Вступить в игру с судьбой для обретения покоя

Глава 10

Люмина (внутренне напряжена, но внешне сохраняет спокойствие, мысленно): - В этой сцене высший должен официально признать Амелию. После того как все увидели на ней „Океан Жемчужин“, а затем узнали о её близости с принцессой…

(нервно опускает взгляд в пол, мысли мечутся): - Но почему принцесса смотрит прямо на меня?… Другого выхода нет. Я искренне верила, что между нами возникло взаимопонимание…

Эрика Фриш (громко, уверенно, прерывая вихрь мыслей Люмины): - Всё, что дарит мне радость на этом пышном торжестве, - возможность увидеть дорогих моему сердцу людей. Герцог и герцогиня Эклипс, ваши дети… Моя подруга Амелия сегодня просто ослепительна. И… Люмина Эклипс.

Люмина (охвачена изумлением, мысленно): - Что?!

Эрика Фриш (продолжает, обращаясь к Люмине и Кристиану): - Вы с Кристианом выбрали парные наряды? В высшем свете не устают плести интриги и распускать слухи, но в семье Эклипс всегда царит искренняя гармония.

(переводит взгляд на собравшихся, чей шёпот мгновенно стихает): - Теперь, когда все увидели вас вместе, вряд ли кто‑то осмелится поддерживать эти нелепые домыслы.

(снова фокусируется на Амелии и Люмине, голос звучит тепло): - Кстати, я всегда приглашала Амелию и Люмину поочерёдно. В следующий раз непременно позову вас обеих - вместе.

Селеста Эклипс (с изысканной улыбкой, сдержанно и учтиво): - Для меня большая честь слышать, что вы так высоко цените моих детей, ваше высочество.

Пока Люмина пребывала в состоянии глубокого потрясения, мысленно пытаясь осмыслить случившееся, Кристиан краем глаза заметил Амелию. Её взгляд - потухший, полный горького разочарования - говорил о том, что события развернулись совсем не так, как она рассчитывала. Девушка стояла, не поднимая глаз, её взгляд был упорно устремлён в пол, словно она пыталась найти там ответы на свои невысказанные вопросы или спрятаться от реальности, которая вдруг оказалась столь непохожей на её ожидания.

Каспар (заметив её подавленное состояние, с искренней заботой в голосе): - Амелия, с тобой всё в порядке? Ты выглядишь… не такой, как обычно.

Амелия (быстро собравшись, натянуто улыбается, стараясь казаться беспечной): - Ах, Каспар, всё хорошо. Просто… немного разволновалась из‑за церемонии приветствия императора. Бывает, знаешь ли.

После напряжённого момента с приветствием императорской четы гости продолжили вечер: обменивались любезностями, участвовали в беседах и танцевали. Когда волна активности слегка схлынула, настало время передохнуть. Люмина устроилась в укромном уголке - на роскошной скамье глубокого синего цвета, украшенной изящными золотыми элементами. Она расслабленно откинулась на спинку, наслаждаясь короткой передышкой. Кристиан ненадолго отошёл и вскоре вернулся с двумя бокалами вина - для себя и для Люмины. Он подошёл к скамье с спокойной уверенностью, держа напитки аккуратно, чтобы не пролить ни капли.

Кристиан (протягивая ей бокал с лёгким беспокойством в голосе): - Всё в порядке?

Люмина (принимая напиток с мягкой улыбкой): - О, да… Просто ноги немного устали. Ничего серьёзного.

(мысленно, внимательно наблюдая за происходящим в зале): - Чем глубже я погружаюсь в раздумья, тем меньше смыкаю картину целиком. Неужели сценарий „Дня основания империи“ так кардинально изменился? По изначальному замыслу Амелия должна была безраздельно царить в центре внимания. Но теперь ей приходится делить этот свет со „Злодейкой Люминой… А что насчёт третьей стадии? Условия её до сих пор скрыты от меня. Может ли это быть частью нового расклада?..

Спокойная, почти созерцательная атмосфера, окутавшая Кристиана и Люмину, устроившихся рядом на скамье‑диванчике, нарушалась лишь негромким, размеренным разговором - не навязчивым, но и не затихающим до шёпота, словно специально выверенным для этого укромного уголка.

Граф Крон (с нарочитой учтивостью, растягивая слова): - Доверять, согласитесь, можно лишь тем, чья родословная не вызывает сомнений.

Люмина (вздрогнув, мысленно): - Этот голос… Не может быть!

Граф Крон (не замедляя слащавого тона): - Эрцгерцог Райхбоф, вы - истинный столп королевской семьи и самый преданный слуга престола!

(с откровенной угодливостью): - Вы ведь были близки с покойным императором? В императорском доме так непросто сохранить тёплые отношения…

Люмина (наблюдая с горькой усмешкой, мысленно): - Он без стеснения льнёт к эрцгерцогу… Неужели решил искать его покровительства, раз собственные планы пошли прахом?

Аристократ (подхватывая разговор с тонкой иронией): - Ах, как безмятежно жилось в прежние времена, при покойном императоре!

Аристократка (прикрывая рот веером, с едкой ноткой в голосе): - Тогда царили мир и порядок… Как же я тоскую по тем дням!

Люмина (спокойно прислушиваясь, размышляет про себя): - “Раньше было лучше” - излюбленная песня недовольных. Они намекают, что правление нынешнего императора уступает прошлому. Но лишь немногие решаются высказывать это вслух - особенно в присутствии самого монарха.

Эрцгерцог Райхбоф (с невозмутимой улыбкой, мягко прерывая): - Давайте не будем омрачать столь радостный день воспоминаниями. Разве наш император не прилагает все усилия для благоденствия двора, несмотря на свою молодость?

(чуть повышая голос, давая понять, кто здесь хозяин положения): - Мне искренне жаль императора и принцессу - я помню их ещё детьми. В моём сердце для них всегда найдётся место.

В то время как император и принцесса обходились с гостями — вежливо приветствовали, обменивались репликами, поддерживали светский ритуал, — атмосфера в зале сгущалась, словно перед грозой.