Вторая невеста Наследного принца

Глава 6

Как и обещал генерал, в какой-то момент весь отряд останавливается на привал. По этому моменту я и понимаю, что мы таки пересекли границу и теперь находимся на территории Небесного Королевства.
Солдаты разбивают лагерь, и вскоре Зэйн предлагает мне подсесть поближе к разгоревшемуся костру. Принца поблизости даже не видно, что безумно расстраивает. Но спросить, где он, не решаюсь, боясь показаться чересчур любопытной.
Меня угощают вполне съедобным ужином.
Да-да, мы добирались до границы весь день. Я просто невероятно устала от этой скачки. Мне очень хочется вытянуть ноги или даже завалиться на землю, давая отдохнуть затекшей спине. Но вообще, надо сказать спасибо моему новому телу — похоже, для него привычны подобные нагрузки. Даже не представляю, что было бы со мной настоящей, окажись я здесь в своей расплывшейся с годами форме. Стала бы посмешищем для всего отряда.
Ивлании, видимо, как коменданту крепости нужно было быть всегда натренированной и выносливой.
Наконец, когда я уже наелась, появляется Рэм. Усаживается напротив и получает от молодого воина, который занимался приготовлением еды, свою порцию.
На меня старается не смотреть, да и вообще выглядит задумчивым. А вот я не могу не смотреть на него, хоть и стараюсь делать это как можно незаметнее. Удивительно, но у него именно тот тип лица, от которого сложно оторваться. Хочется смотреть и смотреть, разглядывая и восхищаясь каждым незначительным нюансом.

Вот и сейчас тень от костра так играет, что меня буквально завораживает. И именно в этот момент он бросает на меня свой взор. Как будто случайно, но наши глаза встречаются, заставляя сердце забиться быстрее. Я хочу отвернуться, сделать вид, что это просто случайность, но он удерживает меня, не давая спрятаться. Длится наш контакт всего пару секунд, принц первый отворачивается к генералу, но я уже не могу образумить свое странное сердце.
Что это? Почему так быстро? Почему мне сложно дышать? Было ли со мной когда-нибудь что-то подобное?
В первый день знакомства? Точно нет. Даже в Дмитрия я влюбилась гораздо позднее. Сначала просто восхищалась им, как гениальным инженером и преподавателем. Только потом увидела в нем красивого мужчину. Но и тогда не было подобных ощущений.

Он был весьма привлекательным мужчиной, но у меня никогда не возникало столь непреодолимого желания поразглядывать его лицо или, скажем, прикоснуться к нему кончиками пальцев, удостоверяясь в его реальности. А сейчас... Тьфу ты, Ева! А ну уймись! Что за бредовые хотелки?
Но и это еще не самое странное, что со мной происходит. Я вдруг понимаю, что голос принца меня тоже будоражит. Они с генералом говорят о чем-то своем, я даже не вникаю в смысл их разговора, но слегка дрожу от его вибрирующих ноток. Странно, что низкий красивый голос генерала действует совсем не так.
Нужно немедленно прекращать сходить с ума. В конце концов, у Рэма есть невеста. Даже если я втрескаюсь в него по уши, никакого счастья мне данное обстоятельство не принесет. Так зачем искать себе еще одну проблему к тем, которых у меня и так бесчисленное множество?
Лучше всего лечь спать.
Но я не представляю, как это сделать в кругу мужчин. Оглядываюсь по сторонам в поисках подходящего местечка, где прикорнуть. Но я мало понимаю в походной жизни. Ни на Земле не увлекалась, ни тут не планировала.
Вздыхаю и подтягиваю колени к груди, обнимая. Придется у костра остаться. Во-первых, на улице немного похолодало, а меня похитили в той одежде, в которую я успела переодеться незадолго до появления принца, не дав возможности надеть хоть что-то поверх белой рубашки. Во-вторых, кто знает, что там за звери водятся в их лесу. Отходить от мужчин страшно. Впрочем, мне и не дадут.
Принц меж тем быстро дожевывает свою еду и ловким движем легко поднимается на ноги. Отходит куда-то, но через минуту возвращается с каким-то кафтаном в руках. Протягивает мне.
— Наденьте. Ночью в лесу прохладно.
