Всего по немногу

Часть 12.

***

Я вспоминал себя. Мне было совсем мало лет, когда сам, нечаянно, создал свое первое заклятье.

Стоял теплый весенний вечер, не так давно проводили всех многочисленных родственников, нагрянувших к деду и я сидел на открытой террасе в дедушкином любимом кресле. Наслаждался тишиной. И тут вижу, как по дорожке к дому идет цыганка. Старая, сухая, морщинистая тетка. Идет попыхивая трубкой.

В те времена цыган любили и уважали. Они к лету проезжали мимо и останавливались на большом пустыре перед дедушкиным пастбищем. Приходила к деду старая шувани и договаривалась об их заселении. Разжигали в поле большой костер и ставили свои кибитки вокруг. Неделю, а иногда и больше, они пели песни, ходили по дворам, гадали, вечерами устраивали танцы вокруг костра. Их шум и веселье разносились по округе на много километров привлекая праздных наблюдателей.

Но в тот вечер, я так разозлился, что мою тишину, покой и умиротворение прервала, какая-то там цыганка. И представив, как они снова разведут вокруг гам, крики и беспокойство.

Моя злость разрасталась, поднималась от ног к голове алыми всполохами. И руки сами поднялись вперед. Я видел, как с кончиков пальцев потекла струйкой алая дымка, скручиваясь в жгутик, устремляясь к темной, тощей фигурке. Мысленно стал вплетать в алую струящуюся нить колючки терновника - боли, клочки тумана-забытья и всполохи грома оглушающего.

Вижу ее черные, удивленные глаза, распахнутый рот, из которого медленно падает трубка и раскалывается на двое ударившись о камни. И резкий взмах рукой, отбившей мое заклятье.

И покачав головой, направила на меня свои костлявые пальцы. Я понял, что она в ответ направила на меня свое заклинания. Я машинально закрылся щитом, похожим на тот, что висел в столовой у деда.

Потом мы тихо и долго беседовали с ней сидя на терраске. Она, мне бестолковому, объясняла, что нельзя нападать на всех подряд такими сильными заклятьями. Что мне надо развивать в себе терпение и сдерживать свой гнев. А еще учиться, развивать свою силу и талант. Я сидел слушал, кивал головой, но очень жалел, что у меня не получилось. Жалел о том, что я не увидел, как подействует мое заклинанье. Это меня больше волновало, чем ее тихое нудение: о моей силе, о ее применении, об обучении управлению ею, о моем месте в жизни и мире ведунов. И поведала она мне о легенде. Я ее почти не слушал. Хотя слова «меч», «корона» должны были меня заинтересовать. В то время меня это очень увлекало.

К деду она в тот вечер так и не пошла. И на следующий день они уехали. И больше я их не видел. И больше я о них и не вспоминал.

Дальше я сам учился творить заклятья, как мог. Потом стал интересоваться книгами о заклятьях и когда находил, что-то достойное моего внимания изучал.

Защитный купол рыжей бестии и напомнил мне эту историю. И легкое воспоминание о прочитанной, когда-то давно, легенде. Я помню, что читая ее смутно ощущал, что она мне знакома.

В раздумьях я просидел довольно долго, ничего хорошего в голову не приходило и только когда почувствовал, как я оказывается голоден, решил оставить это бесполезное мыслетворчество.

Вызвал слугу и велел ему готовить ужин на нас двоих. Ее тоже нужно кормить. С этим придется смириться. Это будет поводом узнать поближе, что она из себя представляет.

Пока слуга готовил нам ужин я решил найти в библиотеке ту самую легенду. Она должна быть у меня. Наверное.

Сначала я методично обходил каждую полку и вчитывался в корешки книг. Потом я понял, что это плохой стиль поиска нужной. Решил вытаскивать и просматривать каждую пятую книгу. Устал я на третьей полке. Бросил ее на пол и уселся в кресло. Скрипнула дверь и слуга величаво доложил, что ужин готов.

Я махнул рукой и двинулся за ней. Не слугу же посылать приглашать на такое - разделить со мной хлеб в моем доме. Все-таки мамино воспитание было сильнее меня.