Все люди как люди. Аляска, сударыня

Глава 18

-Скажу тебе так, Акулина Савельевна, жизнь в этих миссиях - чисто в аду. Этих несчастных, - показал он на индейцев, - отлавливают арканами как диких лошадей, или заманивают всякими безделушками, а потом крестят насильно и заставляют работать. Семьи разделяют, а потом женят на других. Детей отбирают и отправляют в монастыри. Туда же и девушек молодых определяют. Труд в миссии сроднен рабскому. За кормежку киселем из ячной муки, сваренными в воде с маисом, бобами и горохом. Пищу святые отцы варили в общественных котлах и раздавали по колоколу. За отступление от правил, их католическою религиею предписываемых, за леность и за преступления миссионеры наказывали по своему произволу телесно или заключением, а чаще заковывали виновных в железо...

Волков замолчал.

-Получается, что и тебя рабом сделали?

-Получается, - горько усмехнулся он. - Неоднократно предлагали нам принять католическую веру. Однажды пришел падре с несколькими солдатами. Кадьякцев и меня вывели на площадь. Нас окружили индейцы, а святой отец приказал отрубать Чукагнаку по суставам пальцы на обеих руках пока не согласится в их веру креститься. А тот не соглашался никак, и сами руки ему отрубили, а затем уже умирающему вспороли живот. Кыглай бросился на солдата, который убил товарища, да тут его по голове огрели и утащили за ворота , не знаю жив он или убили, но более не видел его. А я... да простит меня Господь, так жить захотел, что ослаб духом и согласился..., - он посмотрел на меня выжидательно. - Осуждаешь?

-Нет, - твердо ответила я. - Ты сохранил жизнь, доберешься до наших и опять православие примешь.

-Я не пойду в Форт Росс, - покачал головой Антон. - Как я брошу их? А вести их к русским - это навлечь беду на всех. Солдат пришлют искать беглых и что как найдут? Нет, Акулина Савельевна, негоже соотечественников под войну подводить.

-А как же вам удалось солдат одолеть?

-Так довели до полного озверения. Девушек отправили таскать сырцовый кирпич, а он кажный весом по полтора пуда. Одна не выдержала, упала и вечером её начали пороть у всех на глазах. Ярость у меня кровью глаза застлала и страх переборола. Бросился на ближнего ко мне солдата, да и выхватил ружьё, и по роже его саданул, а в другого выстрелил. Тут уж все сорвались, и давай дубасить солдат тем, что под руку попалось. Монахов убивать не стали, заперли в подвале, а падре на чумашей стал орать, что их всех Бог покарает, ну, и огреб лопатой по лысине. А я так думаю, что их самих Господь покарает за то, что стольких людей извели.

- Оставим Господу разбираться с его слугами, - сказала я, пытаясь вспомнить, когда эти миссии уберут и освободят индейцев. Но в памяти ничего не вырисовывалось. Если история США хоть по фильмам как-то вырисовывалась в моей голове, то истории Мексики там не было вообще. - Что думаешь делать дальше?

-Перейдем в горы, построим деревню, запасы семян у нас есть, да и скот мы с собой увели. Проживем. Уж всяко лучше, чем в неволе.

-Значит, со мной не пойдешь? - еще раз спросила я. - А то может на север?

-Да посмотри на них, - кивнул на индейцев Волков, - какой им север? Они же к теплу привыкшие, не выдюжат.

-Давай так, мы завтра дальше поедем, а тебе я карту зарисую, где планирую поселение основать. Ты поговори со своими, может и надумаете. С вашими коровами, и умением обрабатывать землю дело пошло бы, точно.

Тут я увидела как мои индейцы осматривают коров и пробуют молоко. На их лицах было такое удивление и восторг, что как бы они не старались, но скрыть эмоции не могли.

-Ты только берегись в дороге. Патрули гишпанские так и шастают по дороге. А как весть о нашем побеге пройдет, так и вовсе рыскать будут.

-По дороге не пойдем. Будем двигаться скрытно, - согласилась я. - Сколько примерно до Форт Росса осталось?

-День пути, не больше, - ответил Волков. - Расскажи мне, Акулина Савельевна, что там в Русской Америке происходит.

Рассказала. Долго и обстоятельно. Когда Антон услышал, что я ко всему еще и графиня, смутился.

-Что же сразу-то не сказали, ваше сиятельство, - пробормотал он.

-Да хватит тебе, Антон Иванович. Какие уж тут титулы и величания, - улыбнулась, - как меня уж только не называли, вот индейцы назвали меня сначала Говорящая с Чертом, ибо упоминала нечистого часто, а потом Сестрой Уманги.

И я рассказала про гризли, чем вызвала искреннее изумление Волкова. Долго сидели мы перед костерком, говорили и обдумывали свои планы, а на утро расстались друзьями.

-Как вам коровы, понравились? - спросила я у индейцев. Акка перевела и все одобрительно закивали.

-А еще очень понравились овцы, такие вкусные, - сказал Быстрая Нога - Сестра Уманги возьмет для Сидящих на Земле этих прекрасных животных?

-Возьмем все, что можно будет, - ответила я. - И овец в том числе.

Разговоры мы прекратили и ехали молча, внимательно прислушиваясь. Но удача была с нами, и на патрули мы не нарвались.

А на следующий день увидели русский флаг над крепостью.

-Добрались. Ох, мама дорогая! - заорала я, увидев в бухте корабль под Андреевским флагом, - смотрите, смотрите, там наш бриг! Ура!

Индейцы не понимали моей радости. А я уже думала о том, что было бы невероятным везением, если этот корабль прибыл из Ново-Архангельска и будет туда возвращаться.

Я соскочила с Ветра и завороженно смотрела на бескрайнюю синюю гладь, вдруг боковым зрением увидела серую молнию, несущуюся к нам от крепости.

-А-а-а! Прибой! Прибоюшка! - пес подлетел и сбил меня с ног. Хорошо, что Акка тоже узнала моего вожака упряжки и вовремя сказала индейцам, которые уже приготовились стрелять.

А к нам бежали люди.

-Акулина Савельевна! Матушка! Да никак и в самом деле вы!

Я вытерла лицо, сто раз облизанное Прибоем, поцеловала пса в нос и поднялась на ноги.

-Я, Аристарх Никодимович, я, - Лисицын плакал. По-настоящему. Я обняла его и успокаивающе погладила по спине. - Все хорошо, я жива и здорова...