Удивлённо принимаю подарок. И тут же восхищенно вздыхаю, понимая, что это вещь достойная короля. Удлиненный камзол из мягкой кожи, на спине украшенный серебряной вышивкой в виде дракона. Засмотревшись, не замечаю, что принц ждет, когда же натяну на себя.
Благодарю его и примеряю. Большой, но очень уютный. Как будто вместо объятий генерала, в которых провела практически весь день, оказываюсь в тепле рук принца. И пахнет так вкусно. Не привычным земным парфюмом, а чем-то натуральным и очень мужским. Впервые встречаю подобное сочетание и сразу же влюбляюсь в этот запах.
Со спины подходит генерал и присаживается на корточки.
— Вы можете лечь прямо здесь. Вот возьмите, — протягивает свою кожаную жилетку, свернутую в несколько раз. — Подложите под голову.
Рэм откашливается и откланивается, заявив напоследок:
— Хорошо отдохните, завтра нам еще как минимум до обеда ехать. Привалы я не планирую. Хочу поскорее добраться до дома.
И опять он отходит, оставляя меня с Зэйном почти что наедине. Как будто задумав нас с ним сосватать таким образом.
Хм... А может ли оно быть правдой? Присматриваюсь к большому мужчине, помогающему мне поудобнее устроиться на жесткой земле, покрытой лишь легкой тканью, которую солдаты раздобыли специально для меня.
Интересно, насколько Ивлания выгодная партия? Что случится, если она вдруг захочет связать свою судьбу с кем-то из Королевства? Это сильно повлияет на политическую обстановку?
Снова смотрю на мужчину рядом. Выглядит очень даже искренним. Не похоже, что его кто-то заставляет ухаживать за мной. И глаза такие теплые. Или в них просто огонь отражается?
Ложусь на его импровизированную подушку и кутаюсь в камзол принца. Но на меня вдруг накидывают сверху неизвестно откуда взявшийся плащ.
— Спасибо, — не могу не отблагодарить за заботу. Приятно, как ни крути. Какие хлопотливые, однако, похитители пошли.
Прикрываю глаза и даже ненадолго засыпаю сном без сновидений, что несказанно радует. Не хотелось бы каждый раз видеть, как меня убивают то мужик без лица, то злобный племянничек.
Однако просыпаюсь среди ночи от того, что хочется «в кустики».
Вокруг похрапывают солдаты. Костер пока еще не погас, но уже так не жарит, как во время ужина.
Несколько секунд прислушиваюсь к звукам леса. Немного боязно одной идти в сторонку. До того за мной всегда приглядывали. Ну то есть не в прямом смысле, конечно, но обязательно кто-то был поблизости. А сейчас мне совсем не хочется никого будить ради такого дела.
В нашем с Дмитрием доме я никогда не боялась находиться одна, и даже спокойно могла выйти за ворота, в том числе ночью, или вон до озера прогуляться. Но там я всегда точно была убеждена, что никакие дикие животные на меня не нападут. Здесь подробной уверенности нет. Я не имею никакого представления о местной фауне. Не хотелось бы по неосторожности пасть жертвой какого-нибудь хищника.
Но писать очень хочется. Приходится встать и на цыпочках отправиться в сторону ближайших зарослей, стараясь никого не разбудить. Навык двигаться бесшумно мое тело сохранило от предыдущей хозяйки.
То и дело оглядываясь по сторонам, наконец, расстегиваю ремень и стягиваю штаны присаживаясь в укромном местечке.
— Я бы на вашем месте этого не делал, — раздается из темноты бархатистый голос. Подпрыгиваю как ужаленная и судорожно пытаюсь прикрыть зад. — По крайней мере тут. Иначе ваша милая белоснежная попка моментально превратится в красную и будет невозможно чесаться.
От неожиданности хочется накричать на мальчишку, который умудрился так напугать, но до меня доходит смысл его слов, и ругательства застревают в горле.
— В-вы... почему не спите, Ваше Высочество? — могу только выдавить. Приглядываюсь к тому месту, откуда идет звук. Наконец, различаю смутные очертания его фигуры. А потом в темноте сверкают его ровные белые зубы. Хм. Какое-то неоновое освещение включили? Не потому ли он сумел различить мою «белоснежную попку»? Рассверкалась тут, понимаешь.
Смотрю вверх и вижу луну. Сквозь ветви деревьев плохо могу ее разглядеть, но свет действительно идет от нее. Прикольно. Лунное освещение с неоновым эффектом.
— Не спится.
— Может тогда будете так добры и покажете мне подходящее место, чтобы не попасть в неудобное положение? — морщусь, чувствуя, что сейчас наплюю на его предостережение и прямо при нем сделаю дело, которое меня, собственно, и разбудило, требуя выхода.
Едва слышно усмехается и советует отступить несколько шагов правее и назад. Но сам не уходит.
— Вы не оставите меня в одиночестве, сударь? — стараюсь быть вежливой, хотя хочется чисто по-русски отправить его подальше.
— А вдруг вы опять куда-нибудь не туда решите присесть?
Издевается? И явно смеётся!
— Может быть у вас на такой случай есть фо... свечка! — едва успеваю прикусить язык и не сказать фонарик.
— Свечки нет, увы. Но есть кое-что другое.
В темноте, прямо под его блестящими зубами вдруг образуется голубое свечение. Несколько электрических разрядов превращаются в сверкающий небольшой шар, напоминающий шаровую молнию.
Она срывается с ладоней Рэма и подлетает ко мне, заставляя ненадолго забыть о физиологической потребности, из-за которой весь сыр-бор.
— Что это?
— Моя магия. Не бойтесь. Можете делать свои дела.
Оставив свой... все-таки фонарик, принц отходит довольно далеко, и я больше не могу терпеть.
Сделав же все необходимое, выползаю из кустов к месту, где он меня ждет.
— У вас случайно нет водной магии? Руки помыть, — пытаюсь пошутить.
Рэм по привычке вздергивает бровь.
Потом протягивает ладонь и словно впитывает свой шарик обратно. Теперь мы опять оказываемся почти в полной темноте.
— Забыл, что вы потеряли память. Дело в том, что в мире не существует водной магии.
— Серьезно?
— Очень даже. Я думал, такие вещи невозможно забыть, как и собственное имя, например.
— Имя мне приснилось. На самом деле я его тоже не помнила. — Принц подает мне руку и ведет обратно к лагерю, но меня совсем не тянет спать, я бы с удовольствием сейчас взглянула на необычную луну. — Подождите. Мы можем выйти на какую-нибудь поляну? Так хочется посмотреть на звездное небо!
Сейчас его лица не видно, но мне представляется, как он опять удивляется.
Без вопросов меняет направление, и через минуту мы и правда оказываемся в центре большой полянки, где практически нет деревьев, а луна освещает ее очень хорошо.
Рэм сдергивает жилетку и стелет на землю, предлагая мне сесть.
Такие они заботливые в этом их Королевстве. И ведь не скажешь по варварскому виду.
Сажусь и обхватываю коленки. Как будто эта поза была любимой у прежней владелицы тела, уж больно часто оно ее принимает непроизвольно.
Поднимаю вверх голову. Луна сегодня не полная. Явно обрезан правый бок. Такая же яркая, как наша, но рисунок абсолютно другой. Да и созвездия на небосводе совершенно незнакомые.
Я точно в другом мире! Как будто последние сомнения исчезают. Одновременно наваливается тоска. Как там моя Маришка? Если Ивлания выживет, сможет ли она заменить ей меня? Догадается ли племянница, что она не ее любимая тетя? Или ее банально упекут в психбольницу?..
Вопросы без ответов...
— Вам настолько нравится любоваться звездным небом? — спрашивает принц.
— Раньше нравилось, — признаюсь откровенно. — Но сейчас все кажется таким незнакомым. Вы знаете, как называются звезды?
В нашем мире люди давным-давно уже дали имена космическим объектам. А как у них?
— Конечно. Я же не какой-то крестьянин, которому незнакомы созвездия и другие подобные вещи, — он как будто даже немного обижается.
— Тогда как называется вон та? — указываю на самую яркую.
— Нуара.
— Нуара? Но это же имя! Я где-то слышала его!
— Это имя моей матери, — сообщает он тихо и печально. — Всегда, когда смотрю на небо после полуночи вспоминаю ее.
Где же я слышала это имя? Кто недавно поизносил его?
Вспомнила! Генерал! Он говорил, что она погибла. Мне даже показалось, что он любил ее... Так значит, она мать Рэма?
— Что с ней случилось?
Трясет головой.
