Все мои миры - твои.

34

Кая провела руками по лицу. Она стояла посреди комнаты, ссутулившись и почти не дыша. Как так получилось, что они с Брайтом увиделись? В детстве она слышала от соседки старушки, что когда умер её муж, он приходил её навещать и когда касался, она чувствовала прохладу, будто соприкоснулась с туманом. Так она говорила. Но в то, что Брайт умер не верилось, наоборот было ощущение, что он живее всех живых.

Брайт уже ушёл, а Кая ещё пыталась справиться со своей тоской. Как ей было страшно. Как одиноко. Но она запретила себе думать об этом и вроде справлялась, занимая себя приведением поселения в нормальный вид.

Сделать надо было много и что бы не сойти с ума от одиночества она пела. Песни, песенки, напевы - всё, что когда то слышала, а когда перепевала всё, что знала - придумывала. Это отвлекало её, помогало не падать духом. И руки, готовые опуститься, сначала нехотя, а потом с новой силой, начинали работать. И всё бы ничего, но пропала Сора. В середине дня. Раз и нет её.

Кая обернулась в поисках благодарного слушателя и поняла, что одна. Она обшарила всё поселение вдоль и поперёк, прочесала лес, потратив на это несколько лун, но так и не нашла свою подружку. Это подкосило её, стало наплевать на дома, на разгром, который не успела побороть до конца. Она шаталась от дома к дому, уговаривая белку вернуться. Сора и раньше уходила по своим делам, но сейчас это оказалось неожиданно, некстати и выбило почву из под ног...

Её не было ужасно долго. Кая с ума сходила от тревоги и одиночества, а когда Сора появилась, то пришла не к хозяйке, как раньше.

Кая проснулась утром с зудящим, навязчивым чувством будто что то должно произойти. Вот-вот. Прямо сегодня. С этим чувством она умылась, позавтракала. Она специально старалась всё делать медленно, постоянно одёргивая себя, готовую сорваться и побеждать, пыталась унять дрожжащие руки. Когда из рук выскользнула большая глинянная кружка с отваром и стукнувшись об пол вдруг раскололась, Кая завопила, что было мочи. Она кричала запрокинув голову, сжав кулаки и почти согнувшись пополам, а из накрепко зажмуренных глаз текли слёзы. Трудно, тяжело от постоянно замирающего в ожидании сердца. Она так ждала Брайта, так его ждала и её зверь скулил ночами засыпая. И она готова была ждать его вечность, даже если бы ждать было уже некого... Но она надеялась... И то, что рядом с ней была верная, храбрая, пушистая и уютная Сора, очень помогало ей не захлебнуться тоской. И вот она одна...

Накричавшись и освободив себя от тяжести, сковавшей её в последние дни, Кая вытерла руковом лицо, вздохнула полной грудью, медленно и шумно выдохнул.

- Так - сказала она громко, выпрямилась, патянулась, что было сил. - Всё! Хватит!

И вышла из дома.

Подходя к одному из обезображенных домов Кая вдруг почувствовала чужой запах и... Сору!. Даже не подумав, что чужой может быть опасен она побежала в дом. Дам был крепкий, добротный, из толстого бревна. Почерневшие стены стояли без дверей и окон, а прогоревшая крыша кусками валялась внутри. Забежав в дом Кая резко остановилась. В полоборота к ней, наклонившись и отсвечивая идеальной лысиной, некто разгребал мусор, а Сора, сидя на его спине, похоже раздавала указания, активно цокая и нервно подпрыгивая. Услышав Каю она обернулась и уставившись на неё похлопала задней лапой по спине лысыго. Тот выпрямился и белка, перебравшись на плечо, что то горячо застрекотала ему на ухо. Лысый слушал, кивал и рассматривал Каю. Кая рассматривала его. Старик, выше её на голову, с чёрными глазами под тяжёлыми белоснежными бровями. Смуглый. Паутинка морщин разбегалась от уголков глаз и пряталась в бороде и казалось, что улыбка, затаившаяся в глазах вот вот приподнимет тяжёлые брови и впалые щёки, скрытые бородой...

Борода! Это была потрясающая белоснежная борода, заплетённая в косы и обмотанная вокруг пояса. Видимо что бы не запачкать. Оно и понятно. Своей белизной она,пожалуй могла бы ослепить и пятна сажи на этом великолепии были бы совсем не к месту.

Разворот плеч говорил что когда то , наверное очень давно, это был статный и сильный мужчина, а чёрные рубаха и штаны и сейчас, не смотря на некоторую старческую худобу, сидели на нём ладно. Гордая осанка, крепкие руки, твёрдо стоящие ноги. От него веяло мудростью и древностью. Был свой, особый запах. Не зверь, не человек. Другое существо.

Пройдясь взглядом с головы до ног, Кая удивлённо подняла брови. Старик был бос. И даже через слой сажи и грязи были видны на коже ссадины и порезы. Одежда на нём была хорошая, где же он потерял обувь? Белка свистнула, Кая перевела взгляд на неё и вспомнила, что та куда то ушла и её не было долго и что ей, Кае, было плохо и грустно и страшно и мысли, что лезли в голову, совсем не добавляли спокойствия.

- А ну домой Сора! Быстро!

Резко повернувшись на пятках Кая почти побежала. Почему то стало обидно...

И вот теперь, после неожиданного и такого странного свидания с Брайтом, она пыталась решить, что же ей делать со стариком. Прогнать она его не может, да и не хотелось ей снова оставаться одной. И ноги ему залечить надо... И обувь найти подходящую. И вообще, теперь, когда эмоции после возвращения Соры немного улеглись, она вдруг подумала, что когда старик вошёл в поселение, ноги его уже были изранены и он не пошёл искать помощь. Он так же, как и она пошёл разгребать завалы в изувеченных домах. И ещё подумала, что помошник ей сейчас очень кстати, тем более, судя по всему, крепкий, не смотря на возраст.

Кая еле успела увернуться. Рядом с ухом со свистом пролетел внушительный кусок обугленной доски. Действительно... Очень крепкий. Обладатель белоснежной бороды повернулся.

- Могло быть и хуже. - заметил он.

- Знаю - ответила Кая.

- Свидились?

Кая замерла. Это он о чём? О Брайте? Но как...? Она присмотрелась по внимательней. Глаза, чёрные, глубокие и ... древние. такие древние, что ужас берёт. Чёрные, они затягивали, забирали. В них была боль, тоска и надежда. Смотреть долго в их глубину не было сил и Кая, встрехнувшись, отвела взгяд.