Встреча по правилам или без

7 Он не против!

7.

Я была права, в нашу прошлую встречу с заместителем ректора по правам и правонарушениям студов меня запомнили. Однако господин Деррибиас ожидал, что я потребую смягчения программы обучения, а никак не усложнения ее. Все же Кущи по его словам - чрезмерно опасны для третьекурсника, пусть даже и талантливого. В ответ я сообщила, что племянник легко справляется с проклятьями четвертого, даже третьего уровня. Судя по тому, как вытянулось лицо мага, мне не поверили.

- Это может подтвердить декан факультетов Проклятий и Предсказаний, - продолжила я, на удачу скрестив пальцы под столом. - Именно он на днях прогнал Дамиана по пройденной программе.

- Неужели? - Деррибиас откинулся в своем кресле и куда внимательнее присмотрелся ко мне. Его кустистые седые брови в раздумье сошлись на переносице. Я даже испугалась, что подобная проверка противозаконна, но подумав немного сама свою панику оборвала. Как опекун я имею некоторые права.

- Сагерд Юри это сделал по моей просьбе.

- Хорошо.

- В свободное от занятий время, - добавила я на тот случай, если это было сверх нормы для нашего малыша или сверх нормы для проклятийника. И невольно при мысли о нем, потерла правое запястье.

- Ясно, - глянув на мою руку с непонятной интонацией ответил маг.

Хорошо, что ему было все ясно, потому что сама я терялась в догадках, усложнят они практику Дамиана или нет.

– Тут стоит сказать, мы допускаем изменения в программе, однако столь сложный участок требует личного согласия студа.

- Мой племянник не будет против, - вырвалось у меня, хотя в интонации слышалось: «Пусть только попробует отказаться».

Заместитель ректора по правам и правонарушениям студов усмехнулся, но кивнул принимая мои слова и оставил магический росчерк в одной из лежащих перед ним бумаг.

Все же пока Дамиан учится в академии, ответственность за его прилежность лежит на моих плечах, впрочем, как и ответственность за его непослушание. Опекунство над молодым магом несло в себе колоссальные эмоциональные и материальные издержки, которые могли дать положительный результат в будущем. Конечно, если до этого будущего доберемся мы оба, а кое-кто получит диплом. Нельзя сказать, что своеволие племянника было неожиданностью, договариваться с нашим оболтусом с каждым годом получалось все труднее, и я морально готовилась к худшему. Но не к катастрофе.

Мало ему было Петли на шее декана и тайного дневника в руках недобросовестной манипуляторши и стерви, так он еще устроился на подработку более всего похожую на криминал! А ведь был такой хороший мальчик, ну почти…

Тихое покашливание вернуло меня в кабинет мага, который получил короткую записку через почтовый шар и прочитав ее, смял в руке.

- Итак, если возражений не поступит, я согласен содействовать вашей просьбе.

- Благодарю вас, - ответила я старательно давя широкую улыбку. Опустила глаза, чтобы не выдать их торжествующего сияния, а когда подняла, встретила такую же подавляемую улыбку на лице мага.

- Всегда рады помочь.

Странный он.

Вообще-то странным был не только этот маг, но и с десяток других встреченных мной в ПМА, а также за его пределами. Мне так часто и задорно никогда ранее не улыбались, словно бы они знали что-то такое чего не знала я. В то же время это могла быть исключительно моя паранойя, обострившаяся после первого провального акта мести. И это я излишне присматриваюсь к магам, которые отвечали мне улыбками.

В то же время благодаря племяннику я засветилась в нескольких скандалах за эту пару недель. Приобрела морозостойкого любовника, стала вдохновителем инкубов, лишила племянника каба и апартаментов, ночевала у мага под гнетом взрывов, увела жениха у дочери министра, а в последние два вечера сопровождала проклятийника в ходе его проекта недо-мщения. Хотя последнее я совершала инкогнито, если помнить о странном свойстве пра-пра-прадедушкиных очков. Поразительно, но даже задвинутые на лоб, они создавали искажения как для магов, так и для простых людей. Да что там, я сама себя не признавала и пару раз испуганно шарахнулась от зеркал и витрин, чем весьма повеселила Сагерда Юри.

Правда, пока маги только улыбаются я могу не ждать проблем. Хуже будет, если они начнут останавливаться и звать меня по имени, как вон тот идущий мне навстречу индивид.

- Маргарет?!

Узнав предателя-зельевара я притворилась оглохшей на оба уха и сбежала в первую открытую дверь. Из нее в другую, затем и в третью, проскочив таким образом пустующую аудиторию, лабораторию, а после и кладовую, из которой имелся выход в коридор другого корпуса. Возможно, мне следовало остановиться и встретиться лицом к лицу с разочарованием всей моей жизни, а не шагать в неизвестность, но ноги уже понесли. Поэтому слова: «Хочу тебя поздравить…» остались мною не услышанными. Не мои проблемы что он там хотел.

Домой в этот день я добралась в кратчайшие сроки, написала проклятийнику о результате моей встречи с представителем высшего руководства академии и быстро перекусив, отправилась к тетушке с ревизией.

Наш городок вяло шумел отходя от праздничной суматохи. Словно сонный ребенок, не желающий просыпаться с утра, он вновь старательно закутывался в пушистый снег, глушил огоньки на домах и ветках деревьев мягкой белой пеленой и вздыхал печными трубами. Их сизые дымки степенно тянулись в высоту белого неба, до весны не желавшего обернуться синевой. И только птичьи голоса тут и там звенящие из кустов, сообщали о том, что день в самом разгаре и было бы не плохо поделиться хлебными крошками, горстью семечек и отогнать подальше вон того наглого рыжего кота.

Подойдя ближе я сбилась с шага, глядя на затаившегося в снегу рыжего тритона Орби. Участник ежегодных писательских сборов Ревика, любимый питомец и главный герой всех книг господина Мински, впервые на моей памяти выглядел живым, счастливым и не согласным вернуться под заботливый гнет пожилого хранителя. Он уже сорвал с себя чепчик, слюнявчик и колокольчик, валявшиеся здесь же в снегу, и боролся с бархатным ошейником, на котором висел серебряный жетон с его именем и адресом проживания.