— Я не хочу сейчас об этом говорить, давайте в другой раз. Эта ночь не располагает к грустным темам.
Принц вдруг откидывается назад, падая на землю, и сам смотрит ввысь.
Недолго думая, ложусь с ним. Представляю, как в очередной раз выгибается его бровь, и улыбаюсь.
— Тогда расскажите мне о...
— О ком?
— Обо мне. Что вам известно? Вы же наверняка многое знаете об Ивлании Веоланж. Расскажите, что я за человек в вашем представлении. Только честно.
Молчит, и я уже начинаю думать, что так ничего и не услышу. Мол, ночь не располагает к подобным откровениям.
Ан нет, не сразу, но начинает говорить:
— Честно говоря, все мои знания сегодня разбились вдребезги после нашего знакомства.
Его тихий голос заставляет затаить дыхание. О чем он? Неужели так быстро определил, что я не похожа на настоящую госпожу Веоланж.
— В каком смысле?
— Я представлял вас совсем другой.
Поворачиваю голову и вижу его завораживающий профиль со странной улыбкой на красивых губах. Но он на меня не смотрит. Его сверкающие глаза устремлены вверх.
— Какой?
Усмехается и качает головой.
— Просто другой. Разве комендант Ланжели могла оказаться такой милой и беззащитной? А любовница Владыки Бессмертного такой наивной и доверчивой?
Заставляет меня смутиться.
— А какой я должна была быть, по-вашему? Распутной и властной?
— Скорее дикой и непримиримой.
Звучит прекрасно. Хотела бы я быть такой. Гораздо лучше, чем милой и наивной. В мои-то сорок.
— И что? — для вас хорошо или плохо, что я не такая? Наверное, все же это плюс. Если бы я не потеряла память, то не поехала бы с вами так легко. Да?
— Мгм... Я рад, что не пришлось действовать силой. Мы с генералом не любим обижать женщин.
А он слишком честный для принца.
— Но вы бы все равно меня увезли?
— Да, — отвечает просто, не пытаясь увильнуть от прямого вопроса. — Иногда мне приходится действовать жестко. Иначе на Темном Континенте никогда не будет мира. Император совершил большую ошибку, украв Марин. Ни я, ни Данрек не простим ему этого. Если он не вернет ее по-хорошему, придется действовать иначе.
Его голос становится холодным, словно струящийся с неба лунный свет. Профиль более жестким. Мне на секунду становится страшно от выражения его темных глаз. Не хотелось бы оказаться его врагом.
Стоп! Ева! Ты и так его враг! То есть друг его врага. Как можешь изменить данное обстоятельство?
— Я надеюсь, вы не собираетесь развязывать войну? — вспоминаю, что император и Ивлания упоминали о такой возможности.
Молчит. Губы сжаты. Взгляд все тот же.
— Он давно напрашивается.
Жалею теперь, что завела этот разговор. Между двумя мужчинами явно старая вражда и ненависть. Ощущаю ее едва ли не физически.
— Простите. Ваше Высочество. Я уверена нам удастся все решить без крайних мер. Император наверняка обменяет вашу невесту на меня.
Он резко поворачивается и пронзает меня своими холодными агатовыми ледышками.
Мне страшно, но я понимаю его. Когда твоя любимая девушка оказывается в руках злейшего врага, это не так просто принять. Наверное, он очень ее любит.
Рэм вдруг несколько раз моргает, сбрасывая охватившую его ярость.
— Извините, леди, если напугал. Вы просто не представляете, как я его ненавижу...
Но страх здесь не при чем…
Бедный мальчик. Зачем ты тратишь жизнь на ненависть? Сердце сжимается от жалости. Это так глупо. Хочется втолковать ему, но он явно не готов к подобному разговору. Мы не настолько близки.
— Лучше вернемся в лагерь.
Он встает и помогает мне. Возвращаемся к костру и расходимся в разные стороны, будто не было никакой прогулки под луной.
И только когда пристраиваюсь на жилетке генерала, вспоминаю слова Зэйна. Нуара была женой ЭлВэйна! Так вот в чем истинная причина ненависти Рэма! Он считает, что муж его матери виновен в ее смерти! Теперь все встает на свои места. Но от того мне не меньше жаль его. Ненавидеть кого-то так сильно — причинять вред самому себе и своей душе...
Плохо, что многие этого не понимают.