Вторая попытка мисс Фэшенворт

Глава 1

Утро выдалось необычайно ясным, и сад поместья Фэшенворт казался сегодня особенно приветливым. Легкий ветерок едва касался верхушек старых лип, и солнечные лучи мягко скользили по гравийным дорожкам, по клумбам с поздними розами и по аккуратно подстриженным кустам лавра.

Диана Фэшенворт шла по аллее медленно, почти беззаботно, иногда останавливаясь, чтобы коснуться пальцами раскрытого цветка или взглянуть вдаль, где за живой изгородью начинались луга их владений. В ее походке чувствовалось то тихое оживление, которое бывает у человека, ожидающего счастья и почти уверенного, что оно не заставит себя долго ждать.

Сегодня вечером мистер Джим Толквуд должен был приехать к ним на обед.

Эта мысль сама по себе была приятной, но в последнее время она приобрела для Дианы особенное значение. Впрочем, мистер Толквуд никогда не говорил с ней прямо о том, о чем вся округа, казалось, уже давно сделала свои выводы. Однако его намеки были столь часты и столь очевидны, что даже самая скромная девушка могла бы позволить себе некоторые надежды.

Диана улыбнулась, вспоминая.

Еще прошлой зимой, на балу у леди Хардинг, он почти не отходил от нее весь вечер. Когда объявляли новый танец, он появлялся рядом с такой точностью, словно знал программу заранее. В тот вечер они танцевали трижды — обстоятельство, которое не ускользнуло от внимания ни одной наблюдательной дамы.

А затем начались его визиты.

Сначала - один или два раза в неделю, что было вполне естественно для соседей. Но вскоре мистер Толквуд стал появляться почти ежедневно: то он приезжал с книгой, которую, по его словам, непременно хотел ей показать; то с новостями из города; то просто для того, чтобы справиться о здоровье ее матери.

И всякий раз он говорил с ней с особенной теплотой.

Особенно, как заметила Диана, в присутствии других. Его комплименты были изящны, но достаточно ясны, чтобы дать понять: его внимание направлено исключительно на нее. Иногда он замечал, что ее мнение для него «несравненно важнее всех остальных», иногда уверял, что никогда прежде не встречал столь рассудительной и в то же время столь очаровательной девушки.

Однажды, провожая ее после прогулки, он сказал с улыбкой:

- Мисс Фэшенворт, если бы все сады в Англии обладали столь приятным обществом, я бы навсегда отказался от городских удовольствий.

И хотя слова эти были произнесены легко, в них было нечто такое, от чего сердце Дианы тогда билось быстрее.

Она медленно повернула на другую дорожку сада.

Сегодня… сегодня все казалось особенно значительным. Мистер Толквуд должен был провести вечер с ее родителями за столом, а это обстоятельство редко бывает случайным. Диана всей душой чувствовала, что этот визит может стать началом разговора, который неизбежно должен был состояться.

Она даже представила себе, как отец, серьезный и внимательный к подобным делам, пригласит мистера Толквуда в кабинет после ужина.

И как позже…

Диана остановилась, слегка покраснев от собственных мыслей.

- Мисс Фэшенворт…

Голос, прозвучавший за ее спиной, был тихим, но настолько необычным по тону, что она сразу обернулась.

По дорожке к ней спешила мисс Логслив.

Гувернантка сопровождала Диану с самого детства, и за все эти годы девушка привыкла видеть ее неизменно собранной, спокойной и почти невозмутимой. Однако теперь в ее лице было что-то странное. Она шла быстрее обычного, руки ее были сцеплены, а взгляд постоянно ускользал в сторону.

- Мисс Логслив? - удивилась Диана. - Что случилось?

Гувернантка остановилась перед ней, слегка поклонилась и, по-видимому, собиралась с мыслями.

- Ваша матушка… просит вас пройти в гостиную, мисс. Она желает видеть вас… немедленно.

- Немедленно? - повторила Диана.

- Да, мисс. По весьма важному делу.

Диана внимательно посмотрела на нее.

Мисс Логслив явно избегала ее взгляда - обстоятельство, которое само по себе было столь необычным, что тревога мгновенно коснулась сердца девушки.

- Произошло что-то дурное?

- Я… не смею сказать, мисс, - тихо ответила гувернантка.

И это признание прозвучало еще тревожнее, чем любой ответ.

Диана больше не стала расспрашивать.

Она быстро повернула к дому и поспешила по дорожке, которая вела к террасе. С каждым шагом беспокойство усиливалось. Она не могла припомнить ни одного случая, чтобы миссис Логслив выглядела столь взволнованной.

Что-то случилось.

И, судя по всему, нечто серьезное.

Когда Диана вошла в гостиную, первое, что она заметила, - необычную тишину.

Ее мать сидела на диване. Лицо миссис Фэшенворт было бледным, а в руках она держала конверт, который сжимала так сильно, что пальцы ее почти побелели.

Отец стоял у окна. Руки его были сцеплены за спиной, а губы сжаты в тонкую линию. Он смотрел в сад, но, услышав шаги дочери, медленно обернулся.

Диана остановилась у двери.

Никогда прежде она не видела своих родителей в таком состоянии.

- Сэр… мадам… - тихо произнесла она.

Мистер Фэшенворт сделал несколько шагов к ней.

- Диана, - отец на мгновение замолчал, словно подбирая слова. - Для тебя есть новости, - наконец произнес он. - Боюсь, весьма неожиданные.

Диана медленно подошла ближе и, не зная, чего ожидать, опустилась на диван рядом с матерью. Сердце ее билось быстрее обычного, хотя она еще не могла объяснить себе причины этого внезапного беспокойства.

Миссис Джейн Фэшенворт держалась с той сдержанностью, которая всегда отличала ее в трудные минуты. Однако сейчас ее спокойствие казалось натянутым, почти торжественным, как будто она присутствовала на чьих-то похоронах, где необходимо сохранять достоинство, несмотря на внутреннее смятение.

Она осторожно положила конверт на колени.

- Письмо только что передали, - произнесла она тихо. - Оно от мистера Толквуда… отца мистера Джима Толквуда.

Диана мгновенно побледнела.