Всем попаданкам по борделю!

Глава 2

На следующее утро Молли проснулась рано. Ей снились сцены из прошлой жизни, тревожа душу и сердце. Именно ночью, когда не надо отвлекаться на особенности бытия, память услужливо подкинула то, о чём Молли старалась забыть. Она была уверена, что ни внуки, ни оставшаяся квартира, ни прошлые соседки-сплетницы не смогли бы заставить её променять вторую молодость на прежнюю жизнь, но почему-то именно ночью от их потери стало особенно горестно.

Лёжа в темноте, она поняла, что осталась совсем одна.

Девчонки еще не стали подругами, а бордель – родным домом. Слишком чуждый, слишком непонятный мир.

Вот взять хотя бы эту самую… магию.

Тьфу ты, слово-то какое! Молли поморщилась и перевернулась на другой бок, припоминая крошечные обрывки информации, вынесенные из беседы с девочками.

Никогда бы не поверила, но здесь и правда существовали маги. Самые настоящие! Не жалкие шулеры, а всамделишные волшебники. Вчера Молли вынудила Клариссу пригласить представителя чародейной братии, а потом с широко раскрытыми глазами наблюдала за волшбой.

Седой сухощавый маг действительно что-то пошептал, помахал руками, побрызгал вонючей водичкой… и в комнате стало прохладнее.

– Едрит твои лапти, – прошептала Молли, озираясь. – Натуральное колдунство.

Ей следовало бы догадаться о подобном повороте, как только услышала про зельевара – всё-таки в родном мире подобных профессий не наблюдалось. Но Молли была искренне уверена, что это просто наименование деревенского лекаря, и уж никак подумать не могла, что здесь впрямь варят зелья, чертят пентаграммы, бормочут заклинания.

Хотя уж кому-кому, а везучей попаданке бессмысленно удивляться чудесам – сама такое же чудо.

Молли вновь перевернулась на другой бок. Вздохнула, глянула на окно. Вставать или не вставать? В голове копошились разные мысли, не давая возможности снова заснуть, но и чем заниматься, пока остальной дом спит, она не знала.

– В конце концов, я тут хозяйка! Что хочу, то и ворочу, – наконец решила Молли, сбрасывая одеяло.

Наскоро умывшись и надев платье, спустилась вниз.

Первый этаж утопал в утреннем сумраке и тишине. Осмотрев кухню, она подёргала другие двери, нашла кладовую и подсобку.

– Мило, – решила Молли, морща нос. – Только пыльно.

Проведя пальцем по полкам, укоризненно покачала головой.

– Полный дом девок, а толку никакого… Ну да ничего, я научу вас хозяйственности, никуда не денетесь.

Она вернулась в некое подобие кабинета, крохотного, но зато с огромным книжным шкафом. Уселась за старенький письменный стол и открыла верхний ящик, куда до сих пор не заглядывала.

– А вот и досье на будущих жриц любви, – пробормотала Молли, доставая стопку тоненьких серых папок. – Не густо.

Кларисса оказалась права: девочкам идти некуда. Бездомные, нищие, они очутились в ловушке – шаг в сторону, и лишишься даже тех крох, что имеешь.

Читая желтоватые листки бумаги с краткой характеристикой, Молли все больше ужасалась. Бордель был чуть ли не единственным выходом из ситуации. Воспитанной в строгости, ей подобное виделось диким и непотребным, но осуждать будущих гетер больше не хотелось.

Открыв второй ящик стола, Молли обнаружила связку писем.

– А это ещё что? – буркнула, с любопытством открывая конверт. – Переписка с отцом… ага… ага… ясно… Не слишком доволен. Чего и следовало ожидать. «Ищи нового мужа!», «Попроси помощи у пасынков!» Будто это только от меня зависит. Любимую мачеху за порог с содержанием в три копейки не выставляют.

Письма были адресованы Мелинде Корф. Молли обрадовалась:

- Значит, я - Мелинда Корф! Ну хоть знать буду, а то Рыжая Молли звучит странно для порядочной дамы.

Почти вся корреспонденция была от престарелого отца, кроме последних двух. Одно оказалось сообщением о смерти родителя, а второе принадлежало молодому и не совсем вежливому мужчине – сыну бывшего супруга, вдовой которого Молли посчастливилось стать.

- И что же пишет пока незнакомый мне пасынок? О… Ах… Ого! А вот это интересно!

***

К тому времени, как на кухне собрались обитательницы дома, у Молли уже готов был план.

Игнорируя настороженные взгляды, она накормила всех собственноручно приготовленной манной кашей из найденных в кладовке скудных продуктовых запасов и объявила о начале генеральной уборки.

– Как хотите, но чтобы к вечеру всё блестело! – сурово припечатала она, раздав указания. – Вернусь – проверю.

– Откуда вернётесь? – тут же поинтересовалась Сусанна.

– Дела у меня. Личные.

Девочки переглянулись, но промолчали. Вот и славно.

Молли довольно улыбнулась.

– А Кларисса меня проводит, – добавила она и, предвидя возмущения, пояснила. – Потом вернётся и присоединится к остальным. Если с чем-то не справитесь, не беда, к вечеру и я освобожусь, помогу, вместе-то сподручнее будет.

Как только завтрак закончился, Молли подхватила Клариссу, как самую разумную среди подопечных, вернулась в комнату и принялась изучать гардероб.