Вторая жизнь барышни-крестьянки

Глава 15

Алиса

Свежие следы детских ножек вились по тропинке, будто приглашая вглубь сумрачного леса, и резко обрывались, словно ныряли в его пасть. Сердце кольнуло недобрым предчувствием, и я прибавила шаг, но вскоре след затерялся. Растерянно оглядевшись, я принялась внимательно изучать землю, силясь уловить хоть малейший признак присутствия малышей. Спасибо Серёжке, моему мужу. Он, словно ангел-хранитель, влил в меня знания и навыки, которые сейчас были бесценны. Он был одним из лучших поисковиков в «ЛизаАлерт», организации, что возвращает надежду отчаявшимся семьям.

Вне работы он был просто человеком с большим сердцем, готовым прийти на помощь каждому, кто в ней нуждался. "Прежде чем начать, отсеки тревогу, работай, как машина, хладнокровно и расчётливо. Помни: первые сутки – 95% на спасение", – звучал в моей голове его спокойный, уверенный голос. Я глубоко вдохнула и выдохнула, изгоняя панику, и вновь окинула взглядом поляну. Вон там – сломленная ветка, чуть дальше – примятая трава… Словно следопыт, я жадно ловила намеки, подсказки, шепот леса, и продвигалась вперед. Необъяснимая тревога, словно ледяной комок, сжимала грудь, заставляя ускорять шаг.

Вдруг тишину разорвал пронзительный детский вопль. От неожиданности я подпрыгнула и, не раздумывая, бросилась на крик, эхом прокатившийся по лесу. Передо мной открылась жуткая картина: двое маленьких мальчиков, сбившись в кучу, жались к дереву, а в полусотне метров от них огромный бурый медведь терзал мужчину.

Яростно взревев, чтобы отвлечь зверя, я выставила руку вперед, словно собираясь остановить неумолимую стихию. В тот же миг из моей ладони вырвалась черная стрела, с оглушительным свистом пронзив массивное тело хищника насквозь.

Медведь, словно подкошенный, рухнул на землю, и поляна содрогнулась от удара. Казалось, сам лесной дух обрушил на землю свой гнев. Не помню, как малыши оказались рядом, обхватив меня за юбку своими цепкими ручонками. Беглым взглядом убедившись, что они целы, я скомандовала:

– Стойте здесь, я должна проверить…

– Не-еть, тетя, – дрожащим голосом заголосил один из них, – не з-зя-я. Он папу убил и нас хотел… Второй мальчик вцепился в меня, как маленький обезьяний детеныш, не давая сдвинуться с места.

– Послушайте меня! Вы видели, как я победила этого зверя? Они робко кивнули, не отрывая от меня своих полных восхищения карих глаз. – Я не боюсь его, у меня есть оружие. Теперь он должен бояться. Но если мы не поможем вашему спасителю, он может умереть.

Переглянувшись, они взялись за руки и решительно закивали. Я осторожно приблизилась к раненому мужчине.

– Вот, блин. Почему я не удивлена? – пробормотала я, узнав в пострадавшем нового хозяина усадьбы, барона Алекса Батса.

На медведя бросила лишь мимолетный взгляд. Прожженная шерсть на груди и тонкая струйка дыма, поднимающаяся от тела, не оставляли сомнений: этот кошмар для всех закончился.

– А это что за дядя? – услышала я за спиной детский голосок и вздрогнула.

Не ожидала, что они пересилят свой страх и подойдут так близко. Впрочем, чему удивляться? Детская любознательность и жажда приключений – неутолимы.

– Этот дядя – хозяин земли, на которой мы живем, – ответила я.

В этот момент из леса выбежали дед Вито, его сын и еще двое незнакомых мне мужчин из селения.

– Госпожа, с вами все в порядке?

– Да, с нами все хорошо. Но раненому нужна помощь. – Сейчас понесём на руках, а там на телеге довезём, – ответил староста и, засуетившись, принялся отдавать распоряжения. За ними появилась Палая в сопровождении еще одного односельчанина с ружьем. Увидев мать, дети тут же спрятались за моей спиной, но вдова уже заметила своих сорванцов.

– Не думаю, что стоит их наказывать, Палая. Они пережили ужас, они испугались и за себя, и за барона. Это будет им уроком – не убегать из дома. Женщина замерла, словно наткнувшись на невидимую преграду, и разрыдалась, упав на колени.

Ребята, привыкшие к материнским крикам и ощутимым шлепкам по попкам, совсем растерялись, увидев ее слезы. Вынырнув из-за моей спины, они кинулись утешать ее. Обхватив с двух сторон, Тим и Том что-то шептали ей, умоляюще заглядывая в глаза, а потом, забравшись на колени, заголосили в унисон с ней.

Я невольно улыбнулась. Моя Сонечка точно так же вела себя до шести лет, а потом привыкла к маминой работе, к тому, что ей надо учить деток. Да и с бабушкой оставаться было неплохо, особенно если она могла купить ту самую конфету, о которой так долго мечтала.

Тим и Том на каком-то подсознательном уровне – энергетически, эмоционально и физически – были связаны с матерью. Эта невидимая нить будет тянуться до тех пор, пока они сами не решатся ее разорвать. Обычно это случается лет в четырнадцать, но иногда и в двадцать, и даже в тридцать. Малыши чувствовали малейшие перемены в ее настроении. И если к ругани и шлепкам они привыкли, то нежданное горе и испуг матери повергли их в настоящую истерику. Похоже, о новых шалостях им придется забыть на какое-то время.

Пока я всецело посвятила себя вдове и ее детям, мужчины смастерили волокуши и уложили туда раненого. Он был без сознания, но видимых повреждений на теле не было. Видимо, я успела вовремя.

— Госпожа, – окликнул меня староста и подошел ближе, переминаясь с ноги на ногу. – Большая у меня к вам просьба.

Он замялся, словно боялся вымолвить слово.

— Хочу попросить вас принять на время барина. А чтобы не пошли пересуды по селу, пришлю сноху, жену старшего брата. У баб ведь языки – хуже змеиного жала, такого наплетут! – цокнул языком старик, удивляясь коварству женской фантазии. Ему-то и невдомек, что мужчины порой сплетничают куда больше своих избранниц.

— Есть причина, по которой вы не можете принять его? – поинтересовалась я.

— Две, госпожа. Мы только вышли за ворота, как я увидел магистра со студентами – приехали на практику. А размещаю я их всегда в своем доме. Да и смерть медведя… Ведь вы убили его темной магией, а магу, обладающему таким даром, надо в тот же день встать на учет. Темная магия – редкость в нашем мире, поэтому к вам приставят учителя и будут следить за каждым шагом. Не хотел бы я, чтобы они не давали вам спокойно жить, поэтому и прошу забрать к себе домой раненого. К завтрашнему утру темный флер сойдет с него, и можно будет сообщить в усадьбу о ранении барона.