Вторая жена генерала-дракона. И после развода есть жизнь

Глава 7 Пытка любовью

Анжелика

Открыв с трудом глаза, пожалела об этом моментально.

Передо мной открылась страшная картина – я на дыбе. Мои руки и ноги привязаны синими энергетическими нитями к кресту, а двадцать служек Дома Дракона вытаскивают из моей груди хранилище душ рода грифонов. Дар, полученный мною от двенадцати богов.

Боги! Как это возможно?

Какие –то никчемные зеленые драконы отбирают то, что им не принадлежит.

Я даже знаю, зачем они это делают!

Хотят изучить божественный сосуд, чтобы создать такие же – наподобие этого, и продавать их.

Получается, Эд готовился к этому моменту все восемь лет брака?

До меня доходит, зачем он так много расспрашивал меня о магии моего старинного Дома!

Какая же я была наивная – когда рассказывала ему всё, ничего не утаивая!

Глупая Анжелика!

- У нас не получится отсоединить хранилище от её сердца, - бубнит служка-палач, смахивая пот со лба. - Анжелика не выдержит – умрёт.

- Нельзя её убивать, - рычит на него другой. - Наместник назначил жене наказание – бесконечное страдание до конца её дней. Если он умрёт сейчас, то мы сами не доживём до заката!

- Что делать? – истерил третий. – Если не выполним задачу – всё равно умрём!

- Мы сделаем так, чтобы Эд поверил в то, что хранилище уничтожено!

Я слышала обрывки слов.

И видела в руках палачей проекцию – сияющее синим пламенем моё энергетическое сердце, внутри которого билось физическое - красное.

- Есть предложение – мы вытянем из хранилища души всех грифонов, а пустое хранилище запечатаем надёжно в её груди.

- Ты не сумеешь уничтожить их души!

- Я и не буду. Неприкаянные они улетят за Стену. Другого пути нет, чтобы попасть в иные миры. А в Книге Духов их имена будут вымараны автоматически.

- Дерзай! Уверен, что всё получится. Род Грифон будет уничтожен окончательно. Мы исполним волю Эдгарда и императора. Уберем последних сильных представителей империи, которые могли бы противостоять власти. Анжелика лишена магии, она никогда не сможет восстановить хранилище. Не сумеет восстановить род.

- Но другие маги?..

- Что? Другие?

- За Стену отправляют только тех, кого лишили магии.

- Но там есть и беглые преступники маги!

- Мы наложим заклятие невидимости на хранилище для всех жителей Драконии – легальных и изгнанных.

- Пробуйте! Время на исходе. Эд бесится наверху.

Служки прекращают рассуждать, и снова начинают пытать мою душу, ломать дух.

Мне снова становится невыносимо больно.

На этот раз – физически!

Горят обе руки – плечи – на которых до сегодняшнего дня красовались татуировки – мощного зеленого дракона и золотого летящего грифона.

Проваливаюсь в темноту.

Прихожу в себя спустя время – меня обливают водой.

С трудом приоткрыв глаза, вижу, что выводят мои татуировки.

С «драконом» справляются мгновенно, а «грифоном» приходится повозиться.

На этот раз я борюсь – силой мысли пытаюсь мешать служкам. Но мои силы на исходе. Мгновенно устаю, отключаюсь.

***

- Не надо! – шепчу я. – Ну что плохого я вам сделала? Служила Дому зеленого Дракона верой и правдой восемь долгих лет. Родила наследника. За что вы так со мной? Не виновата я в том, что мой родственник предал корону.

- Ма-ам, - теплая детская ладошка ложится на моё мокрое от слёз лицо. – Мамочка.

Открываю глаза.

В комнате полутемно, но даже этого света достаточно, чтобы глазам стало невыносимо больно.

Рядом со мной сидит мой мальчик – мой сынок Арчи... Арес – поправляю себя.

Синие –пресиние глазёнки смотрят на меня с тревогой и бесконечной любовью.

- Мамочка, ты проснулась! Я сейчас же позову папу! Он не знает, как тебе плохо. Он скажет Захарии, и она тут же прибежит – вылечит тебя, - тараторит мой добрый мальчик.

- Не надо никого звать, - прикладываю палец к губам.

Я плохо помнила детали, но знала наверняка, что потеряла магию – стала такой же как люди – сомневалась в себе и своих силах.

Сомнение. Неуверенность. Страхи.

Я испытывала их впервые.

Они навалились на меня и давили своей тяжестью, не давая мыслить здраво.

Приходилось концентрироваться.

Обрывки воспоминаний плескались на краешке сознания о чудовищной расправе со мной – аристократкой, баронессой, последней из рода грифонов, наделенной дарами богов, и первой здраво мыслящей женщиной из рода зеленых драконов – кажется, это воспоминание станет самым страшным из чудовищных деяний Эдгарда.