Вторая жизнь барышни-крестьянки

Глава 8

Алиса

Две недели промелькнули, словно осенний лист, подхваченный ветром. Мы с Сонечкой бродили по лесу, собирая щедрый урожай грибов и ягод. Я наполнила корзины терпкой облепихой, рубиновой рябиной, да и яблоки с заброшенного сада оказались на диво сочными и ароматными. Хоть деревья и томились в забвении долгие годы, их плоды сохранили сладость и дух лета. Трижды мы отправлялись на рыбалку, но теперь, наученные опытом, обходили стороной зловещее озеро, лишь устанавливая ловушки и уходя вглубь леса. Зрелище огромного, сине-черного чешуйчатого хвоста по-прежнему терзало воображение. Улов оказался богатым, и вскоре маленькая бочка, специально заказанная у бондаря, была полна засоленной рыбы. А листья батата, не дававшие мне покоя, наконец, открыли свою тайну. Клубни, посаженные старыми хозяевами по периметру огорода, густо разрослись, скрытые под плотным ковром сорняков. Я, словно старательная крестьянка, ползала на коленях, извлекая сокровища из земли. Лишь одно казалось странным: в моем мире батат выращивали рассадой, проращивая клубни до появления ростков, а затем укореняя черенки. В принципе, как картофель, только период созревания вдвое дольше. Но, как я уже не раз убеждалась, в каждом мире свои причуды.

Я же, по сути, мало чему научилась за свою короткую жизнь, если не считать поверхностного знакомства с сельским хозяйством на уровне дачника: картошку воткнуть, окучить, помидоры подвязать, у клубники усы обрезать – вот и все мои познания. Работать в хозяйстве я умела, но вот начинать жизнь с чистого листа оказалось непосильной задачей. Подзарядка артефактов – неплохой, но непостоянный доход, а мне нужно что-то надежное, гарантирующее стабильный заработок. Может, со временем удастся накопить на дом и на год безбедной жизни, чтобы уехать подальше отсюда. Я чувствовала, что новый хозяин баронства не оставит меня в покое.

Вчера Живик, словно юркий воробей, прилетел с новостью, что они с дедом завтра едут за покупками, и я, после их последнего посещения города, напросилась с ними. Мне необходимо лично убедиться, что предлагают городские лавки и на что стоит обратить внимание. Кроме того, староста предупредил, что наша одежда слишком легкая, а зимы здесь суровые и снежные. Морозы, хоть и кратковременные, всего пару месяцев, все остальное время – слякоть и бесконечные дожди.

Не забыл мальчик принести обещанную книгу по магии, которую никак не мог найти, пока дед не припомнил, что запрятал все ненужное на чердак. Кстати, мне тоже не мешало бы исследовать чердачные завалы, вдруг там найдется что-нибудь полезное для хозяйства. Помню, у бабушки я находила старинные книги, еще дореволюционного издания. Особенно меня заворожила поваренная книга. Было удивительно и увлекательно читать текст со старинными буквами: ятями, ижицей, вышедшими из употребления. Например, я считала, что если мясо не пахнет, значит, оно свежее. Оказывается, это не совсем так. Все просто: свежая свинина нежно-розового цвета с белой жировой прослойкой. Если же мясо красноватое, а сало желтое или сероватое, то лучше отказаться от покупки. Ох, не зря говорят: «Век живи, век учись…»

Пока мы выживали благодаря моей подзарядке артефактов, и Пушок помогал нам добывать зайцев, расплодившихся в лесу в несметном количестве, благодаря своим окрепшим крыльям. Летать он, правда, все еще боялся. Но благодаря питомцу, мясо в доме было всегда.

— Сонечка, ты завтра поедешь со мной или останешься дома? Дед прав, тебе холодно в этом плаще, хоть он и подбит шкурой, он больше подходит для осени, а ведь морозы уже не за горами.

— С тобой, мамочка.

— Хорошо, милая, тогда умывайся и ложись спать, завтра вставать спозаранку. Зубы не забудь почистить.

К слову, чистить зубы было нечем, но я обратила внимание, что у всех жителей деревни зубы здоровые и белые. Когда я поинтересовалась, как они ухаживают за зубами, староста добродушно усмехнулся и рассказал, что деревенские используют палочки для зубов, сделанные из веток аракаи – хвойного растения, растущего в мире Акаш. Эти палочки не только очищают полость рта и убивают микробы, но и освежают дыхание.

Уложив дочь спать, я разложила на столе все свои сбережения. У меня было пятьдесят серебряных монет, которые в этом мире называли суронами, и с десяток медных, то есть лиран. Как объяснил староста, одна коза стоит десять суронов, курица – два, а за корову придется отдать целых пятьдесят.

Поразмыслив, я решила, что коза – лучший выбор. Преимуществ больше. Корм есть, и, судя по взгляду старосты на сеновал, его хватит до весны, а там переведем на подножный корм. А для курицы нужно зерно, которого у меня нет. Решено. Покупаю теплую одежду и козу.

Проснувшись словно от толчка, я распахнула глаза и увидела серые предрассветные сумерки. Ежась от холода, встала с кровати, накинула старую шаль и направилась к печи, чтобы подбросить жару в каменное сердце дома. Через несколько минут в комнате стало намного теплее, и я, умывшись, вышла в коридор и принесла глиняный горшок с похлебкой. Отлив немного себе, вынесла остальное Пушку, а горшочек поставила на плиту. Пока еда грелась, я взяла корзину и положила туда два пирога: с грибами и с яблоками, несколько отваренных яиц и ломтиков сыра. Налила в стеклянную бутыль воды и плотно закрыла крышкой. Хорошо, что в этом мире уже придумали стекло, и нет нужды использовать промасленные ткани или бычьи пузыри для окон. Хотя качество стекла оставляло желать лучшего.

— Солнышко, просыпайся, скоро Живик с дедом приедут! — прозвенел мой голос.

Минут через пять из комнаты вышла Сонечка, сонная, словно лунатик, взгляд затуманенный, волосы растрепаны, а щечки алели нежным румянцем.

— Разве не отец Живика повезет нас? — удивилась она, зная, что староста редко покидает родную деревню.

— Живик сказал, что после последней пирушки его дальше околицы не отпускают, — рассмеялась я. — Быстренько к умывальнику, умойся и к столу. Думаю, скоро будут.

Права оказалась — едва успели мы доесть кашу и ополоснуть тарелки, как в дверь постучали.