Все началось с одного утра

11 глава ~ Новый воздух

Анита, аккуратно прикрыв за Виктором входную дверь, задержалась на несколько секунд, прислонившись к ней спиной, будто пытаясь уловить последние тёплые вибрации недавнего разговора, в котором, несмотря на тяжесть и напряжение первых минут, всё же удалось сохранить то, что для неё всегда было незыблемым: дружбу.
Она прикрыла глаза, сделав глубокий вдох, словно впитывая в себя спокойствие, и позволила себе наконец улыбнуться.
Разговор с Виктором помог, дал ей опору, уверенность в том, что материнство не обязательно должно начинаться с потерь.

Они проговорили ещё долго: сидели за кухонным столом, остывающий чай давно забыт, а слова шли сами собой, сплетающиеся в сеть доверия.
Анита, сжав пальцы в замок, сдерживая дрожь, взяла с Виктора обещание никому не говорить о её положении, пообещав ему честность в будущем и попросив его убедить Алексея, если будет возможность, не делать из этого трагедии.
И когда Виктор ушёл, она почувствовала лёгкость, которая почти вытеснила страх.

Не теряя ни минуты, Анита поспешила в гостиную, где за весь этот долгий час оставался её молчаливый защитник.

Аркадий сидел, небрежно закинув одну ногу на другую, рассеянно перелистывая страницы старого журнала, но, завидев её, мгновенно отложил его в сторону, вскинув голову.

— Аркадий, — срывающимся голосом начала она, а затем, не в силах сдержаться, кинулась к нему и, обняв за шею, порывисто поцеловала в щеку.
— Спасибо тебе. Если бы не ты… я бы его потеряла.

Он явно не ожидал подобной бурной реакции: глаза его расширились, руки на мгновение зависли в воздухе, прежде чем нерешительно, а потом всё увереннее обняли её в ответ.

— Я же сказал, — тихо сказал он, прижимая её к себе, — что буду рядом.

Тёплая волна благодарности и нежности окатила Аниту, заставив её уткнуться носом в его плечо.

— Ты сильно переживаешь из-за Алексея? — осторожно спросил Аркадий, гладя её по спине.

Анита тяжело вздохнула, задержавшись в его объятиях.

— Переживаю… — призналась она. — Но я понимаю, что это произошло бы в любом случае.
Я никогда не рассчитывала, что он бросится обнимать нас и поздравлять.
Просто… надеялась, что его реакция будет спокойнее.

Аркадий ничего не ответил — только сильнее прижал её, словно стараясь впитать все её переживания в себя.

Прошло несколько минут, прежде чем Анита, ощутив, как его пальцы чуть нервно поглаживают её волосы, с лёгкой улыбкой отстранилась.

— Кстати, как твой нос? Он сильно тебя ударил?

Аркадий криво усмехнулся, машинально коснувшись переносицы.

— Не очень.
Он задумчиво качнул головой, вспоминая, как много лет назад, в восьмом классе, в самом разгаре школьной перепалки, маленькая, но яростная Анита ударила его кулаком в нос — метко, отчаянно и с такой силой, что даже сейчас, спустя годы, воспоминание об этом происшествии вызывало у него странное чувство уважения и смеха.

— Вы, представители вашей параллели, взяли за правило портить мой идеальный профиль, — с преувеличенным драматизмом произнёс он, заставляя её рассмеяться. — Кто следующий? Виктор?

Анита, прикрыв рот ладонью, чтобы заглушить хихиканье, вспомнила ту сцену в мельчайших деталях — свою ярость, его наглую ухмылку и то удивление, когда её кулак всё-таки достиг цели.

— Прости, — прошептала она, всё ещё смеясь. — Но честно, удар тогда был… красивым.

Аркадий наклонился ближе, шепнув:

— Тогда ты мне впервые по-настоящему понравилась.

Анита застыла, смущённая внезапной откровенностью, а Аркадий, словно желая разрядить атмосферу, протянул руку к пульту.

— Давай посмотрим что-нибудь? Завтра у меня выходной.

Анита, моргнув, удивлённо вскинула брови.

— Выходной? Ты серьёзно?

Он кивнул.

— Более того, через пару дней я уезжаю в командировку на три недели.

Она, ошарашенная, уставилась на него, чувствуя, как в груди поднимается неприятный ком.

— Ты собирался сказать об этом когда-нибудь?

— Сейчас же сказал, — невинно пожал плечами он.

Анита надула губы, сжав руками живот.

И что я буду делать три недели без тебя?

— Отдыхать, спать и есть много фруктов, — улыбнулся Аркадий, наклоняясь ближе. — А пока… найди мне что-нибудь более удобное. В этом костюме мне жарко.

Анита, захихикав, потащила его к шкафу, выудив оттуда старый спортивный костюм, когда-то принадлежавший Алексею.

Когда Аркадий увидел знакомый логотип, его лицо исказилось.

— Ты издеваешься?

— Другого нет, — пожала плечами она, подавая ему брюки.

Аркадий, пробормотав что-то невнятное о «унижении гордости», всё же натянул костюм и, к удивлению, обнаружил, что в нём действительно удобно.

— Ладно, признаю, — проворчал он, устраиваясь на диване. — Удобно.

Анита рассмеялась и села рядом.


Через какое-то время, когда фильм шёл сам по себе, Аркадий, не выдержав, наклонился к её животу и осторожно поцеловал его.

Анита замерла, чувствуя, как по телу пробегает тёплая дрожь.

— Спасибо тебе за него, — прошептал он.

Анита закрыла глаза.

— Я не могла тебе сразу сказать, — призналась она, еле слышно.

Аркадий мягко улыбнулся:

— Знаю. Неважно.
Когда мы узнаем, кто там прячется — мальчик или девочка?

Анита открыла глаза и, встретив его внимательный взгляд, улыбнулась:

— Через два месяца. На плановом УЗИ.

Он кивнул, будто принимая это как самое важное обещание в жизни.

— Как думаешь, мы будем хорошими родителями?

Анита задумалась, проведя пальцем по его руке.

— Я думаю… мы постараемся.
И этого будет достаточно.

Аркадий засмеялся:

— С твоим синдромом отличницы? Ты вырастишь идеального ребёнка.

Анита покраснела, но не стала спорить.

Они молча устроились на диване, тесно прижавшись друг к другу.

И впервые за долгое, мучительное время Анита позволила себе просто быть рядом.
Без страхов, без мыслей о завтра.

Они засыпали вместе, в обнимку, под еле слышное гудение телевизора, под тёплое дыхание друг друга, под первый настоящий покой в их новой, неожиданной жизни.