Встреча по правилам или без

2. Дамиан, я еду!

В свое время получив отказы в восьми магических учебных заведениях, я зареклась переступать порог хоть одного из них и не собиралась посещать академию Дамиана вплоть до его выпускного. Но одна бессонная ночь и тысяча терзаний, заставили меня пересмотреть данное себе обещание.

Я не стала дожидаться, когда племянника вытолкнут из академии взашей, предпочтя первой дать ему по этой самой шее. Дом покинула перед рассветом, задолго до того, как небо сменило морозную черноту, на не менее морозную серость. Сизые краски еще только-только наливались в вышине, а я уже села на первый идущий к священному озеру Рави фуникулер. Комфортная кабина с мягкими сиденьями и деревянной отделкой стен встретила меня теплом, немногочисленные попутчики - расфокусированными взглядами. Их куда больше занимала статья «Старого сплетника» транслируемая маго-слайдером на одну из стен кабины.

Заголовок был примечательным «Неизвестная аномалия врезалась в королевский кортеж! Виновник не найден!» Фото-слайд под ним изображал ранний вечер перевернутую карету его величества, сломанную переднюю ось транспортного средства и напряженные спины магов охраны, раскинувших поисковую сеть. Следующее фото являло их обескураженные лица, сеть выхватила из пространства дорогой плащ с красной подкладкой, двойными лацканами и вшитыми вместо пуговиц маго-отражателями, но никак не его носителя.

«А был ли носитель?» вопрошал заголовок следующей статьи. В ней пространно предположили, что это очередной рекламный ход производителя плаща Мерз-2, именуемый в народе Мерзавцем. Как никак последний писк столичной моды, слайдо-граммы которого на каждом углу сообщали мельчайшие детали о крое, фактуре, составе ткани и стойкости анти-морозной подкладки. Так как рекламная акция, призванная привлечь покупателей была крайне агрессивна, газетчик предположил, что находка является еще одной беспрецедентной постановкой по захвату внимания общественности.

И я бы с ним согласилась, но уже в третьей статье сравнительно крошечной и незаметной имелся абзац начинающийся со слов: «На снегу остался заледеневший отпечаток голых стоп сорок третьего размера. Следствие в недоумении».

Не будь у меня ночного гостя я бы тоже недоумевала, но здесь и сейчас сложила дважды два. Сагерд Юри барон Декрад новый декан факультетов Проклятий и Предсказаний праздновал свое повышение не в академии, а в столице - в восьмидесяти километрах от моего родного городка.

- И все это пробежал? – выдохнула пораженная я, чем привлекла к себе несколько взглядов. Смущенно кашлянула. – Извините, не пора ли перебежать на следующий разворот, с этим все ясно.

Со мной согласились и щелчком кнопки вызвали второй слайд. Лучше бы я его не видела и продолжала оставаться в неведении о том, что всю страницу газеты занимает сенсация – новая игра инкубов, которую они разработали для всех влюбленных буквально за ночь и уже готовы предоставить за немыслимые по нашим временам деньги. Вся статья изобиловала тайными намеками на невероятно острые ощущения, а внизу шла приписка: «Авторские права принадлежат нашим вдохновителям: госпоже Огги и ее близкому другу с академической квадраткой цвета ночного неба».

Цветами ночного неба называли черный, глубокий синий и серебристый, намекающий на сияние звезд. Именно эти цвета использовались в форме студов, а также преподавателей Первой академии магии, и таким образом прямо намекали на…

- Не интересно! – буркнул сидящий впереди меня пассажир и переключил слайд дальше, на скандал разразившийся в полночь.

«Свадьба года откладывается на неопределенный срок! Наследник рода Декрад не появился на обряде единения с наследницей рода Саввир!» гласил заголовок, а фото-слайд являл миру алтарь в старинном храме и одиноко стоящую фигуру в белом платье. «Семья невесты требует возмещения морального ущерба, семья жениха сохраняет молчание» сообщалось ниже, пугая меня до нервной икоты.

Дочь министра! Он оставил у алтаря дочь министра внешней разведки. Бессменно действующего министра, с которым связываться опасно.

- Водички? – предложила сердобольная женщина, сидящая напротив меня.

- Нет, благодарю вас. Сейчас пройдет.

Икота действительно прошла, а вот ощущение тревоги осталось. И чем выше поднималась кабинка по горному склону, тем явственнее меня потряхивало. Я отчетливо помнила, что Сагерд Юри барон Декрад был свободен. Ни одно украшение ни на вид, ни на ощупь не охватывало его правой руки. Иных признаков супружеской верности я не знала, и почти успокоила себя, что это был какой-то другой Сагерд. Может брат или кузен получивший схожий титул за особые заслуги. Словом, я почти беспечно выдохнула и расслабилась, как вдруг перед глазами всплыло видение нескольких шрамов на груди мага. Старых отметин весьма похожих на знаки данной кому-то клятвы.

- Неужели это были знаки помолвки? – придушенно воскликнула я, всей душой сожалея, что проснулась сегодня. А может даже о том, что родилась.

Честное слово, не будь меня, все бы решилось легко и просто. Так сказать, загодя. Получив развод ценой немыслимых затрат, мой дорогой брат оставил бы своего малолетнего отпрыска тетушке, та бы недоглядела за чадом, чадо получило бы десяток шрамов от жизни и начало ценить эту самую жизнь. Вполне возможно к своим двадцати годам Дамиан Огги был бы уже одноруким и одноглазым бедняком-скитальцем, но определенно, куда более осторожным. И в то же время, с учетом всех его проказ, до этих светлых дней он мог и не дожить. Впрочем, это бы меня не касалось и не тревожило…

Словно в ответ на мои сожаления кабинку вначале мягко, а затем и куда более резко качнуло вправо и вперед, следом столь же резко назад. Шарниры крепежей над нашими головами пронзительно взвизгнули, раздались громкие вскрики и отборный мат. Материлась, как ни странно, та самая сердобольная дама и была она в этом деле столь виртуозна, что прочие пассажиры решили не перебивать ее простодушный речитатив.

- Непредвиденная ситуация. На зеленой струне обвал! Повреждены три опоры. Дамы и господа мы вынужденно меняем направление на сиреневую струну, - громко сообщили нам по гомофону внутри салона и предложили активировать спасательные пояса, на случай падения.