Встретимся после войны

Глава 1

Доводилось ли вам когда-нибудь наблюдать за красным закатом в двенадцать часов дня? В это время все небо было усыпано звездами, а Венера близка к Земле, как никогда. Казалось, до нее можно дотянуться рукой. Я хорошо запомнил этот день… Последний день ядерной войны, когда была запущена самая мощная ракета – МОР I, положившая конец нормальной жизни человечества. Всего через неделю после её запуска растительность на Земле приобрела бледно-алый окрас и, самое главное, перестала выделять кислород. А уже через месяц жизнь на планете стала невозможна ни для людей, ни для животных. 

12 августа 2023 года – этот день считается началом отсчета новой эры. В результате ужасающей войны погибло более половины населения планеты. Но ещё в её начале создатели ракеты возвели над несколькими большими городами купола высотой около километра. Затем за некоторую сумму денег еще две столицы расположенных по соседству стран выкупили эту технологию. Нет, изначально купола возводились с расчетом не на ракету. В ходе этой войны постепенно разрушался озоновый слой. Погубил свой дом сам человек. 

Из рассказа Миши Слота  

Эрику и Анне. 

Глава 1 

14.05.2036 

Матрас в полупустой комнате осветили лучи солнца. В попытках укрыться от них парень прикрыл глаза свободной рукой и перевернулся на спину. Восемь утра.  

– Пора вставать, – тихим хриплым голосом произнёс он, переводя взгляд на светловолосую девушку, лежащую у него на руке. 

Аня открыла глаза и, широко зевая, послушно села на край матраса. Неохотно она потянулась к небесам, нарисованным на потолке, тем самым поправив лямку майки, сползшую с плеча. 

– Доброе утро, Эрик, – девушка глянула на часы, и, после небольшой паузы, со смиренным вздохом произнесла:  

– Ты на работу опоздал. 

– У тебя день рождения, я попросил выходной еще в начале месяца. Поэтому собирайся в школу, получай хорошие оценки… А после мы поедем в третий сектор, праздновать. Помнишь музей, в который ты так хотела сходить? – сонным голосом спросил парень, поворачиваясь лицом к стене с таким усилием, словно мягкий матрас был тягучей лужей. 

Широко открыв голубые глаза, девушка обернулась к Эрику. Словно забыв, как дышать, грудная клетка её замерла и в движение пришла лишь с вопросом: 

– Правда? Но... Но я не хочу в школу. 

Настроение её быстро поменялось, и она опустила голову. 

– Ты ведь знаешь, что я не одобряю твои прогулы. 

Эрик закрыл глаза в надежде поспать еще немного, но тут с шумом открылась дверь, и в комнату вошёл высокий и широкоплечий мужчина средних лет. Это был отец Эрика – Миша Слот. 

Парень нехотя оторвал голову, недовольно посмотрел на отца и резко уткнулся носом в особенно мягкую по утрам подушку. 

– Доброе утро! Вставай и пой! –  Голос у отца был громкий и грубый, как и полагается людям, посвятившим всю жизнь военной службе, а манера речи несколько старомодна.  

– Я уже встала, – заулыбалась Аня. В сравнении с генералом она говорила едва ли не шёпотом. 

–  Молодец! Хвалю! – улыбнулся мужчина сквозь густые черные усы. – Эрик, лодырь! Работу проспал! Не по-солдатски, – сердито и разочарованно произнёс он. 

– У него выходной, – тяжело вздохнув, девушка нехотя встала с матраса, чтобы начать утомительные сборы в школу, казавшиеся ей пыткой. 

– Ну, ладно, отбой! А вас, рядовой Анна, жду на завтрак!  

– Есть, сэр! – взбодрившись, она одной рукой отдала честь, а другой прижала к себе серую кофту, уже приготовившись нырнуть в неё. 

Генерал, удовлетворенно кивнув, еще раз окинул взглядом комнату и вышел, достаточно громко прикрыв за собой дверь, что заставило его сына вздрогнуть. Молодой человек ещё долго слышал, как отец привычно чеканил шаг в сторону кухни. 

Глядя на Аню – худую, с бледной кожей и пастельно-светлым цветом волос, нельзя было сказать, что она – сестра Эрика. Он смуглый, волосы цвета смолы и темно-карие глаза. Аня действительно была не из этой семьи. Отец её был военным врачом и лучшим другом Миши Слота. Мать Ани была беременна во время войны, но потеряла ребенка, а через пару дней и мужа. Не пережив этого, она покончила жизнь самоубийством, а трехгодовалая Аня осталась одна.  

Сама Аня ничего из этого не помнила. Просто помнила, как проснулась в холодной квартире, на кровати родителей, совсем одна. Окно было распахнуто, и морозный ветер, залетающий в комнату, заставлял вздрагивать занавески и развороты старых газет на журнальном столике. Но проснулась она не от холода, нет, а от стука в дверь. Вскочив и открыв её, девочка с непониманием смотрела на отца Эрика и двух полицейских, стоявших за ним. Гости спросили лишь, дома ли мама, на что Аня сонно пожала плечами. Больше разговоров не было, Миша лишь присел и протянул к ней руки, старательно сдерживая слезы, а молчаливые полицейские отвернулись, делая вид, что разглядывают стены. Никто не хотел и не знал, как сказать трехлетней девочке о том, что её мать, Мариса, лежит на холодном бетоне по ту сторону окна... 

После этого отец Эрика привез Аню к себе и сказал, что теперь она будет жить с ними. Война длилась уже больше трех лет, но Эрик и Аня ни разу не встречались до этого момента, хоть их отцы и были друзьями. Тихой скромной девочке было не до новых знакомств, но она сразу же ощутила, что Эрик никогда не даст её в обиду, и с первого же дня просто поселилась в его комнате. Спала она на детской кроватке парня в виде машинки «Формула-1», а Эрик, не закатывая сцен, мирно переселился на пол… На обычный матрас от старой кровати. 

Сегодня Ане исполнялось шестнадцать лет, по всем законам теперь этот возраст считался совершеннолетием. 

*** 

– Еще две минуты... – бормотала Аня, глядя на часы. 

– И два урока, – перебил её Макс, сосед по парте. 

– К чёрту уроки, хочу домой! – Аня расстроенно опустила глаза, всматриваясь в такие привычные, заученные наизусть надписи на парте. 



Кристина Той

Отредактировано: 30.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться