Вспомни меня такой

10.3. Whatever It Takes

mus.: Imagine Dragons — Whatever It Takes
Whip, whip
Run me like a race horse
Hold me like a rip cord
Break me down and build me up
 

Резкий запах краски ударяет в нос, когда Бесков переступает порог однушки в Кудрово. Глеб, конечно, надеялся, что Демьяненко найдёт, чем себя занять, но не подобную креативность точно не рассчитывал. Разувшись в темноте крохотной прихожей, Бесков с замиранием сердца заглядывает на кухню. Столько лет квартира пустовала лишь из-за его желания оставить здесь всё как прежде, а теперь чужая рука упаковывает запахи, тени и воспоминания в плотный слой эмульсионки.

Глеб остаётся в пустом дверном проёме, наблюдая, как Денис покрывает отштукатуренные стены нежно-голубой краской. Как только прыти и смелости хватило залезть на стремянку, зная, что в любой момент левую ногу может свести судорогой. Лечащий врач Дениса рекомендовал физические нагрузки, но просил обойтись без фанатизма. И всё же в этом просматривался мощный прогресс: прежде Дениса интересовало только бессмысленное обновление социальных сетей.

Постучав по дверному откосу, Глеб осторожно привлекает внимание Дениса, чтобы тот не свалился от неожиданности. Едва заметно вздрогнув, Демьяненко поворачивается на звук и вынимает наушник:

— Я не слышал, как ты вошел. У тебя тут плохо ловит сеть, делать вообще нечего. Да и денег у меня нет, чтобы тебе за аренду платить, так что... Вот. Решил начать с кухни.

Подтверждая свои намерения, Денис взмахивает малярной кистью, которой прокрашивал углы, и брызги голубой краски летят в сторону Бескова. Увернувшись, Глеб ставит пакеты с продуктами на стол, заботливо накрытый полиэтиленовой пленкой. Осталась еще со времен последних попыток устроить здесь ремонт и привести бетонную коробку в жилой вид.

— Так, ладно. Давай это сюда и слезай, — Глеб протягивает освободившуюся руку Денису, чтобы помочь ему спуститься вниз. — У меня к тебе предложение по-интереснее.

— Наверное, я зря это всё... — Неуверенно проговаривает Демьяненко, наблюдая за смятением на лице Бескова. — Надо было сначала тебя спросить, прежде чем что-то тут красить.

— Да нет, я просто не думал, что здесь будет доведено что-то до ума. У самого за несколько лет руки так и не дошли до этого. — Отвернувшись к пакетам, Бесков покачивает головой, и Денис не замечает, что тот немного лукавит. Не признается, что просто превратил однушку в пыльный склеп из своих воспоминаний, и не собирался ими ни с кем делиться, пока Демьяненко не объявился на диване в «Амбаре» Черкеса.

Без лишних слов Глеб протягивает Денису пакет с логотипом «Спортмастера» и замечает, как Демьяненко резко меняется в лице, заглянув внутрь. Даже не вытащив наружу пластиковую тубу с новыми очками для плавания, он отшвыривает тяжелый пакет обратно на стол. Следом летит кисточка и ванночка с разведенной краской.

— Издеваешься что ли? — Бросает Демьяненко, заметно ощетинившись. Даже не смотрит на Бескова, отпихивает его в сторону, чтобы освободить проход, и вылетает из кухни. Окинув взглядом пакет, теперь полностью измазанный небесно-голубой эмульсионкой, Бесков раздраженно выдыхает и считает до пяти, чтобы успокоиться и не прибить Дениса этим же пакетом прямо сейчас.

— Так и будешь вести себя, как маленькая истеричная девочка?

Мотнув головой, Демьяненко продолжает запихивать свои небольшие пожитки в сумку, чтобы уйти как можно скорее. Он и сам не замечает, как сильно его трясет, не то от злости, не то от обиды. Только на кого — неизвестно. На врачей, сказавших ему еще три года назад, что о первенстве в плавании можно забыть, на Чертанова и его друзей, сделавших из чемпиона жалкое подобие еще там, в Ротонде на Гороховой, или на Глеба за то, что тот снова режет по живому. Напоминает о несбывшихся надеждах и о том, насколько бессмысленной стала жизнь Дениса за несколько мгновений.

Чёткие планы и мечты Демьяненко оказались на проверку такими же хрупкими, как и кости черепа, хрустнувшие при ударе о колонну. Только кости срослись, а последствия остались.

— Тебе нужно вернуться в бассейн. Слышишь? — Бесков привлекает внимание Дениса, но тот, словно вновь погрузившись в самые темные и горькие уголки своего сознания, отказывается даже слушать, что ему говорят. Бесков подходит ближе и силой отнимает у него сумку, чтобы тот перестал мельтешить. — Чемпионаты не обещаю, но в форму ты вернешься гораздо быстрее, чем если будешь дальше лежать и залипать в тик-ток.

— Ты меня еще на водную аэробику к беременным запиши. Мячик над головой поднимать и через обручи плавать. — Выпаливает Денис со смесью обиды и злости в голосе. — Мне сказали забыть об этом. Я забыл. Что тебе от меня надо? Чего ты вообще пристал ко мне?

— Они думали, что ты и ходить не будешь. А ты вон, бегаешь бодро, пакеты швыряешь, по стремянкам ползаешь. Даже про трость свою дебильную забыл, в комнате оставил. — Бесков кивает на металлическую конструкцию, приставленную к шкафу. — Жалеть себя перестанешь, станет гораздо проще.

— Да пошёл ты.

Присев на краешек матраса, Денис зачерпывает светлые волосы пятернёй. Пожалев, что не взял с собой Астафьева, Глеб присаживается рядом. Александр Сергеевич, может, и бесит Дениса сильнее, чем сам Бесков, но он бы точно нашел нужные слова и убедил Демьяненко хотя бы попробовать. Только Астафьев при всей своей любви к нестандартным методам лечения, от такой ответственности отказался.

— Я к тренеру ни за что не вернусь. — Гораздо тише и спокойнее заявляет Денис. — У него столько надежд было. В глаза ему смотреть тошно будет. Да и что я могу? Мне даже стометровку не доплыть.

Нащупав маленький, едва тлеющий уголёк надежды, Глеб старается сделать все, чтобы он вновь не потух:

— Я тебя сам буду тренировать.
— Ты? — Недоверчиво переспрашивает Денис. — У тебя нет квалификации.
— А у тебя другого выбора. Считай, что ты мой дипломный проект и к следующему лету, к моей защите, должен показать результат.
— Я тебе не кролик подопытный.
— Нет. Ты мой друг. И мы просто поможем друг другу.

Оторопев, Демьяненко переваривает смысл слов Глеба. Может, они и провели большую часть последних трех лет бок-о-бок, но никогда не говорили о том, что за это время стали друзьями. Немного нахмурившись, Денис отводит взгляд, не справляясь с нахлынувшим чувством вины. Ведь главное заключалось в том, что о причинах этого чувства он вряд ли когда-то Глебу сможет рассказать.

Бесков, делая вид, что ничего не замечает, продолжает:

— Начнём с небольшой нагрузки. Возможно, придется мячик над головой держать и даже через обручи плавать. Я так с молодняком на практике делал прошлым летом: для развития координации и укрепления мышц очень даже полезно.

— Только никаких курсов для беременных.

— Никаких. Обещаю.