Все люди как люди. Завещание старого китайца

Глава 2

-Георгий Алексеевич, прикажите матросам надеть спасательные жилеты и сами озаботьтесь, - мы с капитаном отошли к окну кают-компании. - И шлюпки проверить не помешало бы, запасы воды и сухарей...

-Иногда, Акулина Савельевна, не в обиду будет сказано, мне кажется, что фрегатом вы командуете.

-Простите великодушно, но в минуту опасности во мне просыпается командир партизанской партии, - я тронула мужчину за руку.

-А я в ту компанию на канонерке служил, выпустился из Морского корпуса аккурат в 1812 году ускоренным курсом. А за "Мирный" вы не беспокойтесь, фрегат у нас надежный, он же и в Антарктиду хаживал. Для сей цели днище у нас медными листами обито, чтобы водорослями не обрастать, набор корпуса усилен дополнительными креплениями на случай сжатия льдами, сосновый руль заменен на дубовый. А такелаж из самой что ни есть высокосортной пеньки, положенный для кораблей военного флота. Княвдигед опять же установлен.

-Ну, если княвдигед, то да..., - пробурчала про себя, я уже знала, что это носовая оконечность судна, к которой была прикреплена морская дева с выдающимися достоинствами.

-О чем это вы тут секретничаете? - подошел к нам Илья.

-Да вот, господин полковник, жена ваша мне указания дает, как к шторму готовиться надобно. И рекомендует матросов в эти смешные конструкции нарядить, которые громно спасательными именует.

Ну, а что было делать? В это сложно поверить, но в 1837 у моряков не было никаких спасательных жилетов, спасательных кругов и прочих приспособлений для спасения жизней. Более того, зачастую моряки вообще плавать не умели. И потому тонуло их немыслимое количество. И я попыталась это немного исправить хотя бы на нескольких кораблях. Самолично из пробки собрала пояс. Илья вначале смеялся, но потом, после нескольких испытаний оценил мое "изобретение". И представил его правителю Русской Америки Купреянову. Правитель идею не поддержал, сказал нет такого указания от руководства компании и весь сказ.

Но я с помощью мастеровых Ново-Архангельска все-таки подготовила партию спасательных жилетов и их погрузили на "Мирный". И вот теперь у нас впереди шторм.

-А вы Георгий Алексеевич, прислушайтесь. Мы с Акулиной Савельевной не раз испытания проводили, держат людей на воде эти, как вы сказали смешные конструкции. Даже Малыша нашего держат, только правильно надевать следует..., - Илья вдруг замолчал и внимательно посмотрел на капитана. - Простите, так на нас идет шторм?

-Да, Илья Владимирович, и судя по ветру нас несет в сторону Гавайев, - кивнул капитан.

-Только этого не хватало, - пробормотала я, - нас несет туда, где аборигены съели Кука.

Несмотря на то, что я жила в XIX веке без малого уже двадцать пять лет, память услужливо подсовывала мне воспоминания из века XXI. Вот и сейчас на ум пришла песня Высоцкого.

-А вот тут вы неправы, сударыня, не ели они Кука, глупости это. Такая нелепица родилась из того, что после гибели Кука гавайцы вернули его в виде кусков мяса в корзине. А команде и невдомек, что у туземцев было принято хоронить особо важных персон специальным способом. Кости закопали в тайном месте, а мясо вернули «родственникам» капитана.

- Да, команда была в ярости, - продолжил рассказ капитана Илья. - Вот эта ошибка и непонимание стала причиной карательного рейда: прибрежное поселение сожгли, гавайцев убили, и в итоге островитяне вернули оставшиеся части тела Кука. Но это было давно, более полувека назад. С тех пор гавайцы доброжелательно относятся к путешественникам.

-Так доброжелательно, что выгнали русских, - усмехнулась я.

-Так это все происки англичан да американцев, драгоценная Акулина Савельевна, нет такого места, где бы они не вставляли нам палки в колеса.

-Ох, как вы правы, - согласилась я с капитаном.

Ночью начался шторм. И в прошлом плавании мы пережили несколько штормов, но это был Армагеддон. Последняя битва сил добра с силами зла. Я тщательно закрепила жилеты на сыне и дочке, обвязала Малыша, муж оделся самостоятельно. Я сразу после ужина надела штаны, рубаху, высокие мокасины на шнурках, на пояс прицепила индейский нож, также одеться приказала и Софии. Девочка была сильно напугана и постоянно повторяла.

-И зачем мы только отправились в это плавание, лучше бы поехали с обозом через Сибирь.

Александр вел себя мужественно, успокаивал сестру и обещал спасти её.

-Софи, а вот надо было плавать учиться, а ты только романы читала. Но я тебя не брошу, ты же знаешь как я плаваю, да и спасательные жилеты не дадут нам утонуть.

-Так мои дорогие, - Илья был строг и говорил голосом, не терпящим возражений, - вы немедленно спускаетесь в трюм и сидите там, пока я за вами не приду. Вы тоже, Акулина Савельевна.

Это был признак крайнего напряжения, только в самые критические моменты муж называл меня на имени отчеству и на "вы". Я кивнула, и мы с детьми спустились в трюм корабля. Оказалось, решив, что спасения нет, матросы тоже спустились вниз и приготовились к неминуемой гибели. Мне совсем не понравилось такое настроение, вот вам и бывалый экипаж. Я устроила детей в уголке, приказала Малышу охранять и решила подняться наверх в рубку, где был мой муж и капитан.

На палубе было страшно. Ветер ломал мачты, как тростинки, огромные волны разбивались о борта корабля. Почти все паруса были изорваны в клочья. Я с трудом вошла в рубку и застала такую картину: штурман не мог определить, где мы находимся – стрелка компаса беспорядочно вертелась, перепутав Север с Югом и Запад с Востоком. Капитан метался взад и вперед, наконец заметил мою персону.

-Что вы здесь делаете, сударыня, - рявкнул он, - немедленно спуститесь в трюм!

-Там и без меня сидит весь ваш бывалый экипаж, - не менее громко проорала я в ответ. Кровь закипела, за себя мне было не страшно - вторую жизнь живу, но гибели детей я допустить не могла.

- Рифы! Справа по борту рифы! – вдруг истошно завопил вахтенный.

Капитан стоял как пришибленный, вот тут мое терпение, которого и так было немного, лопнуло.