Всего лишь любовь

Глава 1. Вита

❣ Первую книгу читайте здесь: https://litnet.com/shrt/yhlu

Асфальт кое-где ещё мокрый. Ночью был дождь. А я не заметила. Надо же! Я ничего не заметила. Лёжа в постели, и слыша, как Шумилов вернулся, разделся и лёг, я думала лишь об одном. Да как же он мог поступить со мной так…

Нестерпимая боль не давала заснуть. Но с утра я была очень собранной. Приготовила завтрак, погуляла с Капустиным. Труднее всего было видеть Шумилова. В каждом слове которого слышалась фальшь! Нет, я не ждала покаяния. Наверное, даже боялась его? В бессоннице я размышляла о том, как могло получиться.

Выходит, что я позвонила Милане. Сказав ей, что якобы «я - у неё». А она? Позвонила Шумилову? Пригласила его «на чаёк». И, пока я боролась с собой и с Никитой, они ублажали друг друга у меня за спиной. Как давно это длится? Как давно он её навещает? И все его «я буду поздно», «у нас конференция, нужно готовиться». Все эти отмазки были лишь для того, чтобы сбежать от меня?

Почему он молчал? Почему не сказал, что влюбился в подругу? Пожалел. Как тогда…

Но теперь у нас есть общий ребёнок. Который меня отвлекает, играя с ремнём безопасности.

- Тош, ну не дёргай его! – роняю достаточно резко.

- Ты же знаешь, что я не люблю быть пристёгнутым, - отвечает, насупившись.

Господи, как хорошо, что сейчас лето. И скоро Антоша уедет! Почти каждое лето с друзьями он отправляется в лагерь. В первый раз не хотел. Ему было 7 лет. Он был так привязан ко мне. Помню, плакала! А Костя меня убеждал, что эта разлука пойдёт нам на пользу. Что там он найдёт себе новых друзей. Так и вышло! И на следующий год сын уже с марта стал выяснять: а когда будет первый заезд?

- Антош, я на связи! Звони, когда нужно забрать, - говорю я, паркуясь у школы.

Учёба окончена. Но ребята ещё посещают кружок. А по правде сказать, не хотят расставаться на лето! Одноклассник Санёк Иванов и ещё один друг, Рафаил – это та ещё троица. И невольное сходство с другой, вынуждает сглотнуть подступившие слёзы…

Интересно, а Толик Зарецкий, наверное, в курсе, что его лучший друг изменяет жене? И как он относится к этому? Мне помнится, он никогда не любил меня. Считал зазнайкой! И только их тесная дружба с Шумиловым не давала сказать мне всю правду в лицо.

Его подковырки, вроде:

- У кого-то родители, а у кого-то покровители, - в ответ на заметку о том, что с отцовскими связями он может всё.

Вспоминается наш разговор с Костей. Когда он сказал, что Зарецкая Анька – изменщица. Закидывал «удочку»? Ждал, что отвечу. Решался, наверное, сказать или нет…

Я целую Антона и смотрю ему вслед. Сын высокий и ладный, в отца. Майка тоже в отца. Вот только цветом волос они оба – в меня. И светлой, веснушчатой кожей.

Вспоминаю пощёчину, что дала напоследок Шумилову. А щека почему-то горит у меня! И не только щека. Всё горит, нарывает! И внутри и снаружи. Как мог он… с Миланой? Как мог?

Не хочу его видеть сейчас. Не могу его видеть! А вот подругу, пожалуй, хотелось бы.

Рядом с кафе пахнет выпечкой. Цех находится тут же. В последнее время штат наш немного подрос. Я приняла на работу технолога, двух поваров. Милана по-быстрому их обучила. И теперь концентрирует свой потенциал на тортах. Оформляет витрину, где было задумано выставить самый красивый на вид и на вкус образец. И менять его каждый сезон!

Летом – яркий, похожий на клубу, двухъярусный торт. Осенью – целый пейзаж с золотистыми листьями, как будто прилипшими к сладкому боку. А зимний вариант круче всех! Просто сказочный торт. Которым мы всех угощаем в канун новогоднего праздника. Торжественно режем его на тончайшие ломтики и вручаем всем тем, кто пришёл в этот день.

Застываю у двери. И вижу машину её. Она здесь! Думаю: знает, не знает? Выдыхаю. Вхожу.

С утра посетителей мало. Один бизнесмен, или офисный служащий, решил выпить кофе. Девчонки-студентки, наверное, здесь вместо пар? Я кусаю губу и кивком выражаю приветствие двум официанткам.

По дороге в подсобку, минуя пекарню, откуда доносятся запахи утренней выпечки, я слышу знакомое пение. Мила в комнате отдыха, стоит и колдует над грандиозным тортом. Очевидно, тем самым, о котором она говорила вчера?

Гладкие стенки украшены мастикой в форме цветов. Они как живые! Так и тянет понюхать.

- С днём рождения, Кристина? – подхожу со спины.

- Ой, Вит! Это ты? Напугала! – подпрыгнув от неожиданности, Мила едва не роняет «волшебную палочку», которой правит один из лепестков, - Поломался, прикинь, пока ехал?

По её беззаботному тону я понимаю, что Мила не в курсе того, что я знаю. И думаю, как бы начать разговор.

- Красота, - подхожу я к торту. И, отломив лепесток одного из пионов, кладу себе в рот.

Мила, застыв, смотрит так удивлённо, как будто я откусила кусок от неё самой:

- Дольская! Ты обалдела? Ты чё творишь?

- Это ты чё творишь? – прерываю поток неуместных вопросов.

- В смысле? – глаза у Миланы распахнуты. В них читается лёгкий испуг, - Я работаю, вообще-то!

- Да? – издаю лёгкий вздох, - А я полагала, ты спишь с моим мужем.

Застыв в одной позе, она продолжает смотреть. Но уже непонятно, чего в её взгляде больше: удивления, страха, смятения.

- Ты не с той ноги встала, подруга? Чё ты несёшь? – пытается Мила перечить.

Но я уловила сарказм.

- Не утруждайся, Милан! Я всё знаю. Про тебя и Шумилова. Просто хотела понять, как давно? Как давно вы меня предаёте? И как часто? С какой периодичностью? Раз в неделю? Два? Три?

Обломки цветов тихо сыплются на пол. Милана стоит, наблюдая за мной. За тем, как я медленно, капля за каплей, порчу её кулинарный шедевр.

Она не пытается мне помешать. И меня это бесит!

- Ну, что ты молчишь? – восклицаю, проткнув тонкий слой шоколада.

Стон, который она издаёт. Он такой… Словно это её я проткнула! И не пальцем. А как минимум, острым ножом.

- А что ты хочешь услышать? Признание? – дрожащий, пропитанный едкостью голос, так мало похож на неё…