Вторая жена - первая любовь

Глава 4

– До западных полей! Быстрее! – кричу я водителю, запрыгивая в машину. Но водитель и так уже в курсе и он уверенно едет в нужном направлении.

Пальцы дрожат так сильно, что я не сразу попадаю по нужным кнопкам телефона, набирая номер Самрата уже в который раз. В висках стучит, к горлу подкатывает тошнота.

-- Абонент временно недоступен, – механический голос в трубке звучит как приговор. Сердце колотится где-то в горле, и я с трудом сглатываю.

Западные поля гордость Самрата, его первое серьезное приобретение пятнадцать лет назад. До сих пор помню тот день, словно это было вчера. Как мы выбирали этот участок, всего в получасе езды от города, с идеальной почвой для хлопка. Самрат тогда, высокий, статный, излучающий уверенность, обвел рукой пространство и сказал, что близость к городу наше преимущество. Сможем быстро доехать, чтобы решать вопросы на месте, переговоры с подписанием контракта провести или быстро среагировать на любые проблемы...

Как же он был прав. А теперь, когда проблема действительно случилась, его телефон недоступен. В голове мелькает непрошеная мысль: не у Адили ли он? У своей первой любви, к которой, как выяснилось сегодня утром, до сих пор питает чувства? От этой мысли к горлу подкатывает новая волна тошноты.

– Управа поселка? – мой голос срывается, когда наконец дозваниваюсь. Пытаюсь говорить твердо, как подобает жене владельца "Булут Корпорейшн", но получается плохо. – Говорит Самайа...

– Госпожа! – прерывает меня взволнованный голос. – Пожар начался примерно полчаса назад. Огонь охватил восточную часть поля. Пожарные уже на месте, но...

Каждое слово управляющего оглушает, он торопливо объясняет, что произошло, а я не могу оторвать взгляд от окна автомобиля, исступленно желая, чтобы дорога до места уже закончилась. Слишком долго. Невыносимо долго мы едем. Машина несется по трассе, а я считаю секунды, и каждая из них это тысячи сгоревших растений, месяцы труда десятков людей, огромные убытки.

В памяти всплывает лицо Карима, моего старшего.

-- Мама, ты слишком много работаешь, – сказал он недавно.

Потом Амина и Джамиля, мои девочки-близняшки, будущие врачи. Они всегда говорили, что восхищаются тем, как я совмещаю семью, дом и помощь отцу в корпорации. А Рустам, мой младший, так похожий на отца, только с моими зелеными глазами... Что они скажут, когда узнают?

Моя личная жизнь может полыхать не хуже этого пожара, но ее я смогу наладить, склеить... А вот сгоревший хлопок не вернуть. Он важное звено в огромной машине под названием "Булут Корпорейшн". Да, есть другие поля, но все же...

Полчаса кажутся вечностью. Еще издалека вижу черный дым, поднимающийся к небу столбом.

Сердце сжимается так, что становится больно дышать. Ветер доносит запах гари и пепла, который оседает на стеклах машины серой пудрой, когда подъезжаем достаточно близко.

Выскакиваю из автомобиля, не дожидаясь полной остановки. Каблуки вязнут в рыхлой земле, но я не обращаю на это внимания. Картина перед глазами заставляет задохнуться: половина поля чернеет выгоревшей пустошью, вторая заволочена дымом.

Машина скорой помощи стоит с включенными мигалками, рядом полицейский автомобиль. Фельдшер ходит от одного человека к другому, проверяя состояние каждого. Замечаю, что и женщины пришли из поселка помогать, они тоже участвовали в тушении пожара, их одежда покрыта сажей. Я им так благодарна. А я вот не успела, как бы ни хотела...

Рабочие, перепачканные сажей, бегают с ведрами между колодцем и тлеющими участками. Пожарная машина натужно гудит, выплевывая последние струи воды. В воздухе висит тяжелый запах гари, от которого першит в горле.

– Госпожа Самайа! – ко мне спешит Рашид, управляющий полями. Его обычно аккуратная форма измята и покрыта черными пятнами, на лице разводы от копоти, в глазах тревога. – Мы делали вечерний обход, все было в полном порядке. Рабочие разошлись по домам, и тут Азим, ночной сторож, заметил дым...

– Пострадавшие есть? – перебиваю его, продолжая окидывать пространство вокруг беспокойным взглядом. Сейчас главное люди.

– Нет, слава Всевышнему, все живы, – Рашид утирает пот со лба трясущейся рукой. – Успели вовремя среагировать. Азим сразу поднял тревогу, люди сбежались из поселка...

– Расскажите подробнее, как все произошло, – раздается знакомый голос. Оборачиваюсь. Ко мне подходит Ильдар, начальник местного отделения полиции. Мы знакомы много лет, наши старшие дети учились в одной школе.

– Это не может быть случайностью, – вступает Рашид, его голос дрожит от волнения. – Хлопок сам по себе не загорается, тем более в таком месте. У нас современная система контроля, госпожа Самайа сама каждый месяц все обходит и проверяет. Мы каждый раз проверяем все тщательно...

Что правда, то правда. В системе контроля я уверена на все сто. Рашид никогда не подводил нас за десять лет работы управляющим. На него всегда можно было положиться, он отлично управлялся и с работой системы полей, и с работниками, и со всем рабочим поселком.

К нам подходит начальник пожарной бригады, его форма покрыта пятнами сажи:

– Пожар локализован, госпожа. Удалось спасти больше половины поля. Мои люди сейчас проверяют, нет ли тлеющих очагов.

– Благодарю вас, – мой голос звучит хрипло то ли от дыма, то ли от отчаяния. – Вы сделали все возможное.

Обвожу взглядом почерневшее поле, чувствуя, как немеют кончики пальцев. Через месяц здесь должен был начаться сбор урожая. Теперь... Прикидываю убытки – миллионы. И это не считая потерянных контрактов на поставку.

– Самайа, – Ильдар отводит меня в сторону, – нам нужно будет провести расследование. Выводы делать пока нельзя, но нельзя исключить поджог.

Телефон в кармане вибрирует, прерывая разговор. На экране высвечивается "Самрат". Наконец-то.

– Как это могло произойти? – его голос звенит от ярости, без приветствия, без вопроса все ли в порядке. – Ты же отвечаешь за надзор! Где ты была?