Вселенские дела. Дело профессора Гордеева

ГЛАВА 8. СЛОЖНЫЙ ВЫБОР

На пересдачу явилось семнадцать человек. Часть студентов из нашей группы, некоторые с потока, несколько старшекурсников. Среди них был и Никита. Он сильно нервничал, был какой-то дерганный, с воспаленными от недосыпа красными глазами. Его вызвали в первую тройку, но уже через пятнадцать минут парень вылетел из аудитории, словно пробка из бутылки теплого шампанского – с громким хлопком дверью и пеной у рта.

Все в коридоре притихли. Гордееву и так сдать сложно, а вот раздраженному Гордееву – практически невозможно. И как итог, шестнадцать студентов снова получили неуд и отправились готовиться заново.

Я зашла в аудиторию последней. Профессор сидел за столом, хмурился, пальцы крепко переплетены. Перед ним возвышалась педантично сложенная стопка билетов.

– Смирнова… – поднял он на меня уставшие глаза. – Хоть вы меня не разочаруйте!

– Постараюсь, Альберт Юрьевич, – слабо улыбнулась я.

– Какой билет у вас был в прошлый раз? – спросил он, убирая стопку в ящик стола.

– Одиннадцатый, – прошептала я, не веря своим ушам.

– Идите готовьтесь, – кивнул он, и перевел взгляд в окно.

– А можно без подготовки? – выпалила я.

Алиска была права, ответы на вопросы из одиннадцатого я знала наизусть.

– Уверены? – приподнял одну бровь профессор, с любопытством посмотрев на меня.

– Абсолютно, – заверила я его.

– Тогда прошу! – Альберт Юрьевич указал рукой на стул, стоящий напротив.

Я села, протараторила заученный текст, как из пулемета, и перевела дыхание.

– Впечатляет! – довольно ухмыльнулся Гордеев.

– Я бы и в прошлый раз сдала, – виновато протянула я.

– Я знаю, Даша. Не сомневался в вас. А вот в вашей подруге сомневался. Как ее фамилия? Яковлева, кажется?

– Алиса? Да, Яковлева, – подтвердила я.

– Честно говоря, был приятно удивлен, – улыбнулся Альберт Юрьевич. – Скажите, вы ведь приложили к этому руку?

Он подмигнул мне, а я вся сжалась в комок.

– Что вы имеете в виду? – спросила я дрожащим голосом.

– Ну-ну, что вы засмущались? Это очень похвально! Взять отстающую студентку на поруки и так блестяще подготовить! Я вот и не надеялся с ней справиться! А у вас получилось. Об аспирантуре не думали после окончания?

– Да я даже не знаю, – залилась я краской.

– Ну ладно… Давайте зачетку! Отлично! – он протянул руку.

Я торопливо полезла в сумочку, вытащила зачетную книжку и вложила в его ладонь. Но едва его пальцы коснулись корочки, как меня закрутило и ухнуло под воду. Кажется, я даже вскрикнула от неожиданности.

Я оказалась в глухом темном переулке. Тусклый свет фонаря частично выхватывал две мужские фигуры, о чем-то спорящие. Я подошла поближе и узнала голоса. Один принадлежал профессору Гордееву, а второй я пока никак не могла распознать, но я его точно уже слышала раньше.

– Ну что вам – сложно? – парень визжал, перейдя на фальцет. – Вы ж мне жизнь ломаете!

– Молодой человек, – спокойно отвечал ему Альберт Юрьевич. – Не стоит перекладывать ответственность за свои поступки на других. Это так по-детски, а вы ведь уже мужчина. Надо было подготовиться…

– Вот деньги! Возьмите! И поставьте мне этот гребаный экзамен! – зарычал его собеседник, и я наконец узнала голос.

Это был Никита. И он был очень зол. Даже не так. Он походил на загнанного в ловушку зверя. С одной стороны обреченного, с другой непредсказуемо агрессивного.

– Вы что? Взятку мне предлагаете? – в голосе профессора послышались оскорбленные нотки.

– Предлагаю! И если вы откажетесь, то сильно пожалеете! – процедил сквозь зубы Никита.

– Не надо мне угрожать, молодой человек! – потряс в воздухе указательным пальцем Гордеев. – Я этого не потерплю!

Дальше все произошло очень быстро. В свете фонаря блеснуло лезвие ножа. Резкий выпад, глухой удар, брызги крови. Альберт Юрьевич тихонько охнул и осел на асфальт. Никита попятился. Я закричала.

– Даша, с вами все в порядке? – профессор испуганно тряс меня за плечо.

– Прос-сти-тте… – очнулась я и уставилась на него округлившимися от ужаса глазами. – Я… Я просто… Можно я пойду?

Я схватила зачетку и стремглав выбежала из аудитории. Сердце ухало в моей груди, руки тряслись, ватные ноги отказывались слушаться. Я заскочила в туалет и оперлась на раковину, чтобы не упасть.

– Вот черт! – из зеркала на меня смотрел перепуганный зверек. – Что же теперь делать?

Я умылась холодной водой, попыталась восстановить дыхание и унять дрожь в теле. Мозг судорожно работал, пытаясь найти правильный ответ на вопрос.