Вспышка. Начало.

Глава 17.

Ник.

- Эй, Никита! – толкали меня в бок. - Приехали!

Я приоткрыл один глаз, посмотрел на дорогу, по сторонам. Мы ехали по камскому мосту. Уже Пермь! Не может быть, чтобы так быстро доехали! Кажется, только глаза сомкнул, а уже семьдесят километров проехали…

- Уже? – глупо спросил.

- Уже! – ответил улыбчивый Миша. – Дорога пустая, быстро долетели. Мне сейчас направо, прямо для грузовиков нельзя, вам куда?

- Э, - я огляделся по сторонам, - мы тут выйдем, нам в другую сторону.

Во рту, словно кошки нагадили. И жрать хотелось прямо сил нет.

- Миша, а чайку не осталось случаем?

- Осталось, почему нет? – и протянул термос.

Я аккуратно разбудил маму, прошептал ей в ухо.

- Мам, приехали. Просыпайся. Давай чайку.

- А? Что? Где мы? – покрасневшие глаза бегали из стороны в сторону, сознание медленно прояснялось. – Что, уже в Перми?

- Да, - протянул ей крышку с чаем. - На, держи.

Мише сказал, чтобы высадил на повороте, сразу за мостом.

- Лады! За мостом так за мостом! Почему нет!

Мы вышли, поблагодарили Мишу, попрощались. Он пожелал нам удачи. Дверь хлопнула, мотор зарычал, нас обдало едкими клубами сизого дыма. Протерли глаза, и я спросил маму.

- Ну и что, куда дальше?

- Сначала я хочу есть! – сказала она.

- Это правильное решение! – подхватил я. – Кажется вон там была когда-то пончиковая. Идем?

- Пончики? Отлично! Идем!

Прошли квартал, пончиковая была на месте, даже очереди остались все те же. Мы набрали полный пакет, сели в ближайшем скверике на лавочке. Утреннее солнышко светило уже тепло, приветливо, почки на деревьях распускались. Люди вокруг суетились по своим делам – все нормальные. Даже не верилось…

Когда последний пончик провалился в желудок, довольно потирая живот, я спросил.

- Ну, а теперь куда?

Мама подняла на меня сытый и удивленный взгляд.

- Как куда? К сватье, конечно. Ну, и к Ольге, само собой! – и ткнула меня дружески в бок. – Что, думаешь я ничего не понимаю?

Я удивился.

- Мам, мы вообще-то с ней разведены. Ну, не официально, но все равно… в общем…

- Хватит выделываться! Говори лучше, как к ним добраться. Они ведь где-то в центре живут?

- В центре, да тут не далеко. Пешком минут десять.

Мама хлопнула меня по плечу, улыбнулась.

- Ну, вот и пошли. Я устала, хочу помыться и отдохнуть. Можешь им позвонить?

Я достал телефон – батарея в ноль.

- Нет.

- Ну, ничего страшного! Будет сюрприз! Сватья меня вообще-то давно в гости звала.

- Как это?

- Вот так, - ответила мама, улыбаясь. – А ты думал, что? Мы продолжаем с ней общаться, перезваниваемся часто.

Я вздохнул. И чего я в самом деле «выделываюсь», как выразилась мама. Идти-то все равно больше некуда. За то короткое время, что я успел тут пожить – ни друзей, ни знакомых так и не нажил. Ольга и ее мама – единственные, кто мог бы принять к себе маму на какое-то время.

Я, конечно, подумал о полиции, даже армии, чтобы ввести их в Нытву и всех звероидов и зомби переловить и отправить на лечение.

Черт. Чушь, конечно.

И что потом? Под влиянием заражения окажется еще и рота вооруженных людей? Там и так придурков с оружием хватает. Нет. Решение этой проблемы должно быть другим. Я чувствовал, что играю в этом не последнюю роль, но что и как… голова гудела, ничего не соображал…

- Ну, идем? – спросила мама и протянула мне сумку.

Я закинул ее на плечо, показал рукой.

- Нам туда.

- Давно бы так! – улыбнулась мама.

Глаза ее были полны грусти и страха, даже несмотря на то, что здесь абсолютно ничто не напоминало о происходивших последние два дня ужасах. Вокруг были обычные люди – разные, нормальные. Словно мы только что проснулись, отряхнулись от кошмара и продолжаем дальше жить. Но это не так. Все это у нас внутри, в голове. Это наша память, которую не сотрешь, не выкинешь.

Ольга со своей мамой, Маргаритой Марковной, жили на Комсомольском проспекте. Это недалеко от моста, поэтому мы шли пешком, несмотря на то что страшно гудели ноги, а короткий сон в машине не дал желаемого облегчения.

Я давно уже не был в Перми, и все мне сейчас напоминало о нас с Ольгой. Мы часто с ней гуляли по этим улицам, в этих парках на скамейке целовались. Вот на этой площадке мы сидели на качелях, по той улице мы любили гулять весной, когда природа распускалась и благоухала, почти как сейчас, там было особенно красиво, цвели яблони и черемуха. А в этом парке особенно хорошо было летом, скрываясь в тени раскидистых деревьев у фонтана…