Всё в лучшем виде

Глава 1 Я покажу тебе стояк

— Да, мама, блин, детей забрали и ушли! — грозно скомандовала я под журчание воды, выливающейся из ванной комнаты прямо в коридор.

На ламинат.

Вода протекала сквозь него…

Соседям на головы.

Я освободила своё лицо от светлых растрепавшихся волос, открыла дверь на лестничную площадку. А там, с пальцем зависшим над моим звонком, как раз стояла соседка снизу. Она младше меня, ей двадцать девять лет, тоже разведёнка, но в отличие от меня, прицеп один.

— Мама, Тусик!

— Тусик в гостиной на диване, — ответила я ребёнку.

Сынок в ботинках, мокрых от луж на полу, побежал в гостиную. Я всплеснула руками.

— Мама! Уходите! — голосом полным раздражения потребовала я.

— Мам, а поцелуйчик? — клянчила старшенькая дочь.

— Саша, ты меня залила.

— Вырвало смеситель, я не заметила, и стояк полетел… Одновременно прорвало.

Выдохнула я, с ужасом, глядя, как Мироша своего Тусю в луже купает и сам туда ныряет.

Но мама, хоть и в возрасте, мальчика в полёте поймала и на ноги поставила. И мама не одна была в квартире, две её старые подруги помогали с вещами.

— Выходим-выходим, — тихо сказала бабушка, подгоняя детей.

— Лиза, — обратилась я к соседке, целуя дочь Мирочку на прощанье. — Я перекрыла воду. Уже всё. Сейчас я уберу, будет нормально.

Мама и две её подруги – Амалия Егоровна и Ада Егоровна спускались по лестнице. И я рада, что остаюсь без них. Они мешали ужасно.

Вот это я правильно поступила, что купила квартиру в доме, где живут мамины подруги. Дело в том, что мама у меня в возрасте – ей семьдесят пять. И одна она не могла бы помогать мне с детьми, а втроём они ловко справлялись. И сейчас бабули уходили в соседний подъезд, уводя моих родненьких Мирославу и Мирона с собой.

А я оставалась вот так – промокшая до нитки, с тряпками и катастрофой.

— Саша, — вздохнула соседка, сложила руки на груди, — ты залила мне потолок.

— Вызывай… Точнее, сама вызову, — я дунула на свою белокурую прядь волос, что падала на лицо.

— Знаю, что ты – юрист. Но хочу сказать, что я сейчас без денег совершенно, а потолок полностью залит.

— Надо было подвесной ставить, — рявкнула я на неё. — Ещё раз я тебе говорю: экспертиза из управляющих компаний и независимая экспертиза, встретимся в суде, — и захлопнула перед её носом дверь.

Боже, во что я превращаюсь! Вздохнула. Зажмурилась. Открыла дверь.

— Лиза, — позвала я соседку, которая уже спускалась. — Всё, извини… Я приду, мы договоримся. Не потому, что я там судов боюсь, просто…

— Я знаю, кто ты, — сказала Лиза.

— Будет потолок, — пообещала я. — Прости, что так получилось. Сама в шоке.

Они все знают, что со мной связываться нельзя. Если я довожу до суда, то обычно выигрываю дела, особенно бытовые.

Лиза уходила, а я испытывала чувство вины. Недавно, кстати, стала такой. Менялась я серьёзно. Возможно, когда папа умер, мама заболела, когда перенапряглась и развелась.

— Посмотрим на твой потолок и решим все вопросы, Лиз! — крикнула я уже на пустую лестницу.

Она не ответила. Конечно, когда так резко бросаются, то вряд ли захочется дальше общаться.

Ослабла я всем телом, тяжёлый день вышел.

— Дать номер сантехника? — неожиданно спросила снизу Лиза.

Я улыбнулась, полегчало сразу. Хорошая она, а я уже давно с отличной зарплатой, так что зачем ссориться.

— Нет, Лизонька, спасибо! У меня свои номера.

Я захлопнула дверь и вспомнила, что никаких "своих" номеров у меня нет. Но я точно знаю у кого есть всё.

Эх, тяжело одинокой женщине, вот совсем тяжело. Но лучше так, чем с мужиком, каким был мой бывший. Нет-нет, даром не надо измен, истеричных свекровок, нервотрёпок, скандалов на пустом месте. Не сбывшихся ожиданий – это уже с моей стороны. С этим я, кстати, работаю.

Я встала посреди лужи, закатала спортивки по колено. Окна в квартире все были открыты, и сквозняк, с летним ароматом листвы, даже рябь на моём озере в прихожей нагнал.

Осталась я без воды в пустой квартире. Свет был включён только в коридоре и в ванной. За окнами быстро стемнело.

Я в этот момент ощутила, как мне одиноко, тоскливо, и очень тяжело. Нет, я почти всегда это чувствовала. Но когда мама старенькая, дети маленькие рядом – много сил и энергии для них. И только в одиночестве я понимала, что дико устала.

Подошла к зеркалу в прихожей. Увидела себя и выпрямилась, расправив плечи, не хватало ещё начать горбиться под тяжестью бытия.

Семьдесят два килограмма, уже не восемьдесят пять. Конечно, я хочу шестьдесят пять, но как пойдёт.

Мокрая белая футболка подчёркивала грудь без лифчика. Классно и эротично. Тонкая талия, которую я часто затягивала в корсет, бёдра округлые. И румянец лёгкий на щеках.

Ну, что такое сорок лет? Нельзя их бояться. К тому же, ещё тридцать. С хвостом.

Может, у меня всё впереди, даже с двумя детьми. Работа-то нормальная.

Работаю, работаю, работаю. Некогда, блин, кран чинить.

Я упала на пуф рядом с зеркалом, достала свой телефон. Звонила я своей единственной подруге, так скажем закадычной. Больше подруг у меня не было, только хорошие и плохие знакомые. А Оксанка – подруга. С большими такими прибамбабахами, от которых я тащусь.

— Юр…Фак, привет, — шипяще прошептала она в трубку.

— Оксана, я в мыло, — тяжело вздохнула я, — трубу прорвало, залило, я теперь ещё и Лизке с первого этажа должна. Хорошо, что под ней нет квартир, никто в суд из подвала на меня не грозится подать.

— Или нет? — посмеялась Оксанка.

— Помоги. Может, есть знакомый сантехник?

— Так Прохоров же!

— Блин, не помню. Прохоров… Прохоров.

— Игнат Максимович ему такую зарплату сделал, что он в любое время суток выезжает к сотрудникам нашего завода. Только тебе должность придётся назвать. И не соврать. Помнишь, что теперь ты – исполняющая обязанности начальника юридического отдела?

— Да, на три месяца. Твой супруг может быть спокоен, я хорошо слежу за работой.