Всегда с тобой

2. Пума

День первый.

Я приложил ладонь ребром ко лбу и прищурил глаза. Долина уходила на много километров вперёд, разрывая своими острыми скалами горизонт. По узкому дну, далеко внизу, бурлила и кипела мощными потоками река. Солнце было в самом зените, и я в очередной раз потянулся за бутылкой воды, удобно пристегнутой к поясу.

Помимо неумолимо палящего солнца, жажду провоцировало похмелье - последствие вчерашнего вечера с друзьями. И черт меня дернул идти сегодня, надо было отоспаться и посидеть день на курином бульоне, всё таки после тридцати подобные вечеринки происходят с гораздо большим ущербом для организма, чем в двадцать. И в любой подобной ситуации я бы обязательно отложил своё путешествие, но пробуждение в чужой постели заставило меня подскочить, едва ночное небо осветили первые лучи солнца.

-Вот же придурок.— Я хлопнул себя по лбу, вспоминая, как тихо натягивал брюки, и, словно трусливый цыплёнок, на носочках пробирался к выходу.

Девушка, с разметавшимися по подушкам волосами, потянулась, засопела и перевернулась на бок. Глаза её были закрыты, и я обрадовался, что мой побег остался незамеченным. Осторожно повернул ручку двери, ведущей в коридор и ещё раз обернулся на девушку. Спит. Я выдохнул и сделал шаг вперёд.

-Уже уходишь?

Чёрт. Почти получилось.

-Да, я должен идти. Важное дело.

-В пять утра? — Элисон села на постели, даже не пытаясь прикрыть обнаженную грудь одеялом. Рыжие волосы падали на её плечи медным каскадом, а сонное, веснушчатое лицо было по-детски милым. В лучах рассветного солнца, подсвечивающего Элли со всех сторон, она выглядела, словно ангел. Рыжий ангел с лукавой улыбкой, слишком дерзкой, чтобы принадлежать созданию небес.

-Я иду в поход. В красный каньон.— Я переступил с ноги на ногу, ожидая момента, когда закрыть дверь и уйти станет уместным.

-И когда ты вернёшься?

-Через пять дней. Может быть семь.

-В это время года никто не ходит в красный каньон, там опасно. Ты идёшь туда один?— Элисон потянулась к волосам и взъерошила их тонкими пальчиками.

-Да.

Мы оба помолчали несколько секунд, а затем я развернулся, чтобы уйти.

-Макс, ты ненормальный.

-Я люблю путешествовать в одиночестве.

-Нет. Любой нормальный мужчина на твоём месте вернулся бы обратно в постель. Но ты..— Элисон откинулась на подушки и уставилась в потолок.— Ты, Макс, упиваешься своими страданиями. Ай, к черту.

Девушка махнула в мою сторону рукой и демонстративно отвернулась, давая понять, что разговор окончен.

Я так и не нашёл, что ответить, поэтому молча закрыл за собой дверь.

-Придурок! - Повторил я и снова хлопнул себя ладонью в лоб.

***

Я шёл уже часов семь, делая лишь небольшие передышки, чтобы перекусить протеиновым батончиком и сделать несколько глотков из бутылки. В моих планах было добраться к вечеру до родника, чтобы пополнить свои запасы питьевой воды и немного освежиться. Там же я планировал поставить палатку и разбить лагерь, а завтра, с самого утра, выдвинуться в сторону золотой пещеры. Ещё два дня пути через отвесные скалы, вдоль реки, и я дойду до клёна.

Красный канадский клён - единственный на тысячи километров вокруг, и сейчас, в конце лета, его листья окрашиваются в насыщенно-красный цвет. Очень живописное зрелище, ради которого мы с Джейн ежегодно проделывали такой непростой путь. Среди желто-зелёной листвы других деревьев этот почти трёхсотлетний красавец выглядел, словно что-то божественное, магическое или даже инопланетное. Особо сильные порывы ветра срывали хрупкие листья, и они улетали вниз, медленно пикируя на хрустальное, горное озеро, заполняя его своими красными слезами.

Там, между высоких сосен, можно отыскать узкую тропинку, которая ведёт прямиком вниз, к озеру. Джейн всегда сбегала по ней первая, на ходу снимая с себя одежду, но у самой кромки воды останавливалась в нерешительности. Я подхватывал ее сзади и закидывал себе на плечо, а она пищала, смеялась и вырывалась до тех пор, пока мы вместе не уходили с головой в прохладную воду.

Я тряхнул головой, отбрасывая болезненные воспоминания. Счастливое лицо Дженни стояло в воздухе перед глазами и это видение вело меня вперёд. Незаметно для себя я добрался до источника. Этот участок маршрута был одним из самых живописных, но вместе с тем очень опасный. С обеих сторон от родника были глубокие ущелья, которые умело маскировались среди низких кустарников и каменных насыпей. Но я не переживал на этот счёт, ведь я знал эту тропу, как свои пять пальцев.

Я нашёл отличное, ровное место и быстро поставил палатку. На костре уже варилась похлебка. Солнце опускалось всё ниже к горизонту, словно золотая монетка закатывалась в кошелёк. Небо из голубого стало пурпурным, а затем последние лучи света скрылись по ту сторону каньона, передав свои полномочия звездной ночи.

Звезды здесь были невероятные. Я смотрел на их мерцания, слушал треск дров в костре, тихое журчание родника, стрекотание сверчков, и вскоре природа убаюкала меня своей колыбельной. Я уснул, так и не добравшись до палатки.

Громкий треск ломающихся сухих веток проник в сонное сознание. Я резко открыл глаза и одним рывком поднял своё тело в вертикальное положение. Это могли быть люди, но не слышно голосов. Но если это один человек, то с чего бы ему говорить? Или это мог быть койот, которого привлёк запах моей еды.

Я медленно, очень медленно сделал несколько шагов в сторону палатки и достал небольшую сумку, в которой лежали вещи первой необходимости: несколько протеиновых батончиков, складной нож, моток веревки, спички и прочие мелочи, необходимые для выживания в диких условиях.

Одновременно с этим я продумывал план действий, если сюда действительно забрёл койот, а не путешественник. Одинокий хищник не станет нападать, койоты довольно трусливы. Я прислушался: треск и шорохи прекратились. Кто бы это ни был, скорее всего, он вернулся туда, откуда пришёл. Я немного расслабился, но на всякий случай натянул сумку на плечи - мало ли.