Всего тебе хорошего, предатель!

Глава 4

Домашний порог встречает меня знакомым скрипом половиц, который обычно означает возвращение в безопасность. Сейчас этот звук кажется насмешкой. Какая может быть безопасность, когда весь мир рухнул за одно утро? Воздух в квартире пропитан утренним кофе и детскими сладостями. Запахи обычной жизни, которая больше никогда не будет прежней.

Ноги подкашиваются, и я хватаюсь за стену коридора. Обои под пальцами шершавые, теплые от солнца, что светит в окно. Мы с Мироном клеили эти обои три года назад, спорили из-за рисунка, смеялись над кривыми стыками. Тогда казалось, что впереди целая жизнь семейного счастья. Обои останутся, а семья рассыпется.

Всё на своих местах. Детские кубики аккуратной пирамидкой возле дивана, где Макар строил замки вчера вечером. Книги выстроились ровными рядами на полках, корешки блестят в солнечных лучах. На кухонном столе так и лежит планшет, по которому по утрам Мирон любит проверять какие-то свои числа. Сегодня он не успел убрать гаджет, спешил на свою важную презентацию.

Презентацию... Горькая усмешка искривляет губы. Единственное, что он презентовал сегодня, это свое предательство.

Каждая деталь этого дома сейчас причиняет боль. Семейные фотографии на комоде улыбаются мне счастливыми лицами. Все эти снимки теперь кажутся декорациями к спектаклю под названием “Счастливая семья”. А за кулисами творилось совсем другое.

– Мама, можно мультики? – Макар стягивает кроссовки прямо у входа, оставляя их посреди коридора под разными углами. Обычно я бы мягко попросила поставить обувь аккуратно, напомнила о порядке. Сегодня нет сил на воспитательные моменты. Сегодня все мои силы уходят на то, чтобы просто дышать и не развалиться на части.

– Конечно, солнышко. – Голос звучит удивительно ровно, хотя внутри все кипит и рвется на куски.

Пальцы дрожат, когда беру пульт от телевизора. Нажимаю кнопки, переключаю каналы, пока не нахожу детскую передачу. Яркие краски, веселая музыка, беззаботные голоса мультяшных героев врываются в нашу гостиную. Контраст с моим внутренним состоянием настолько резкий, что хочется выключить этот праздник жизни. Но Макару нужна привычность, стабильность. Хотя бы видимость того, что мир не перевернулся.

Сын устраивается на диване, подтягивает под голову любимую подушку с изображением супергероя. Через минуту он уже полностью поглощен приключениями на экране, губы чуть приоткрыты, глаза сосредоточенно следят за действием. Дети умеют так легко переключаться, так быстро забывать о тревогах взрослого мира. Детское сознание милосердно защищает их от боли, которую они еще не готовы понять.

Если бы я могла также легко отключиться от реальности, провалиться в мультяшный мир, где все проблемы решаются за полчаса, а зло всегда получает по заслугам.

Волочу ноги на кухню, каждый шаг дается с усилием. Мышцы напряжены, будто я пробежала марафон, а не просто доехала от дачи до дома. Тело помнит шок, все еще пытается справиться с адреналином, который выбросился в кровь при виде измены.

Ставлю чайник, слушаю привычное бурление воды. Руки трясутся так сильно, что приходится держать чашку обеими ладонями.

Горячий чай обжигает губы, но я пью жадно, надеясь, что тепло разгонит леденящий холод в груди. Не помогает. Холод засел где-то глубоко, у самого сердца, и никакой напиток его не растопит. Этот холод не физический, он идет изнутри, от осознания предательства, от понимания того, что жизнь раскололась пополам на до и после.

Пытаюсь собраться с мыслями, выстроить план действий. Мирон придет домой к семи, как обещал. До этого момента остается несколько часов. Время подготовиться к разговору, который изменит всё. Но как готовиться к беседе, которая разрушит твою жизнь? Что говорить мужчине, который тринадцать лет клялся в верности, а сегодня нарушил все клятвы?

Открываю ноутбук дрожащими пальцами, хочу отвлечься работой. Экран освещается, показывая календарь с важными датами. День рождения Макара отмечен красным кружком, через два месяца исполнится шесть лет. Новогодние каникулы выделены зеленым цветом, мы забронировали номер, хотели провести праздники всей семьей, покататься на лыжах, слепить снеговика с сыном.

Все эти планы теперь висят в воздухе. Неужели мы больше не будем отмечать праздники вместе? Неужели Макар станет ребенком разведенных родителей, который мечется между двумя домами, двумя половинками разорванной семьи?

Развод.

Это слово острой болью прошивает виски. Еще утром оно казалось чем-то далеким, касающимся других людей. Теперь оно стучится в мою дверь, требует впустить его в мою жизнь.

Телефон разрывается звонком, заставляя подпрыгнуть от неожиданности. На экране фото Светы, моей коллеги и единственной близкой подруги. Она смеется, подняв бокал шампанского, снимок с прошлого корпоратива. Тогда мне казалось, что у меня есть все: любящий муж, здоровый ребенок, интересная работа, верная подруга.

– Алеся, ты где пропадаешь? – голос Светы взволнованный, сквозь трубку слышен шум веселья, смех коллег. – Праздник уже в разгаре, а тебя нет. Мария Петровна каждые пять минут спрашивает про костюм бабушки. Что случилось?

Костюм... Бабушкины вещи из сундука на чердаке. Я же ехала за ними на дачу и так ничего не привезла. Жизнь продолжается своим чередом, люди веселятся, отмечают проводы, строят планы. А я сижу дома с разбитым сердцем и не знаю, как жить дальше.