Вторая попытка стать счастливой

Глава 7

Когда пошли по коридору, в который-то раз за этот день почувствовала, как плечи налились тяжестью. Наталья шла рядом, её рука всё ещё крепко сжимала мою, будто боялась, что я сейчас сорвусь и начну искать ближайший поезд обратно.

— Нужно записаться на процедуры, раз уж это всё, что нам предложили, — сказала она, старательно подбирая ободряющий тон. — Это хотя бы начало, понимаешь?

Я молча кивнула, и мы направились к стойке регистрации. Администр, всё та же серьезная женщина со строгими чертами лица, подняла на нас взгляд и сразу заговорила, будто прочитала наши мысли:

— Я вас уже записала. Завтра с утра, к десяти, начнутся ваши первые процедуры. Бассейн, грязевые обёртывания, массаж — всё, как полагается. Пожалуйста, подойдите за час до начала, чтобы оформить пропуск.

— Спасибо, — выдавила, ощущая, как сердце на мгновение перестало так сильно стучать. Хотя бы с этим вопросом теперь всё ясно.

— Спасибо вам, — добавила Наталья. — Мы… мы очень благодарны.

Женщина лишь коротко кивнула. Её строгий профессионализм явно не позволял ей отпускать улыбки, но мне показалось, что в глазах мелькнул намёк на теплоту.

Уже собирались развернуться и уйти, когда голос администратора вдруг окликнул нас:

— Девочки!

Мы обернулись одновременно, слегка озадаченные, будто нас поймали за каким-то нарушением.

— Если вам совсем негде остановиться… — начала она, немного понизив голос, словно боялась, что её предложение услышат посторонние. — Могу предложить вам свою летнюю кухню.

Я моргнула, не сразу поняв, что она имеет в виду.

— Летнюю кухню? — переспросила Наталья, переглянувшись со мной.

— Да, — кивнула женщина, сложив руки на стойке. — Там есть всё необходимое: кровати, душ, туалет. Единственное — без кондиционера. Но если вам совсем некуда податься, то это лучше, чем ничего.

Заметила, как Наталья сжала мою руку чуть сильнее. Мы обе растерялись. Искать жильё здесь и сейчас, без предварительных бронирований, без ясного понимания, куда идти, казалось задачей неподъёмной. А этот вариант, пусть и далёкий от комфорта, давал нам хоть какую-то определённость.

— Мы согласны, — тихо сказала я, прежде чем Наталья успела что-либо возразить.

— Конечно, согласны, — тут же добавила она, улыбнувшись женщине. — Это очень щедро с вашей стороны, спасибо вам большое.

— Ладно, — вздохнула администратор, словно пытаясь скрыть свою доброту за строгостью. — Моя смена заканчивается через час. Ждите у главного входа, я вас проведу.

Мы вновь поблагодарили её, ощущая, как напряжение хоть немного ослабло. Развернувшись, вышли на улицу и остановились под палящим солнцем.

— Летняя кухня, — задумчиво протянула подруга, слегка пожимая плечами. — Ты только представь, как там душно будет ночью.

— Зато у нас будет где переночевать, — ответила, стараясь звучать уверенно.

— Согласна, — усмехнулась она. — Но давай пообещаем, что это временно. Завтра же начнём искать нормальное жильё.

Я кивнула, но в глубине души понимала, что сейчас мне не до планов на завтра. Моя голова всё ещё была полна мыслей о том, правильно ли я поступила, вообще приехав сюда. И этот день, полный неожиданных трудностей, только усилил мои сомнения.

Через час мы действительно встретились с женщиной у главного входа, которая представилась Ириной. Она проводила нас через узкие улочки к своему дому, стоявшему на окраине района, где расположен санаторный комплекс. Летняя кухня оказалась маленькой, но чистой и уютной. Простые кровати, аккуратно застеленные белыми покрывалами, деревянный стол у окна, небольшой душ и туалет за занавеской.

— Вот, устраивайтесь, — сказала хозяйка, слегка улыбнувшись. — Если что-то понадобится, стучите в основной дом.

Мы вновь поблагодарили её, ощущая одновременно облегчение и смущение. Как только она ушла, Ната бросила свою сумку на пол и повернулась ко мне:

— Ну что, Маш, может, купим бутылку и отпразднуем это приключение? — в её голосе было столько бодрости, что я сразу почувствовала себя старше лет на десять.

Я вздохнула, доставая сменную одежду. Даже эти простые движения давались с трудом, будто на плечах продолжал висеть невидимый груз.

— Какое ещё празднование? — пробормотала, бросая сумку в угол. — Наташа, я только что схоронила мужа.

Слова прозвучали слишком резко, даже для меня самой. В груди тут же возникла острая боль, а перед глазами всплыл образ Павла. Но тут же все перекрыла картина сегодняшнего звонка свекрови. Её жёсткий голос, упрёки, обвинения, которые она бросала так легко, будто знала, что я не осмелюсь ей возразить.

— Наташа, я чувствую себя паршиво, — наконец проговорила, опуская голову.

Она внимательно посмотрела на меня, и в её глазах было не только сочувствие, но и какая-то решимость.

— Знаешь, кто ещё чувствует себя паршиво? — спросила она с напускной лёгкостью, сощурив глаза. — Те, кто продолжает сидеть и жалеть себя.

Я молча смотрела на неё, не понимая, к чему она клонит.