Всё тепло мира

Глава 15. Кир

Стоило мне открыть дверь кабинета, как девчонка, которая довольно смирно протопала со мной весь путь и на удивление не пыталась даже вырываться и убегать, вдруг вспомнила, что очутилась в здании не по своей воле. Причем выражалось это самым странным образом, какой мог прийти мне в голову: она просто застряла в дверях, упираясь руками и ногами. Зрелище было настолько же комичным, насколько и пугающим, будто внутри кабинета ее ожидало крупное голодное порождение, уже пригласившее друзей отведать столь костлявый белобрысый ужин.

Самообладание вернулось к ней так же резко, когда господин Первый помощник окинул ее скучающим взглядом, но не задержал его дольше пары секунд. Лицо его выражало усталое недовольство не вовремя потревоженного человека.

— Недоразумение, — представил я девчонку, за плечо подтаскивая поближе к столу. — Как и обещал.

— Неплохо, неплохо, — прищурился Помощник, откидываясь на спинку кресла. — Потребуется экспертиза, чтобы доказать принадлежность вещей в мастерской вашему… недоразумению.

Девчонка дернулась, будто ей кто-то ткнул пальцем под ребра.

— Проблем не будет, вещи ее, — отозвался я.

Мне не терпелось перейти к более важному вопросу. Например, к оплате моих услуг. Технически я состоял на службе, а потому, кроме отметки на листе, никто не был мне ничего должен. Хуже того: перед тем, как мне пришлось броситься в погоню за девчонкой, Помощник не успел ответить на мой вопрос. Его слова не стали бы гарантией, но сейчас у него были все шансы притвориться, что разговора не случалось и вовсе. Этот маленький факт безмерно бесил, а я дико устал. С самого прибытия в город, нет, с самого отправления сюда у меня не было ни часа полного покоя. В глубине души я знал, что должен бы благодарить судьбу за удачу, но больше не мог. А лицо, как говорится, нужно было продолжать держать.

— Может, она и признаться хочет? — поинтересовался Помощник.

Я не сдержал усмешки, глядя на девчонку. Она так сильно сцепила челюсти, что заметно было даже со стороны.

«Лета», — всплыло у меня в голове. Хорошее имя, гордое, оно действительно подходило ей. Как знак, который не мог бы принадлежать кому-то другому, не нарушив правильный порядок вещей.

Приметил я и кое-что еще.

Страх.

Его не было раньше. Ни разу. Эмоции на ее лице отражались довольно ярко. Безошибочно. Мне нравилось наблюдать за ней, сейчас редко встретишь такую открытость. У нее словно не было возможности остановиться, не получалось чувствовать вполсилы. В глазах мгновенно вспыхивало все, на что только сподобился разум. Наверное, именно такие и становились нелегалами. Именно такие и могли рискнуть нарушить запреты. Жаль, что придется ее наказать. Не нуждайся я так сильно в награде — наказал бы ее лично. Другим, более приятным способом.

Так и сейчас, пока мы стояли перед столом, от каждой брошенной фразы выражение на ее лице менялось, доходя до самого края чувств. Но вот боялась она впервые, в этот миг, и сразу — по-настоящему. Хотел бы я способность читать ее мысли. Нельзя было отрицать, что она притягивала меня, хоть я до сих пор не понял — чем. Как диковинная зверушка в лавке.

— Не хочет, — ответил я за нее, чтобы быстрее перешагнуть этот этап.

Помощник удовлетворенно кивнул — похоже, желания возиться с дознанием у него тоже не возникало, а передавать девчонку кому-то еще не слишком хотелось — слухи разойдутся очень быстро.

Дверь резко распахнулась, вошел человек в форме и остановился в одном шаге позади нас. Конвоир. Я не заметил, каким способом Помощник его вызвал, но он принял появление подчиненного как должное — проще говоря, не обратил вообще никакого внимания, продолжив молча выводить на какой-то бумаге мудреную подпись. Затем сложил лист пополам и протянул конвоиру:

— В специальную.

Едва я успел моргнуть, как конвоир очутился у стола и уже засовывал лист в карман на груди. Потом развернулся, коротко кивнул мне и приказал девчонке:

— На выход. И без глупостей.

Лета не пошевелилась. Так и стояла тростинкой — казалось, сейчас переломится и упадет под ноги. Конвоиру не полагалось проявлять эмоции, но я отчего-то явно представил, как он тяжело и обреченно вздохнул.

Второго приглашения не последовало — он просто протянул руку и схватил ее за плечо. Почти как я, но от этого вида мне вдруг стало неприятно. Мерзко, что ли. Словно… словно только мне разрешалось хватать ее. Никому больше. В мозгу билось иррациональное желание врезать ему по морде.

Лета резко развернулась ко мне и вцепилась в мою руку.

— Нет. Не надо. Помоги, — прошептала она одними губами. Одними глазами. — Они лишат души и меня. Не хочу.

Я удивленно поднял на нее взгляд, но не успел ответить. Конвоир с силой дернул ее и потащил прочь. Дверь за ними захлопнулась с отвратительно оглушающим звуком. Я поправил рукав, пригладил его — и почувствовал влагу. На нем остались мокрые пятна — как раз там, где касались подушечки ее пальцев. Я поднял руку и понюхал их, но ничего не почувствовал. Что за ерунда? Очень интересный способ плюнуть в меня напоследок.

— Что с ней будет? — спросил я, поворачиваясь к Помощнику. Не смог сдержать интереса. Может, мы еще встретимся, если ее наказание не продлится слишком долго. Искренность на лице Леты будоражила, я с удовольствием оценил бы ее снова.