Вторая жена генерала-дракона. И после развода есть жизнь

Глава 4 Развод – это начало или конец?

Анжелика

После развода смогу вернуться в родовой замок вместе с сыном.

Начну свое дело, Арчи будет помогать. Вдвоём мы справимся. Заживем по-драконьи с размахом, и свободными.

Злобный взгляд золотистых глаз супруга не предвещал ничего хорошего. Вертикальные зрачки чересчур сужены.

Осознаю - не к добру.

Мой план под угрозой.

Ведь речь идет о другой форме развода – об аннулировании.

Кажется, у барона свои планы на мою «никчёмную» жизнь.

Эд явно что-то недоброе задумал.

Нерешительно замираю.

Ему недостотачно моих страданий?

Он хочет еще?!

Нет, не может быть! Не настолько же он кровожаден?

Или ненависть ко мне застилает ему взор?

Процессия двигается в быстром темпе к палаточному лагерю.

Сына от меня давно оттеснили его учителя, и я не могу поговорить с ним, чтобы его успокоить, и себя заодно.

Мне же остаётся одно - скакать на коне позади всех, и вспоминать прошлое, которое привело меня в этот переломный день.

***

Три года назад

«Эдгард ходит по дому мрачнее тучи. Четырехлетний Арчи крутится рядышком с отцом, играя с деревянным мечом, но родитель шпыняет сына туда-сюда.

- Не сейчас. Я занят.

Я же сижу у поющего фонтана, где обычно встречаю мужа, приехавшего с тяжелой службы. Он у меня наместник императора, и я им горжусь.

Служит империи Драконии верой и правдой.

Фонтан журчит, птички поют, ничто не предвещает беды.

В небе парят зеленые драконы – подростки, в них так много неуемной энергии, что не могут усидеть на месте.

- Амалия, - внезапно гаркает муж. – Я хочу видеть тебя как можно реже!

- Что? – делаю резкое движение, чуть не падаю в фонтан.

- В моем доме сто комнат, четыре из них твои, плюс купальня. Я хочу, чтобы ты сидела в своих чертогах, не высовывалась.

- Не понимаю, - мой голос дрожит. Пытаюсь коснуться мужа, но он отходит от меня всё дальше и дальше.

- Ты - представительница опального рода. Ты мешаешь мне строить карьеру! На тебя косо смотрят. Твоя темная тень падает на меня и мою репутацию. Ты порочишь мой Дом.

Снова не понимаю!

Ведь без частички моей древней крови этого Дома бы не было вовсе!

Хочу кричать, но мужу это точно не понравится.

- Пойми, я по-прежнему тебя люблю. Буду приходить к тебе по ночам. Но ты – мой позор!

Позор???

- Ты ведь любишь меня? – добивает муженек. – Хочешь мне добра. – Он словно внушает мне, что именно я должна хотеть!

Киваю поспешно.

Не хочу ссориться из-за ерунды.

Наверняка, у благоверного был тяжёлый день на работе и он изливает желчь, не жалея меня.

Завтра-послезавтра всё наладится. Надо только потерпеть. Не ругаться.

Терпение – это прям моё.

- Значит, должна помочь – спрятаться и сидеть тихо, не отсвечивать, когда ко мне приезжают гости. Не хочу напоминать им, что я такой крутой и всесильный, второй человек после императора, а вынужден жить с представительницей рода, предавшего императора.

Так-то таких вторых наместников целых одиннадцать штук – в каждом Доме по одному.

И никто тебя не принуждал жениться на мне. Ты же любил меня!

- Да, да, я спрячусь. Если так будет лучше для тебя и нашего сына. Не хочу, чтобы ваша репутация страдала! – сдаюсь я. Не спорить же по пустякам. Я знаю своего мужа, если он что-то решил – уже не отступит. Упёртый как баран. Вредный и самоуверенный в своей правоте как дракон. Пускай побесится пару дней».

С того разговора прошло несколько лет.

Муж так и не перебесился, а я осталась в затворе в собственом доме. Пленницей, живущей в своих четырёх комнатах, «гуляющей» нас собственном балконе, купающейся в одиночестве в купальне.

Сегодня же особый день - я услышала заключительную тираду барона.

«-Баронесса Амалия фон Драконесса Драконьего Рога, урожденная графиня Грифон, наследная принцесса Небесного Пика, я развожусь с вами! С этого момента вы больше не являетесь хозяйкой Дома Дракона! Теперь ты просто Анжелика. Твоего рода больше нет, он упразднен. Таким образом ты лишена всех титулов!»

Кто же я теперь?

Простолюдинка? Ко мне даже обращаются на «ты». Раньше барон позволял себе так обращаться только во время любовных игр, или когда мы оставались наедине. Он не ронял моё достоинство при подчинённых.

Теперь всё иначе.