Вторая жизнь барышни-крестьянки

Глава 3

Алиса

Домик стоял почти на самой окраине поселка, огородами упираясь в густую стену леса.

— Барышня, ключи у вас? — Леон вырвал меня из задумчивого созерцания деревянного чуда с открытой верандой и высокой мансардой, похожего на усадьбу зажиточного человека. Спасибо Лилиане, хоть какой-то кров над головой. Не придется с ребенком по миру скитаться.

— Ах да! — я нырнула в корзину, переданную няней, и извлекла из вороха вещей увесистый ключ, а под ним две бумажные корочки — видимо, документы.

Крестьянин, получив ключ, распахнул дверь, и в черную пасть дома шагнули Леон, Живик и я. Не успела посетовать на царящий мрак, как мальчишка чихнул облаком пыли и изрек:

— Ставни надо открыть, вот и темень от них.

Развернувшись, он юркнул на улицу. Через минуту раздался скрип, и в доме стало заметно светлее.

— Да, запылилось тут изрядно, — растерянно пробормотал Леон.

— Это не страшно. Главное, крыша над головой, а пыль — дело наживное.

Леон удивлённо хмыкнул. Видно, не ожидал, что я собственноручно возьмусь за уборку. Может, прежняя хозяйка этого тела и презрела бы подобный труд, но я не она, и утопать в грязи не намерена.

— Живик, где тут у вас вода? — спросила я мальчугана.

— За домом колодец есть, а так все селяне из общего берут. Он за два дома отсюда, — ребенок махнул рукой в сторону, откуда мы прибыли.

— Спасибо!

— Хозяйка, тут это…, — Леон засмущался, переминаясь с ноги на ногу. — Я все продукты на лавку выгрузил. Мне пора. Хорошо бы до темноты до дома добраться.

— Не волнуйтесь, Леон, поезжайте. И спасибо вам за все, — я искренне была благодарна этому доброму ма́лому и женщинам из Малой.

Проводив крестьянина, я заметила, как Живик с тоской смотрит на улицу. Ребята как раз увлеченно играли в какую-то незнакомую игру.

— Ты тоже можешь идти, Живик, только покажи сначала, где этот колодец.

— Пойдёмте, госпожа, он за домом.

Мы вышли во двор и обогнули дом, оказавшись у запущенного огорода. Я отметила, что здесь сохранились плодоносящие деревья и кустарники, а это для нас — существенная помощь.

Колодец с покосившейся крышей, защищавшей от пыли и листвы, стоял в стороне. Я ожидала увидеть прогнившие доски и полуразрушенное сооружение, но все выглядело на удивление целым. Да и не чувствовалось, что за ним совсем не ухаживали. Заметив мое недоумение, Живик пояснил, что соседи иногда черпают отсюда воду, чтобы не ходить далеко.

— Скажи, Живик, а в лес можно ходить за грибами и ягодами?

— Это ж ваш лес, госпожа. Батюшка завсегда позволяли, а вот на зверя, конечно, разрешение требовалось.

— К сожалению, он больше не мой. А как поступят новые хозяева, я не знаю…!

Некоторое время мы молчали. Затем я решила воспользоваться знаниями ребенка и прояснить еще кое-что.

— А пруд или озеро поблизости есть?

Мальчик вновь странно посмотрел на меня.

— Ты извини, но после болезни я мало что помню. Когда падала, сильно ударилась головой. Себя и сестру, правда, вспомнила.

— Ааа, тогда ладно! А то я уж подумал, вы память потеряли. Обычно нежить так себя ведет. Притворяется человеком, а по ночам путников грызет, хуже зверя дикого.

— Где ты такой ерунды набрался? — рассмеялась я. — Да вовсе не ерунда! — обиделся мальчик. — В последнее время слухи всякие ходят. То путника там загрызли, то тут. Страшно-о-о!

— Не бойся, мы совершенно живые, не нежить, — улыбнулась я. — Помоги, пожалуйста, донести ведро до дома, а дальше можешь быть свободен.

— Есть тут за поселением речка. Там ребята рыбу ловят. Сейчас хозяин новый придет, как жить-то будем? Одному Всевышнему известно! — как-то совсем по-взрослому сокрушался мальчонка.

Он помог донести ведро, еще два принесла я сама. Мальчишка поставил воду на лавку.

— Живик, еще одна просьба… Я никогда в жизни печь не топила, ты поможешь? И дров во дворе что-то не видно….

— А зачем дрова, госпожа? Можно, конечно, и дровами, но здесь все давно магическими камнями пользуются. Вон он, лежит.

Мальчик открыл дверцу печи, и я увидела большой черный камень, словно кусок угля, размером с кулак.

— Когда магия в нем закончится, можно подзарядить. Это не так дорого, как дрова покупать. Ветки, конечно, в лесу собирать можно, но их сколько надо… О-го-го!

— Магия? Магический камень? – ноги подкосились, и я опустилась на лавку.

— Ну, да, магия! Вы так удивляетесь, госпожа, словно впервые слышите? Хотя… – он махнул рукой, – наверное, забыли, когда головой ударились.

Живик взял с полки предмет, похожий на толстый карандаш, и ткнул им в камень. Тот вспыхнул, и жар начал быстро нарастать. — Чтобы выключить, скажите просто «выключить» и обратно. Сейчас ночи прохладные, так что командуйте «ярче» или «слабее». Разберетесь, это несложно.

— Беги, спасибо тебе огромное.

Паренек отмахнулся и умчался к друзьям. Они обступили его, явно расспрашивая про меня и Сонечку, но он, оглянувшись на дом, увел их прочь.

Соня, едва переступив порог, опустилась на стул и сидела молча, пока я не выпроводила всех.

— Мама, это правда ты? – спросила она, и такая тоска была в ее глазах, что сердце сжалось. Пятилетнему ребенку пришлось пережить такое, чего и взрослому не пожелаешь….

— Да, Сонечка. Мы попали в аварию. Я помню, как закрыла тебя собой, а потом очнулась в этой комнате и сразу услышала твой плач. Вышла искать….

— Меня?

— Конечно, милая, тебя. Почему-то я сразу знала, что это ты плачешь в соседней комнате.

— А я заснула у тебя на коленях, а проснулась уже там. Меня разбудила няня. Я даже не поняла, что произошло.

— Хочешь, открою секрет?

Глаза Сонечки загорелись, и она кивнула.

— Представляешь, я даже не знаю, как теперь выгляжу. Зеркала еще не нашла, а в воде мельком увидела какое-то отражение, толком не разглядела.

— Ты у меня красивая была, мама. И сейчас красивая, только… немножко другая, – ответила Сонечка, стараясь, по-своему, принять мою новую внешность.