Все мои миры - твои.

27

Снился Авель. Ласково улыбаясь он обволакивал её нежностью и звал. Голос его был тих, низок. В нём проскальзывали рычащие нотки. Становилось горячо. И сердце рвалось к нему, но она упрямо оставалась на месте. Так продолжалось какое то время. Он уговаривал, она плавилась, но крепилась и не двигалась. В конце концов Авель вздохнул, покачал головой из стороны в сторону, погрозил пальцем и отвернувшись пропал. Как только его голос перестал укутывать её и синие искры глаз больше не мерцали в темноте дремоты, накатило одиночество, стальным обручем сдавившее грудь. Она уже скучала по нему, скучала по саду, но возвращаться было рано.

Таким мягким он был только с ней и она любила в нём эту мягкость. Ита видела, как Авель обращался к Якову бросая пренебрежительное : " Раб." . Это вызывало чувство дискомфорта и хотелось поправить, но они с Яковым договорились и хранили свою тайну.

Рину он вообще не замечал, а она его боялась и убегала сразу, стоило ему появиться. Под куполом, что накрывал сад и дом Ита больше ни кого не видела. Яков говорил, что Господин редко общается со своими созданиями, да и общение это не всегда бывает приятным. Ита верила. Пример был перед глазами.

В памяти показались дети. Два маленьких, трепетных создания, едва научившихся ходить. Мальчишки постарше, девушка. Они так хотели быть живыми. Им нужны были любовь и забота. Всем, кто был в каньоне, а Ита была уверенна, что их здесь много.

Она всё ещё не хотела возвращаться в этот мир из своего сонного убежища, но что то настойчиво зудело и свербило. Что то заставляло её жмуриться под своей накидкой и тыкалось в лицо не давая ей снова провалиться в сон. Ита вздохнула поглубже, в носу резко и активно зачесалось. Уже на подходе мелькнула мысль, что это вот сейчас совсем не кстати, но " Это" её не послушалось и она чихнула оглушительно, чуть не лишившись зрения от вспыхнувших в глазах искр и слуха от того, что заложило уши. Пребывая в каком то коматозе и с трудом управляя рукой, она откинула пыльную ткань с лица и хрипло пробормотала :

- Великий Творец, откуда здесь взяться зверю.

Ко второму чиху она была готова. Поэтому после того, как голова снова чуть не лопнула она открыла глаза и решила про себя, что действительно, хватит уже валяться. Пора было подумать почему её сюда привели дети.

Попробовав пошевелиться, Ита поняла, что времени она здесь провела больше, чем ей казалось. На твёрдом камне всё затекло и занемело. Она не привыкла к таким условиям.

В своём мире ей спать не приходилось. Не было нужды. А если хотелось уединения и покоя - она просто замирала на какое то время или растворялась в пространстве. У Авеля она тоже не испытывала нужды в комфорте и даже не задумывалась, что может быть по другому. И даже её теперешняя потребность во сне не расстраивала её. Кровать была огромной и мягкой,подушки пушистыми, словно облако, а большие покрывала лёгкими, точно пёрышки. В саду трава была шёлковой и настолько густой, что было не видно земли из которой она росла.

Здесь же был камень. Обсолютно голый и не очень ровный. Хорошо ещё, что не горячий. От воспоминаний о том пекле, в котором она побывала, её передёрнуло. Вот теперь, когда её окружали прохлада и сумрак, она в полной мере осознала какой это кошмар.

Почему Авель не бережёт свои создания и, не просто не заботится, а как будто намеренно создаёт им условия, при которых выжить практически невозможно. Он словно ненавидит их...

Грациозно и красиво сесть не получилось. Пришлось кое как, через боль и ломоту повернуться на бок, а потом, превозмогая расползающиеся по всему телу колючки, сесть. И первое, что она увидела был зверь! Мохнатый, кудлатый, грязный, очень худой и напуганный. А ещё огромный. Сердце защемило. Так был он похож на её защитника. Следом пришёл испуг. Она стала отползать к стене. Ползти было не удобно, повернуться спиной к зверю страшно. Оторваться от камня и, хотя бы встать на четвереньки не было сил.

Почувствовав спиной камень и прислонившись к нему Ита вдруг успокоилась. И действительно, она уже встретила подобного, правда теперь он казался ей щенком, по сравнению с тем, кто сидел напротив. Но ведь и от этой громадины угрозы не ощущалось. Глядя на его пыльную щерсть Ита усмехнулась. Действительно похож. И чихала она от него так же.

Они сидели и смотрели друг на друга. Все эмоции со зверя считывались легко. Он не таился. Интересно, если бы он знал, кто она, что бы чувствовал? Испугался бы? Разозлился? Как никак, а она была связанна с Авелем...

А ведь здесь, в этом месте, у него друг и это он привёл его сюда, в эту пещеру. Хотел уберечь, защитить. У зверя две сущности. Она вдруг увидела это явно. Словно в самом звере сидело на корточках привалясь к стене создание, похожее на Авеля. Воин. Ита снова улыбнулась своим мыслям. По образу и подобию... Великий Творец вложил это во всех, сотворённых им. И теперь всё, что сотворялось перекликалось с истинной сутью Создателя. И дети, отверженные миром, неприкаянные, нашедшие для себя единственное, в этом мире место, приютившее их. И само место это... Такое жестокое к живым и такое щедрое к тем, кто нуждался в убежище. Как давно забытое и не желанное, спрятанное где то в глубине сердца тепло, доброта и любовь. И зверь этот вот, что сидел напротив растерянно глядя на неё и так не обдуманно не прятавший свои чувства и мысли...

Ита видела девушку,молоденькую, светловолосую и сероглазую. В ней тоже существовали двое. Видела какой глубокой любовью окутан её образ в его сердце. Он любит... В этом мире она встретила того, кто любит и открылась ему на встречу даруя покой. Ему, как и ей, нужен был отдых и она чувствовала боль. Он был ранен.

Они будут здесь вместе какое то время и Ите хотелось знать о нём больше. Он был той искрой, той светлой, прекрасной искрой которой так не хватало этому миру. И он боролся за свою жизнь и за своё счастье. И за любовь. Она даст ему защиту. По крайней мере от Авеля. И детей, о которых он так мечтал укроет.