

Алая роза вскипела:

- Лживые ублюдки! Это все мое по праву! Я – Ваша дочь, герцог! Вы позволили своей мегере-женушке выбросить меня на улицу! Эти безделушки- моя компенсация! Если вам так надо, то и копайтесь в моем белье лично!

Герцогиня всклочила и хотела уже ударить девушку, но герцог остановил её.

- Мне очень жаль, что моя жена грубо обошлась с Вами и ничего не пояснила. Юная леди, Вы не можете быть моей дочерью, ведь за два года до Вашего рождения я уехал в Индию и вернулся лишь пять лет спустя. Моя жена это четко знает, потому все эти годы ждала меня со старшей дочерью здесь.

- Как? Но мама…Мама мне соврала… - девушка упала на колени и расплакалась.

Герцогиня зло посмотрела на всех и произнесла, обращаясь к Эмес.

- Горничная, быстро извлеки мои драгоценности из этой грязной сумки!

Эмес даже не шелохнулась. Фил и Мик напряглись.

- Прощу простить, но это моя личная горничная. Она выполняет только мои просьбы. - проговорила мисс Оуэн.

- Вокруг собрались одни своевольные девицы! Гретта! Подойди ко мне.

В комнату вбежала горничная герцогини.

- Найди в этой сумке мои драгоценности. И вызови полицейских.

- Не надо полиции, милая, это дитя и так натерпелось. Отпустим её с миром. Пусть просто покинет город… - говорил герцог и обнимал жену.

- Нет! Она осквернила мою спальню!

- Госпожа, прошу проявить сострадание… - проговорила мисс Смит.

- Ах, ты! – но договорить хозяйка дома не успела, она внимательно следила за розовым платком, который мелькнул в руках Эмес. Она промокнула скупую слезу, и ткань исчезла в складках юбки.

- Хотя, вы совершенно правы, сострадание убогим, угодно Богу. Гретта, забери из этой сумки мои драгоценности. Прошу вас, господа позаботиться о девушках самостоятельно. До свидания, господа.

Компании дали понять, что им здесь не место. Быстро раскланявшись, молодые люди покинули поместье герцога. Лишь мисс Смит немного задержалась, для того, чтобы закинуть счет за свои услуги в утреннюю корреспонденцию Фраттенбаха.