Всего по немногу

35 часть.

***

Мой сине-зеленый дракон тихо пульсируя подрагивал свернувшись вокруг запястья. Его голова лежала на моем пульсе, изредка он приоткрывал глаз. Он всегда сползает с плеча к моему пульсу, когда силы мои заканчиваются. Видимо ему там легче подпитываться. Он только один раз подпитывался в другом месте – на моей сонной артерии, когда я истратил всю свою силу в первый раз, так я узнал, что даже моей силе есть предел. Это было неприятное знание. До этого я был уверен в безграничности моих сил, а следовательно моего величия. Когда я пришел в себя, хватило ума потихоньку приучать себя к этой мысли. Это наверно была первая ступенька моего взросления. До этого моя молодость и глупость перевешивала, если бы это случалось чуть раньше - я бы от ярости сам себя убил бы.

Хмыкнув своим мыслям я пальцем погладил голову дракона. Он у меня красавец – той яростной красотой силы и мощи. Многие ужасались увидев его, называли страшным. Да он страшный. Страшно красивый. Я помню, как он у меня появился, со всеми подробностями: сначала, именно на этом месте – на пульсе на запястье появился немигающий глаз. Он меня завораживал, я был так горд, я подсознательно чувствовал, что это единственный мой верный друг. Я тогда был в том возрасте, когда мне был необходим друг. Это потом я понял, что я один в этом мире. И так и останусь один.

Через несколько дней глаз пару раз мне мигнул, я обратил внимание, что зрачок у него очень необычный. Я стал присматриваться к окружающим. Человеческий зрачок сразу я отмел. Точно не то. Мама была счастлива. Когда я снова был посажен ей на колени, начал рассматривать ее зрачок. Хоть я и был маленький, но все же у меня ума хватило, ей сказать, что я любуюсь ее глазами. Но увы, я увидел сразу, что это не человеческий глаз.

Второй зрачок я уже рассматривал дольше: наша кошка, обитающая в основном на кухне, еще с ее малых лет приученная к моим выходкам (тасканию за хвост, выдергиванию усов и других моих детских игр с ней) терпеливо смотрела мне в глаза, своими ярко-зелеными глазами. Тогда я узнал, что если смотреть ей в глаза дома ее зрачок большой как блюдце, а выносишь на улицу, он становится узким и длинным. Меня очень удивило, что у человека в полосочку зрачок не сужается, а у кошки сужается. Мне очень нравилось, как у кошки. Рассматривал я кошку долго, уже почти сам себя убедил, что это кошачий глаз. И вот взглянув на глаз на запястье и даже увидев суженый зрачок в полосочку, все-таки понял, что глаз не кошачий.

В окно кухни за мной следила противная Марта, после наказания она меня побаивалась и относилась ко мне настороженно. Я увидев ее показал ей язык и бросив кошку на землю попытался ее пнуть. Она успела увернуться и скрыться в сарае.

Зрачок нашего старого пса, жившего у конюшни, мне не понравился сразу – обычный круглый. Я даже долго его рассматривать не стал. Зрачок нашего рысака Булата был очень красивым и тоже вытягивался в полосочку, но не вдоль, а поперек, но явно был не похож.

Я пересмотрел глаза всех животных какие у нас были: козы, бараны. С большим трудом поймал ящерицу жившую на камнях в нашем огромном саду, ее глаз и зрачок были похожи, но все равно не то.

Мама увидев мой живой интерес к глазам животных (и как я узнал потом – наслушавшись жалоб противной Марты) привела меня в нашу огромную библиотеку. Я всегда ее считал бесполезной, никчемной комнатой. Но тут, она достала мне много книг с картинками про животных. Возможно она думала, что я заинтересуюсь, начну читать, как она. Она любила читать, я ее часто видел читающей. Но меня интересовали только глаза. Я быстро пролистывал от картинки до картинки, пристально разглядывая глаза всех изображенных там животных.

А мой глаз на запястье становился все оживленнее. Чаще мигал, к вечеру закрывался и спал. И еще одна особенность сначала меня напугала, а потом я привык – он исчезал, когда меня кто то осматривал. В первый раз увидев, что он пропал, я напугался. Я решил, что он больше не появится, или, еще хуже, он мне привиделся.

Мама меня купала (она с таким удовольствием выполняла эту процедуру сама, никому не доверяя ее) тщательно натирая меня мочалкой. Взяла за руку намыливая, и тут я увидел, что его нет. Его нет. Я стоял, пытаясь сообразить, куча разных мыслей возникали и пропадали в моей голове: «А вдруг она его смыла мочалкой, а если он бросил меня и больше не когда не вернется, а вдруг он мне просто казался». Эта мысли напугала меня до дрожи. Я стоял мокрый, в пене, в горячей воде и дрожал. Мама испугалась, что я замерз, добавила воды погорячей, чуть меня не обожгла, смыла мыло с меня, закутала в полотенце и прижав к себе долго сидела грела меня у камина. Мне было жарко, страшно и я дрожал. Потом видно меня разморило и я уснул. Проснувшись утром в своей кровати я первым делом взглянул на запястье. Глаз мирно спал. Тяжелый камень свалился с моей измученной души.

- Ты так меня не пугай, - сказал я ему вслух. Он медленно разлепил веки, сонно мигнул и снова уснул.

И я увидел, что вокруг глаза появилась кожа. Сверху над веком, в месте где у людей бровь, искривляясь, топорщилась покрытая, чем-то вроде чешуи, но не как у рыбы, а как у змеи, или той ящерицы, что я вчера разглядывал у камней. Я осторожно, пальчиком погладил. Глаз приоткрылся снова и посмотрел на меня своим узким, вытянутым зрачком. Глядя в него я понял, что он скоро объявится весь, надо только подождать, и он никогда меня не бросит. После этого, всегда, когда он пропадал. Я его продолжал чувствовать.

Свои изыскания я не забросил. Уж очень мне хотелось узнать кто он до того, как он весь появится у меня на запястье. И на радость маме я целую неделю пропадал в библиотеке. Я пересмотрел все книги про животных, о животных, с животными. Змеи и ящерицы на картинках были похожи на него, но в душе я чувствовал – это не то. Похоже, но не то. Он продолжал увеличиваться, к конце недели уже была полностью видна голова и часть шеи. Вечером ложась спать, я гладил его пальчиком и шептал о том как он красив.