Вторая жизнь барышни-крестьянки

Глава 14

Алиса

Пока старик настороженно оглядывался, я проворно сунула магический камень в печь и чиркнула спичкой, выуживая ее из коробка, валявшегося на полке. Вспыхнуло пламя, пожирая сухие дрова.

— Госпожа, Горгаса… богиня из глубин преисподней пришла за душами! Её тлетворный дух пропитал этот дом, — хрипло выдохнул старик, и ледяные мурашки расползлись по моей коже. Его слова были непонятны, но в них сквозило предчувствие чего-то зловещего.

Староста достал из потрепанного мешка связку сухих трав, неведомых мне, и бросил в огонь. Едкий дым с запахом паленой шерсти поплыл по комнате, застилая глаза и перехватывая дыхание. От этой тошнотворной вони слезились глаза, и казалось, что в груди горит адское пламя.

Дед Вито приблизился к кровати и несколько раз легонько хлопнул Палаю по щекам. Она слабо застонала и приоткрыла веки, безумным взглядом обводя комнату. Узрев в старике деда Вито, она прижала ладонь к лицу и разразилась безутешным рыданием. От этого шума проснулась старшая девочка, а за ней и близнецы, что жались друг к другу на другом краю кровати. Лишь крохотный комочек, пристроившийся у нее на животе, оставался неподвижным. Я бережно подняла ребенка, откинула грязную тряпку и шлепнула его по голой попке. Малыш вздрогнул и разразился плачем, больше похожим на жалобный писк новорожденного котенка – тихий, слабый, едва различимый.

— Все живы, – устало выдохнул дед и опустился на лавку возле стола.

Палая с трудом приподнялась и села, ее тело все еще было слабым и непослушным. Она взяла кувшин с молоком и, налив его в бокалы, раздала детям вместе с небольшими ломтями хлеба. После долгого голодания им нельзя было есть много, чтобы не спровоцировать заворот кишок. Палая прижала к себе младенца и попыталась накормить его грудью, но молоко не шло. Малыш нервно дергал головкой, выплевывал сосок и снова жадно искал его, но все было тщетно.

— Мам, у тебя молоко пропало, – проговорила старшая девочка, которой на вид можно было дать лет одиннадцать.

— Милая, на полке за печкой стоит бутылочка, помой ее и налей молока, – слабым голосом ответила женщина.

— Палая, Сил зарабатывал неплохие деньги. Почему вы оказались в таком бедственном положении?

— Он копил… У него был тайник, о котором он упомянул, но не показал, где именно. Деньги, оставленные на хозяйство, быстро закончились, потом иссякла магия в камне, а после пропали и все продукты. У нас нет ни единого лирана за душой. Спасибо, госпожа, что зарядили камень! – прошептала женщина, и по ее щекам покатились слезы.

— Вот что я тебе скажу, Палая. Ты женщина умная и поймешь меня. Чувствуешь этот запах в доме?

Женщина кивнула и взяла из рук дочери бутылочку с молоком. Из всех детей она ожила быстрее всех. Возможно, она просто крепче остальных, но мне чудилось, что в ней дремлет магия.

— Так вот, когда мы открыли дверь, в доме стоял запах разложения. Это означало, что за вами пришла Горгаса. Вы были на пороге смерти, а она ждала ваши души.

Палая вздрогнула и опустила голову.

— Здесь больше твоя вина! Не стоило показывать свой характер, прежде всего нужно думать о детях. Мы своих не бросаем, а теперь госпожа Алисандра – тоже наша. Если бы не она, к утру здесь было бы четыре трупа…

Брови старика сошлись на переносице, выдавая его напряженное раздумье. Дети на кровати затихли, мы с Палаей молчали, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим сопением младенца, с жадностью поглощавшего молоко из бутылочки.

— Значит так, – прервал молчание старик. – Мы принесли вам продукты, приготовишь детям поесть. Ах да, совсем забыл, у меня всегда с собой укрепляющее зелье.

Дед Вито достал из-за пазухи маленький пузырек с мутной жидкостью.

— Выпей все, детям не давай. Их организм молодой, сам справится, а тебе нужно набраться сил, чтобы приготовить еду. Завтра пришлю Живику, она принесет воды, а заодно и целительский артефакт, вылечишь мальчонку. Каждую неделю я буду привозить вам продукты, зиму переживем, а весной приедут студенты из академии на практику. Попрошу их разыскать тайник, спрятанный Силом. Тебе все понятно, Палая?

— Да, – тихо ответила она, опустив голову.

Мы покинули дом вдовы уже за полночь, убедившись, что женщина пришла в себя. Дед вызвался проводить меня до дома.

— Дед Вито, а кто такая Горгаса?

— Миром правит Всевышний, но у него есть помощники, отвечающие за стихии: воздух, воду, огонь… Есть воин, громовержец… Если всех перечислять, времени не хватит. Так вот, среди помощников Всевышнего есть богиня смерти – Горгаса. Когда она приходит в дом за душой умирающего, появляется запах разложения. Часто бывает, что души еще можно спасти. Мы успели вовремя и отогнали ее травой рахш. Те, кто видел богиню, описывают ее как высокую женщину в белых одеяниях, предвещающую смерть, наполовину мертвую, наполовину живую. У нее тело живой женщины, но мертвая кожа, живая голова, но мертвые ноги. Рано или поздно все встретятся с ней. И только Горгаса будет решать, достоин ли разумный отправиться в святые чертоги Всевышнего или должен понести наказание за злодеяния, совершенные при жизни.

– Изумительно! – воскликнула я. – Благодарю, дедушка Вито, за мудрость и за ту неоценимую помощь, что ты оказываешь не только мне, но и всем жителям нашей тихой деревушки.

– Госпожа, я вижу, Алушта пришлась вам по душе, – с довольной улыбкой произнес староста. – Будет нужда – не стесняйтесь. Завтра с сыном едем за кроватями, заодно и мяса прихватим.

Я отворила калитку и шагнула во двор. Сонечка безмятежно сопела на лавке, укрытая стареньким шерстяным платком, а Пушок, словно верный страж, оберегал её сон.

– Все ли спокойно? Не случилось ли чего необычного? – по привычке спросила я и замерла, услышав в ответ:

– Нет, все тихо. Соня позанималась со мной по волшебной книге, потом я рассказал ей сказку, и она уснула.

Я медленно обернулась и опустилась на лавку.