Все мои миры - твои.

21

Ветер выл непереставая. То затихая немного и тогда Брайту казалось, что кто то плачет всего в двух шагах от него, а то как будто срывался, превращаясь в какой то дикий визг перемешанный с хрипом и невыносимо бил по ушам. В такие моменты становилось страшно, схватка приостанавливалась и звери вжимались в камень, стараясь укрыть голову. У кого то уже сочилась кровь из ушей и из глаз и это не были следы зубов Брайта.

В какой то момент, после очередного, свалившего всех с ног порыва, Брайт сквозь чёрную пелену боли, медленно сползавшую с глаз, увидел девочку. Маленькую, растрёпанную, неестественно синюшную. Провалившиеся глаза, остренькие скулы, чёрные губы и жутко рванное, нелепое платьишко, почти не прикрывающее её. Она стояла к нему лицом и показывала странно вывернутой рукой ему за спину. Брайт зажмурился, тряхнул головой, а когда открыл глаза, девочка равнодушно пожала плечами, отвернулась и растаяла. Как будто ветер размазал её по камню. И в этот миг на него обрушились сзади.

Его кто то рвал, он рвал кого то. Ветер подхватывал клочья шерсти и уносил. Силы покидали Брайта да и противники ослабели. Движения и реакция замедлились, атаки стали не такими яростными. То тут то там слышалось хриплое, рванное дыхание. Им не хватало воздуха. Они не знали. А Брайт... В особенно ожесточённые моменты схватки, когда всё внимание было направленно на то, что бы сильнее ухватить врага и на то, что бы тебя не схватили, слышал голос друга, кричавшего в его голове :" Дыши, брат! Дыши!" И он дышал. И это давало ему силы и надежду.

Брайт отбил атаку одного из зверей рухнув на спину в момент его прыжка и поймав его тушу на все четыре лапы со всей силы швырнул его в отвесную стену каньона. Послышался визг. Зверь попытался встать, но вдруг из скалы показалась маленькая рука и схватив его за ухо притянула к камню. Ещё одна рука обвилась вокруг шеи некрасиво удлиняясь. Зверь захрипел, а потом раздался хруст. Хруст был таким громким, Таким неестественным, жутким, леденящим. Он перекрыл все звуки, а после настала мёртвая, оглушающая тишина. И в этой обсалютной тишине прозвучал несмелый детский смешок, ещё раз и ещё и залился радостно и беззаботно.

Это было так страшно, что их всех парализовало притянув взгляды к рукам, что словно змеи ползли по телу зарываясь грязными, маленькими пальцами в шерсть и вжимая его в камень. Было слышно, как ломаются кости и воздух разрывая гортань с хрипом вырывается из сдавленного горла.

Звери ощерились, припав на задние лапы, прижав уши к голове, как будто пытаясь укрыться от этих звуков и скулили, не в силах отвести взгляда от жуткой картины.

"Дыши, брат! "- Брайт затряс головой.

Всё происходившее сейчас, было похоже на какой то кошмарный, сумашедший бред. Детский смех, лужа крови, растекающаяся у основания скалы и постепенно, с треском каменеющее тело. Когда зверя полностью забрал камень, оставив лишь отпечаток совершенно нелепой формы. Когда наконец затих этот кошмарный детский смех, наступила тишина. Но такая, что лучше бы выл ветер или смеялся этот страшный ребёнок с руками змеями.

Медленно, с явным трудом звери начали шевелиться. Запал ненависти сошёл на нет. Они потерянно оглядывались, принюхивались друг к другу. Состояние леденяшего ужаса не отпускало. Тишина. Она поглащала любой звук. Из под сведённой оцепенением лапы выскочил камень и Брайт проследил его движение.. Почувствовал, как соскочила с камня лапа, увидел, как тот покатился. Увидел, но не услышал

Вожак, до этого стоявший в стороне и наблюдавший за дракой, пришёл в себя первым. Он прыгнул к одному из своих и рванул его за ухо. Тот запрокинул голову и наверное взвыл, ощетинился, зыркнул на вожака, а потом медленно перевёл взгляд на Брайта. Глаза опять налились злобой. Каждого по очереди вожак приводил в чувства ощутимым толчком или укусом. И вот все они, уже семеро, готовы были броситься на него, а Брайт не мог отвести взгляд от девочки, что стояла за спинами смотревших на него с ненавистью зверей, улыбалась своими чёрными губами и указывала на того, кому вожак разорвал ухо. Она запрокинула голову, заходясь в беззвучном смехе. Подумала, рассматривая остальных так, как будто выбирала себе игрушку и указала на зверя, стоявшего ближе всех к Брайту. Кивнула, словно всё ещё обдумывала выбор, отвернулась и растаяла.

Боковым зрением Брайт уловил движение, повернулся. Вовремя. На него летели двое. Хищные, яростные оскалы, налитые ненавистью глаза, следы зубов, его зубов и шерсть, застывшая бурыми кровавыми клочками, висевшая на боках. Он и сам сейчас выглядел не лучше. Скорее всего хуже, много хуже, всё таки он дрался с семерыми, а они с ним одним. И хоть он оказался опытнее и сельнее многих из них, досталось ему сильно.

Мощным ударом его сбили с ног, расчитывая видимо сразу, как упадёт вцепиться в горло. Но он был готов.Перекатился, сразу встав на лапы и атаковал того, кто был ближе. Вгрызаясь ему в морду и вырывая глаз.. Брызнула кровь. Зверь тряся головой корчился, а Брайт, выронив из пасти трофей уже повернулся к другому и оскалился.

Всё это происходило в полнейшей, давящей на уши тишине. Приходилось ловить каждое движение, не надеясь на слух. Он уже готов был прыгнуть на того, к кому успел развернуться, но ему вцепились в заднюю лапу и выворачивая её потащили. Брайт пытался задержаться когтями за камень, чувствовал, как они стачиваясь, становятся горячими. Он хотел повернуться к тому, кто тащил его, уродуя лапу, но его схватили за холку. Брайт оказался распластанным на буром камне, залитом его и чужой кровью. А к нему уже подбирались скалясь другие звери. Он зажмурился на миг, собираясь силами, а когда открыл глаза, увидел приближающуюся к нему, с неимоверной быстотой, пасть. Резкая обжигающая боль. Он взвыл и чуть не оглох от собственного голоса.

Все замерли, поражённые этим звуком, так дико прозвучавшим в обсалютной тишине и тут же бешенный порыв ветра сбил их с ног, взрывая барабанные перепонки. И вновь дикий визг в перемешку с хрипом и целый шквал звуков обрушился на них.